Аспирантский реферат по философии науки на тему Структура научных революций

Актуальность. В данной работе сделана попытка кратко проанализировать некоторые главы книги американского историка и философа Томаса Куна «Структура научных революций», где он раскрывает основные понятия и этапы истории развития науки.
Книга «Структура научных революций» является второй монографией ученого, которая была опубликована в 1962 году, где содержится подробный анализ истории науки, введены такие понятия и термины как «парадигма» и «смена парадигм», что стало значительным событием в социологии знания.
В книге красной нитью проходит основная идея: научное знание развивается скачкообразно в результате научных революций, которые представляет собой смену парадигм, исследуемых научным сообществом.
Наиболее очевидные примеры научных революций представляют собой те знаменитые эпизоды в развитии науки, за которыми уже давно закрепилось название революций. Поэтому в IX и X разделах, где проводится непосредственный анализ природы научных революций, встречаются поворотные пункты в развитии науки, связанные с именами Коперника, Ньютона, Лавуазье и Эйнштейна. И эти поворотные моменты служат образцами научных революций. Каждое из этих открытий обусловливало отказ научного сообщества от той или иной признаваемой веками научной теории в пользу другой теории, несовместимой с прежней.
Его труд «Структура научных революций» позволяет установить объективные причины создавшегося положения в мире, научно-технический прогресс (НТП) всегда идет строго со временем, с его пространственно-временным измерением, то есть соответственно этапа развития общества. Но иногда он и опережает время, если в мире вдруг происходит целый каскад великих открытий, а мир внезапно оказывается на ступени выше, минуя две-три внизу, реализация идей великих открытий резко толкает все мировое сообщество вперед – тогда можно говорить о научно-технической революции, и ее последствиях
По мнению Т. Куна и других ученых, именно США считается единственной страной, которая совершила резкий переход от аграрного общества к индустриальному, а от него к такому, название которого так четко и не определено до настоящего времени, но главная черта этого общества состоит в том, что оно занимается производством, хранением и распространением информации.
В настоящее время глобальное развитие научно-технического прогресса в разных странах идет крайне неравномерно, одни страны вырываются далеко вперед по уровню своего технико-технологического развития, а другие остаются еще на уровне начала прошлого века, что создает картину мирового сообщества как крайне неустойчивую, ведь более развитые страны могут себе позволить нарушать законы экологии, милитаризацию до абсурда, заявить о себе как о мировом гегемоне и диктовать свою волю более слабому соседу.
Такие взаимоотношения ведут мир к крайней неустойчивости, возникновению конфликтных ситуаций, когда экономически слабое государство вдруг выражало протест и несогласие с подавлением его воли, но было за это строго наказано, о чем и свидетельствуют уроки истории (Ирак, Кувейт, Иран и пр.).
Целью данной работы является рассмотрение научно-технических революций по монографии Томаса Куна «Структура научных революций».
Задачи работы решались следующие:
- проанализировать главу 9. «Природа и необходимость научных революций»;
-проанализировать главу 10. «Революции как изменение взгляда на мир».
-проанализировать главу 11. «Неразличимость революций».
-проанализировать главу 12. «Разрешение революций».
Основным источником информации выступает работа Т. Куна: «Структура научных революций», в частности ее главы с 9 по 12.
Томас Сэмюэл Кун (1922-1996) родился в еврейской семье среднего класса в штате Огайо (США). Он учился в Гарвардском университете на физика, однако затем увлекся историей и философией. Особую известность получил его труд «Структура научных революций», в котором он обосновал.
В работе Куна научные революции рассматриваются как такие некие этапы развития науки, во время которых старая парадигма замещается новой, целиком или частично, но обязательно новой парадигмой, не похожей на старую. И здесь возникает вопрос, почему изменение парадигмы называют революцией, и почему, учитывая существенные различия между политическим и научным развитием, метафора содержится в революции и в том и в другом случаях.
Рост сознания неизбежно вызывает политические революции, которые могут быть частично ограничены политическим сообществом, так как существующие институты проблемы игнорируют, особенно те, которые создает внешняя среда [7].
То есть, научные революции при росте сознания, обуславливают то, что существующая парадигма перестала эффективно функционировать при исследовании того аспекта природы, который эта парадигма сама же и создала ранее. Здесь, в политическом и в научном развитии общества, особенно структурно и четко прослеживается нарушение функций, которое обусловлено кризисами. И именно этот кризис и создает предпосылки возникновения революций.
Ученый полагает, что политические революции разрушают или меняют политические институты многочисленными способами, которые эти институты ранее не признавали. Поэтому при проведении успешной революции лучше всего частично отказаться от некоторых устаревших институтов в пользу других, новых, и более эффективных. Общество делится на враждующие группы или партии, причем, одна партия желает отстоять старые социальные институты, а другая партия стремится установить новые порядки. Когда возник такой конфликт, политический мирный выход из создавшегося положения становится невозможным. Как выбор между политическими институтами-конкурентами, так и выбор между конкурирующими парадигмами представляется выбором между абсолютно несовместимыми моделями существования сообщества. Когда парадигмы, устремляются в направление споров по оптимальному выбору парадигмы, то их значение и важность неизбежно попадает в замкнутый круг: каждая группа использует свою собственную парадигму для аргументации в защиту этой же парадигмы [6].
То есть вопрос выбора парадигмы не может быть решен исключительно на основе логики и эксперимента.
Развитие науки должно быть подлинно обоснованным. Новые виды явлений природы должны раскрывать их в аспекте упорядоченности, хотя до этого ее не было.
В эволюции науки новое знание неизбежно приходит на смену невежеству, новое знание другого свойства, несовместимого с прежним его видом.
Но если возникновение новых теорий обусловлено необходимостью урегулирования разногласий в действующих теориях о связи с природой, тогда новая теория, чтобы быть успешной, должна предполагать отличия прогнозов предшествующих теорий. Хотя такое отличие может и не существовать, если обе теории в своей основе совместимы и логически оправданы. Однако следует учитывать, что логическое включение одной теории в другую, носит статус предполагаемого варианта по отношению к другим научными теориями, что с точки зрения исторического исследования выступает неправдоподобным вариантом [3].
Самым известным примером, который связан с таким узким пониманием научной теории, можно только назвать анализ соотношения современной динамики Эйнштейна и старого уравнения динамики, которое содержатся в «Начале» Ньютона.
С научной точки зрения эти две теории совершенно по сути своей несовместимы таким образом, при котором существует несовместимость астрономии Коперника и Птолемея, то есть теория Эйнштейна может быть признана только в том случае, если будет признание теории Ньютона устаревшей или ошибочной.
И вот этот переход от ньютоновской к эйнштейновской механике с полной ясностью демонстрирует научную революцию как смену той понятийной призмы, через которую ученые смотрят на мир. Устаревшая теория в данном случае рассматривается как частный случай ее новой преемницы, поэтому она обязательно должна быть приспособлена к новым реалиям. Преобразование старой теории может осуществляться только при отчетливо выраженных преимуществах в использовании новой, более современной теории. Кроме того, даже если это преобразование предназначено для интерпретации старой теории, в результате должна возникнуть теория, ограниченная некоторыми рамками, на основе изменения того, что уже науке известно. Однако такое изменение теории хотя и действенно, но оно не может быть достаточным для того, чтобы направлять исследование по нужной траектории [5].
Таким образом, можно сделать вывод, что книга Т. Куна об истории науки представляет ключевые понятия, на которых строится теория, а именно на парадигме, кризисе и аномалиях. Вся наука развивается в рамках парадигмы, а ее развитию и смене способствует аномальный научный опыт, которые порождает кризис.



Глава 10. Революции как изменение взгляда на мир

При изменениях в парадигме ученые видят мир и свои исследовательские проблемы совершенно в ином свете. Так как они видят современный мир только через призму своих воззрений и дел, то можно сказать, что после революции ученые уже видят этот мир совсем иначе. В период революции изменяется обычная научная традиция, поэтому ученый должен уметь по-новому воспринимать окружающий мир, а в некоторых ситуациях он должен научиться четко определить возникшую проблему. Предпосылкой подобного восприятия выступает некоторый стереотип, который отдаленно похож на парадигму. То, что человек видит, полностью зависит от того, на что он в данный момент смотрит, и еще от того, что его научил видеть его предварительный визуально-концептуальный опыт [6].
Существует версия историков, что когда Аристотель и Галилей изучали колебания камней, то первый ученый видел сдерживаемое цепочкой падение, а второй ученый – увидел маятник. С изменением парадигм мир не изменяется, однако ученый после этого изменения работает уже не в прежнем мире. То, что происходит во время научной революции, не может полностью сведено к новой интерпретации отдельных и неизменных фактов. Ученый, который принимает новую парадигму, выступает вовсе не в роли интерпретатора, а как человек, который все видит через линзу, искажающую изображение. Если задана парадигма, то ее интерпретация может быть основным элементом научной дисциплины, которая ее изучает. Интерпретация способна только разработать парадигму, но не может ее исправить, так как парадигмы как таковые вообще не подлежат исправлению в рамках нормальной науки [3].
Нормальная наука вместо этого в конечном итоге приводит только к проявлению конфликтов и к кризисам, которые разрешаются не в результате мирного решения, а в какой-то степени за счет неожиданного и неструктурного события, которое как бы отодвигает разногласия. Ученые после такого события часто применяют такие фразы, как «пелена, спавшая с глаз», или об «озарении», которое проясняет ранее сложную головоломку, тем самым приспосабливая ее компоненты к тому, чтобы увидеть их с другой стороны, позволяющей решить задачи.
Операции и измерения, которые ученый проводит в своей лаборатории, нельзя назвать «готовыми данными» опыта, так как они собраны с большим трудом, причем в течение значительного периода времени. Эти данные не являются тем, что ученый видит, до тех пор, пока его исследование не даст первые результаты, которые ученый также должен исследовать для подтверждения своей гипотезы. Эти данные, главным образом, выступают конкретными указаниями на то, что они не напрасно были отобраны для тщательного анализа и детального исследования, потому что предопределяют достоверные возможности для успешной разработки принятой парадигмы.