Дипломная работа по Международные отношения на тему Роль Японии в формировании архитектуры региональной безопасности

Введение

Актуальность темы исследования. На сегодняшний день Азиатско-Тихоокеанский регион, который относится к ряду наиболее динамично развивающихся на планете, представляет собой один из основных мировых политических и экономических центров, а его роль в системе международных отношений продолжает возрастать.
В нём пересекаются интересы ключевых международных игроков, таких как Россия, Китай, США. Кроме того, старый конфликтный потенциал, а также новые угрозы могут серьёзно подорвать региональную обстановку. Существенным дестабилизирующим фактором остаются внутрирегиональные противоречия – хронические межгосударственные конфликты и комплекс неразрешённых территориальных споров.
Среди очагов нестабильности особое место занимает Корейский полуостров. Продолжающийся северокорейский кризис может стать основным провоцирующим фактором ядерного распространения в АТР и привести к вооружённому конфликту с использованием ядерного оружия. Наряду с традиционными рисками получили распространение новые угрозы безопасности, такие как международный терроризм и транснациональная преступность.
Стихийные бедствия представляют собой ещё одну проблему, которая оказывает серьёзное влияние на устойчивость в регионе. Для стран АТР характерно возникновение множества природных катастроф, таких как землетрясения, извержения вулканов, цунами, ураганы, штормы и тропические циклоны.
Стихийные бедствия несут сокрушительные последствия: гибель людей, разрушение инфраструктуры, значительный экономический ущерб. Кроме того, в 2020 г. страны региона столкнулись с беспрецедентным вызовом в области здравоохранения в виде пандемии COVID-19. Учитывая широкий спектр угроз в АТР, как традиционных, так и новых, на первый план выносятся вопросы сохранения региональной безопасности.
На повестке дня стоит вопрос о создании сбалансированных структур по её обеспечению, что могло бы существенно смягчить соперничество между ключевыми игроками и укрепить многостороннее сотрудничество в этой области.
Вместе с тем сохраняются тенденции функционирования двусторонних (американо-японский, американо-корейский) и многосторонних (QUAD) механизмов с доминирующей ролью США. Япония остаётся ключевым игроком в АТР, а вопросы, касающиеся безопасности в регионе, для страны являются жизненно важными.
Цель работы заключается в анализе деятельности Японии по сохранению безопасности на региональном уровне.
В соответствии с целью работы были поставлены и решены следующие задачи:
- уточнить направления японо-американского оборонного взаимодействия в рамках альянса;
- рассмотреть активизацию Японии в противодействии вызовам региональной безопасности;
- рассмотреть отношения Японии и Кореи;
- уточнить отношения Японии и Австралии, Японии и Индии, Японии и стран ЮВА;
- изучить отношения Японии и АСЕАНовских институтов безопасности;
- рассмотреть положение Японии в новых многосторонних структурах (QUAD, JAPHUS и PBP);
- уточнить развитие отношений Японии и AUKUS
Объект исследования – безопасность Японии.
Предмет исследования – мероприятия по укреплению безопасности, предпринимаемые Японией.
Степень разработанности темы. Свои труды проблемам безопасности Японии и АТР посвятили следующие российские и зарубежные ученые: Швыдко В.Г., Клюева Е.А., Нелидов В.В., Лузянин С.Г., Лебедева Н.Б., Домахина Ю.А., Добринская О.А., Мейзленд Л., Ченг Н., Панда А., Путц С., Гейл А., Цунеока С. и др.
При написании ВКР был использован метод анализа литературы, а также метод анализа, синтеза и сравнения.
Структура ВКР обусловлена ее целью и задачами. Работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы.
 
1. Японо-американский альянс и вызовы региональной безопасности

1.1. Направления японо-американского оборонного взаимодействия в рамках альянса

Особое место в региональной политике Японии занимают двусторонние отношения с США, в частности в рамках военно-политического союза. После распада СССР и краха биполярной системы произошла переориентация японо-американского союза на поиски новых угроз в регионе и его адаптация к меняющейся обстановке в АТР.
Токио рассматривает данный альянс не только через призму обеспечения национальной безопасности, но и как главного гаранта безопасности и стабильности в АТР [8]. В то же время для США японо-американский союз выступает в качестве рычага для сохранения военного присутствия и наращивания своего влияния в АТР, особенно на фоне возросшей конфронтации с Китаем.
Несмотря на ряд внутренних противоречий и кризисов, альянс Токио и Вашингтона демонстрирует высокий уровень прочности и тенденцию к дальнейшему укреплению. Главным образом, это связано с обстановкой в регионе. Одним из факторов, влияющих на усиление союза, выступает наращивание мощи Китая. Японо-китайские отношения можно назвать довольно противоречивыми.
В значительной степени они обострились после 2012 г., камнем преткновения стал территориальный вопрос о принадлежности островов Сенкаку (кит. Дяоюйдао). Эта проблема нашла отражение в «Белой книге обороны Японии 2013», где основной акцент делается на необходимости защиты «национальной территории» и обороне «отдалённых островов» [1].
В мае 2020 г. отношения двух стран на фоне территориального спора серьёзно обострились. Впервые за несколько месяцев в районе островов Сенкаку появились корабли береговой охраны Китая. Инцидент побудил японскую сторону выразить протест. В ноте японского МИД отмечается, что действия Китая недопустимы, поскольку острова Сенкаку «являются территорией Японии» [6].
С 2013 г. во всех ежегодных докладах по вопросам обороны Японии наращивание военного потенциала КНР рассматривается как угроза национальной безопасности. Отмечается, что Китай в качественном и количественном отношении активно усиливает свой военный потенциал, а также интенсивно расширяет присутствие в воздухе и на воде, прежде всего в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях.
Серьёзные опасения японской стороны вызывает стремительное укрепление военного потенциала КНР в широком спектре с упором на ядерную и ракетную мощь, на морские и воздушные силы, а также развитие Китаем новых видов оперативных возможностей, электронных и киберметодов. В докладах также отмечается, что напряжённую ситуацию в АТР создаёт эскалация деятельности КНР вокруг территории Японии, включая действия в районе островов Сенкаку (Дяоюйдао).
Так, в «Белой книге обороны Японии 2021» указано, что Китай продолжает односторонние попытки изменить статус-кво в Восточно- и Южно-Китайском морях. Суда береговой охраны КНР замечают в зоне, окружающей острова Сенкаку (Дяоюйдао), они неоднократно вторгались в территориальные воды Японии [6]. Подобные действия Токио характеризует как нагнетание напряжённости в Восточно-Китайском море и других акваториях и считает их неприемлемыми.
Помимо указанных проблем, отношения между Японией и Китаем обострились на фоне российско-китайского сотрудничества в военной сфере, тайваньского вопроса и ситуации с китайскими аэростатами, которые, по мнению японской стороны, используются в разведывательных целях.
Данные противоречия нашли отражение в «Белой книге обороны Японии 2022»: деятельность Китая в Восточно-Китайском море, военное сотрудничество КНР и России, а также обострение ситуации вокруг Тайваня позиционируются как угрозы региональной безопасности. Несмотря на открытие первого за 4 года японо-китайского диалога по вопросам безопасности, разногласия между странами сохраняются.
В свою очередь, США серьёзно озабочены растущей ролью Китая в регионе и политикой, направленной на усиление своего влияния [16]. Отношения Вашингтона и Пекина отличаются высоким уровнем напряжённости и продолжают обостряться. Именно поэтому составной частью американской политики в регионе остаётся укрепление сотрудничества, ориентированного на сдерживание Китая. Ведущая роль в этой деятельности сохраняется за японо-американским альянсом.
В январе 2022 г. прошла онлайн-встреча глав внешнеполитических и оборонных ведомств США и Японии. В совместном заявлении по её итогам лидеры стран выразили обеспокоенность деятельностью Китая, которая «создаёт угрозу в АТР и в мире в целом» [35]. Американская сторона проявила солидарность с Японией в необходимости противодействовать односторонним действиям КНР относительно островов Сенкаку (Дяоюйдао). Были осуждены морские претензии Пекина и милитаризация в Южно-Китайском море. Кроме того, стороны «выразили серьёзную и постоянную озабоченность проблемами прав человека в Синьцзян-Уйгурском автономном районе и Гонконге» [35].
На аналогичных переговорах, прошедших в январе 2023 г., Вашингтон и Токио вновь обвинили Китай в попытках изменить статус-кво и заявили, что деятельность Пекина несёт угрозу для безопасности в регионе и за его пределами. Таким образом, для Японии и США Китай – одна из ключевых угроз в АТР, а деятельность японо-американского союза в значительной степени направлена на сдерживание Пекина.
Другой фактор, который способствует укреплению альянса, – угроза со стороны КНДР. Действия Пхеньяна Япония характеризует как реальную опасность для национальной и региональной стабильности. Это связано с тем, что в последние годы Северная Корея приложила большие усилия к совершенствованию своего ядерного потенциала и ракетных технологий, а также провела ряд успешных испытаний. Тестирование Пхеньяном ядерных взрывных устройств, а также баллистических ракет как средств их доставки официально рассматривается Токио как одна из двух главнейших внешних угроз безопасности Японии – наряду с активным военным строительством и «напористой» внешней политикой КНР [12]. Территориальное соседство с КНДР является фактором, побуждающим Токио проводить политику сдерживания по отношению к КНДР и участвовать в процессе разрешения северокорейского кризиса.
Степень вербальной озабоченности японских политиков и официальных лиц продолжающимися в Северной Корее испытаниями в последние годы растёт, равно как и место, отводимое ей в официальных документах и публикациях по проблемам безопасности. Наряду с китайским фактором проблема КНДР находит своё отражение в «Белых книгах обороны Японии» последних лет. В 2019 г. в Токио отметили, что, несмотря на неоднократные заявления о намерениях осуществить полную денуклеаризацию Корейского полуострова, на данный момент в ядерном и ракетном потенциале КНДР не происходит качественных изменений.
Страна обладает потенциалом, позволяющим нанести по территории Японии внезапный удар баллистическими ракетами с использованием транспортно-пусковой установки или с подводной лодки. Помимо ядерного вопроса КНДР, серьёзную обеспокоенность Японии вызывают возможные запасы биологического и химического оружия, которыми располагает Северная Корея.
В «Белой книге обороны Японии 2021» опасения, касающиеся северокорейской ядерной программы, усилились. В документе отмечалось, что КНДР чрезвычайно быстро продолжает разрабатывать баллистические ракеты. Подобные тенденции, в том числе и создание ядерного оружия, представляют серьёзную угрозу безопасности [12].
Вышеперечисленные данные свидетельствуют о том, что сейчас Япония рассматривает КНДР как одну из главных угроз безопасности в АТР. Как уже отмечалось, Токио заинтересован в разрешении северокорейского кризиса и денуклеаризации Корейского полуострова.
Принятие в КНДР закона, позволяющего превентивное применение ядерного оружия, а также продолжающиеся ракетные испытания значительно обострили обстановку на полуострове и в регионе. Япония охарактеризовала такие действия как намеренную эскалацию и обвинила КНДР в провокациях против международного сообщества.
Помимо указанных проблем, японо-северокорейские отношения серьёзно обостряют историко-политические факторы, такие как вопрос о похищении японских граждан спецслужбами КНДР в прошлом веке. Несмотря на заявления Токио о стремлении нормализовать связи с Северной Кореей, двусторонние отношения остаются на критически низком уровне и сводятся в основном к обмену взаимными претензиями [12].
Региональным фактором укрепления японо-американского союза является также конфликт КНДР и Республики Кореи, формально не завершившийся до сих пор. Несмотря на попытки установить линии связи между главами двух Корей и наладить двусторонние контакты лидеров США и КНДР, достичь нормализации на Корейском полуострове не удалось. В последние годы ситуация в межкорейских отношениях обострилась: Пхеньян активизировал ракетные испытания, участились инциденты в буферной зоне. При этом КНДР обвиняет Сеул в недостаточном стремлении улучшить отношения между странами и указывает на провокационный характер военного сотрудничества Республики Корея и США.
Япония, для которой КНДР представляет угрозу безопасности в регионе, поддерживает позицию Соединённых Штатов и Южной Кореи, которые резко осуждают действия Пхеньяна, а также солидарна с политикой санкций в отношении последнего. В разрешении указанной проблемы пока нет положительной динамики, а Корейский полуостров остаётся региональным и общемировым очагом напряжённости. Существует угроза эскалации с использованием ядерного оружия, что является ещё одним фактором укрепления японо-американского союза в АТР.
Проблематика российско-японских отношений также способствует укреплению этого альянса. На протяжении многих лет отсутствие мирного договора и территориальные претензии Токио были камнем преткновения в отношениях двух стран. Вместе с тем активизация азиатского направления внешней политики России предполагала повышение её роли в делах АТР, а, следовательно, возникала необходимость налаживания конструктивного диалога и построения стабильных отношений с другими государствами региона [3].
В связи с этим, несмотря на имеющиеся противоречия, в последние годы сотрудничество России и Японии сохранялось во многих сферах, в том числе в рамках совместной хозяйственной деятельности на Курильских островах и энергетического партнёрства.
Однако в связи с сегодняшней международной обстановкой и ситуацией вокруг Украины российско-японские отношения значительно ухудшились. После начала СВО Япония присоединилась к антироссийским санкциям, исключила Россию из режима наибольшего благоприятствования, выслала из страны 8 российских дипломатов.
В ответ на эти действия Москва вышла из диалога по достижению мирного договора с Японией, отменила совместную хозяйственную деятельность, ряд гуманитарных проектов и безвизовые поездки по маршрутам между южными Курильскими островами и Японией, которая была внесена в список «недружественных стран» [3].
При этом достаточно заметна разница в подходах Токио по отношению к России в 2014 и 2022 гг.: после ситуации вокруг Крыма участие Японии в антироссийских санкциях было достаточно символичным и не затрагивало важные области [3].
Подобные изменения в двусторонних отношениях нашли отражение в «Белой книге обороны Японии 2022». В документе действия России были охарактеризованы как «односторонние изменения статус-кво» и высказано опасение, что подобная трансформация может коснуться и других регионов, включая Азию [3].
Очевидно, что Япония, рассматривая российскую СВО, опасается возможности осуществления подобного сценария в Азиатско-Тихоокеанском регионе. В «Белой книге обороны» также подчёркивается, что проведение СВО может повлиять на политику Китая в отношении Тайваня. Так как предпосылки к налаживанию российско-японского диалога в ближайшем будущем отсутствуют, российский фактор способен повлиять на укрепление оборонного сотрудничества между Токио и Вашингтоном.
Необходимо принимать во внимание и позицию РФ относительно функционирования и усиления союза. Азиатско-Тихоокеанский регион является одним из ключевых направлений внешней политики Российской Федерации, имеет большое стратегическое значение для реализации её интересов. Значимость этого вектора отражена в ключевых документах, таких как Концепция внешней политики РФ 2016 г.
В документе АТР определён как один из региональных приоритетов, а укрепление российских позиций в регионе и активизация отношений с расположенными в нём государствами рассматривается как стратегически важное направление внешней политики РФ. Россия заинтересована в непосредственном участии в интеграционных процессах в Азиатско-Тихоокеанском регионе и создании всеобъемлющей, открытой, транспарентной и равноправной архитектуры безопасности и сотрудничества на коллективных началах.
Помимо отсутствия мирного договора с Японией и территориальных претензий с её стороны, одним из камней преткновения в отношениях Москвы и Токио остаётся проблема развёртывания системы противоракетной обороны США. Размещение американских систем ПРО на своей территории Япония рассматривает как один из ключевых принципов обеспечения национальной безопасности, защиту от возможных угроз со стороны КНР и Северной Кореи. В свою очередь, расширение и приближение американских систем ПРО к российским границам РФ трактует уже как угрозу своей национальной безопасности и международной стратегической стабильности. На фоне проведения Россией СВО и обострения российско-японских и российско-американских отношений Япония и США начали более активно укреплять стратегическое военное сотрудничество в регионе.
В ответ на подобные действия Россия и Китай усилили военно-техническое взаимодействие и запустили совместные военные учения. С высокой долей вероятности дальнейшее наращивание военного потенциала в рамках японо-американского альянса вызовет ответные шаги со стороны Москвы, которые будут предприниматься через сотрудничество с КНР.
В условиях кризиса северокорейской проблемы, неразрешённого конфликта двух Корей, обострения отношений Китая с США и Японией, усугубления тайваньского вопроса напряжённая обстановка в регионе сохраняется. Не исключена эскалация в горячих точках АТР. Учитывая реалии и баланс сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе, ни правительство, ни основные политические партии в Японии не ставят под сомнение необходимость сохранить союзнические отношения с США, как и определяющий их японо-американский договор безопасности.
Не только в официальных документах, но и в многочисленных экспертных и рабочих докладах, отражающих доминирующую точку зрения японских политических кругов, неизменно подчёркивается, что японо-американский «альянс безопасности» является главной военной гарантией для Японии перед лицом потенциальных внешних угроз, прежде всего, ростом военной мощи КНР и вероятности вооружённого конфликта на Корейском полуострове [16].
Токио продолжает рассматривать союз с США и как основной залог мира и безопасности в регионе. В рамках альянса осуществляется сотрудничество не только в традиционных областях, но и в таких сферах, как кибербезопасность и космические исследования. При этом у Японии отсутствуют альтернативы для противодействия региональным угрозам вне японо-американского союза, а для США альянс обеспечивает военное присутствие и укрепление влияния в регионе.
Нестабильная обстановка в АТР и угрозы безопасности будут определяющими факторами для упрочения союза и его дальнейшей трансформации в региональную систему безопасности. Подобные тенденции отражены в обновлённой Стратегии национальной безопасности Японии: факторы Китая, России и КНДР названы вызовами в сфере обороны, а политика продвижения японо-американского сотрудничества остаётся ключевой.

1.2. Активизация Японии в противодействии вызовам региональной безопасности

Новая Стратегия национальной безопасности (далее – СНБ), принятая японским правительством, привлекла большое внимание благодаря своему революционному характеру. Он обеспечивает стратегическое руководство для различных областей политики национальной безопасности (включая дипломатию, оборону, экономическую безопасность, технологии, киберпространство, морское дело, космос, разведку, официальную помощь в целях развития и энергетику), устанавливает цели национальной безопасности и определяет пути и средства, с помощью которых она может достичь поставленных целей [31].
Наряду с двумя дополняющими друг друга документами, этот программный документ направлен на широкое скорректировать оборонный потенциал Японии посредством комплекса инвестиций и структурных изменений в секторе безопасности страны.
СНБ начинает с признания наихудшей ситуации в области безопасности для Японии со времен окончания Второй мировой войны, в частности из-за войны на Украине и обоснованных опасений возникновения такого конфликта в Индо-Тихоокеанском регионе или Восточноазиатском регионе.
Во время саммита по безопасности «Диалог Шангри-Ла» в Сингапуре премьер-министр Японии Фумио Кисида заявил, что «Украина сегодня может стать Восточной Азией завтра», подразумевая амбиции Китая о «великом воссоединении с Тайванем» [22].
Активное наращивание военной мощи в Индо-Тихоокеанском регионе, ситуации в «серой зоне» над территориями, трансграничные кибератаки на критически важные гражданские инфраструктуры и информационная война с использованием кампаний дезинформации также стали повседневной реальностью и представляют угрозу национальной безопасности Японии.
Более того, такие региональные субъекты, как КНР, КНДР и Россия, рассматривались в качестве ключевых вызовов безопасности. Позиция китайского правительства по Тайваню ясна и окончательна – возможное воссоединение.
Таким образом, Китайская Народная Республика была определена как величайший стратегический вызов для Японии. Стремительное непрозрачное военное развитие Китая, его амбиции изменить статус-кво на Востоке и юге Китайское море и его прочные связи с Россией стали предметом обсуждения вызывает серьезную озабоченность. Следовательно, для Японии крайне важно обеспечить «конструктивные и стабильные отношения» с КНР, использующие каналы связи на нескольких уровнях.
СНБ подчеркивает важность продолжения диалога и сотрудничества по вопросам, представляющим общий интерес, поскольку это будет способствовать миру и стабильности в Индо-Тихоокеанском регионе. В целом, дипломатические усилия Японии в отношении Китая будут направлены на то, чтобы побудить государство действовать более прозрачно и предсказуемо, одновременно обеспечивая и сохраняя прочные коммуникационные связи в области безопасности.
Северная Корея сегодня представляет еще более серьезную опасность, чем никогда прежде. Ее достижения в области ядерных исследований и ракетных технологий позволили стране теперь достичь материковой части Соединенных Штатов. Постоянные ракетные и ядерные испытания нарушают нормы и правила международного права и представляют серьезную угрозу для ее соседей.
Более того, Северная Корея планирует быстро увеличить свой ядерный потенциал в качественном и количественном отношении, вероятно, в результате недавнего успешного испытания межконтинентальной баллистической ракеты. По этой причине Токио усилит Стратегической координации между Японией и РК и Японо-американо-РК, а также использовать свои дипломатические ресурсы, чтобы призвать КНДР к денуклеаризация и ее политические средства для осуществления соответствующих санкций.
Российская Федерация представляет собой еще одну серьезную стратегическую проблему. СНБ подчеркивает ускорение военной активности России в Восточной Азии и на Севере Территорий, а также совершенно безрассудные угрозы страны о применении ядерного оружия. Неприемлемые и незаконные действия, предпринятые постоянным членом Совета Безопасности Организации Объединенных Наций, не только подорвали региональную и глобальную обстановку в области безопасности, но и дискредитировали авторитет Организации Объединенных Наций и СБ ООН в частности.
На том основании, что технологии, связанные с ракетами, находятся на подъеме в регионе, а постоянные испытания КНДР и Китая представляют серьезную угрозу, правительство в Токио пришло к выводу, что способность начать контрнаступление в случае нападения была бы крайне необходима. Таким образом, было принято беспрецедентное решение о приобретении средств нанесения ответного удара в виде ракет большой дальности, способных поражать стратегические наземные цели на территории противника.
«Япония хотела ограничить свои расходы на оборону и старалась не приобретать возможности для нанесения второго удара. Но окружающая нас ситуация не позволяет нам этого сделать», - заявил Итиро Фудзисаки, бывший посол Японии в США [11].
Это важное достижение, поскольку такая технология позволит Японии поражать цели на расстоянии более тысячи километров. Тем не менее, возможность «превентивных ударов, а именно нанесения первого удара на этапе, когда вооруженного нападения не произошло, остается недопустимой [11]». Более того, как указано в Стратегии национальной обороны, сама природа таких мощных способность проецировать силу сама по себе будет действовать как сдерживающий фактор, заставляя потенциального агрессора дважды подумать, прежде чем предпринимать какие-либо действия [31].
Наряду с развитой сетью противоракетной обороны, потенциал контрудара обеспечит второй уровень защиты, эффективно нацеливаясь на наиболее важные военные объекты, такие как места запуска ракет, центры управления и командные пункты, военные корабли и т.д.
Как отметил Кристофер Б. Джонстон, старший советник и японский председатель CSIS, говорит, что Японии потребуется широкое сотрудничество с Соединенными Штатами для того, чтобы сделать возможность контратаки эффективной. Такие важные сектора, как целеуказание, сбор разведданных, наблюдение, оценка боевого ущерба и так далее, потребуют широкого диалога и сотрудничества [23].
Японское правительство уже объявило о своем плане закупки крылатых ракет «Томагавк» стоимостью 2 миллиарда долларов для своих эсминцев ВМС США, решение, который приветствовался Вашингтоном [23].
Новые области сотрудничества между Японией и Соединенными Штатами Государства сделают двусторонний альянс еще сильнее.
Более того, благодаря надежной самообороне и взаимодополняющим возможности нанесения контрудара, Япония приобретет статус более равноправного стратегического партнера, поскольку ему больше не придется полагаться исключительно на военную мощь США в обеспечении своей национальной безопасности.
Еще одним новаторским событием в новой политике безопасности является историческое увеличение расходов на оборону. Япония намерена увеличить свои инвестиции в безопасность (ранее ограниченные 1%) до 2% ВВП к 2027 финансовому году. При таком уровне расходов Токио планирует увеличить внутреннее оборонное производство, укрепить систему исследований и разработок нового оборудования и продвигать политику правительства в различных областях, направленную на разработку сложной и многоуровневой системы национальной безопасности [39].
На это решение, по-видимому, сильно повлияла СВО России на Украине. Достижение целевого показателя расходов в 2% соответствует рекомендуемым руководящим принципам НАТО и, как ожидается, поставит Японию на третье место в мировом рейтинге расходов на оборону [22]. В пятилетней перспективе будут осуществлены следующие инвестиции: 7 миллиардов долларов в кибервойну, 7 миллиардов долларов в космос, 6 миллиардов долларов на разработку программа создания истребителей шестого поколения совместно с Соединенным Королевством и Италией [5].
Однако наибольший объем расходов будет направлен на приобретение и эффективное использование средств противодействия ударам.
Ключевой и надежный союзник Японии Соединенные Штаты были самым важным стратегическим партнером Японии со времен окончания Второй мировой войны. Японо-американский «Договор о безопасности» наряду с доктриной Есиды позволял американским войскам размещаться в Японии с целью обеспечения безопасности, в то время как послевоенная страна была сосредоточена на восстановлении своей экономики [23].
Это проложило путь для Японии стремительное экономическое и технологическое развитие и в то же время открыло новые двери для Соединенных Штатов в регионе. На протяжении многих десятилетий сотрудничество и партнерство в оборонной сфере между США и Японией основывались на принципе «Копья и щита» соответственно.
Однако теперь, с новой стратегией безопасности, отношения будут более равноправными с точки зрения оборонных возможностей. В СНБ подчеркивается, что транстихоокеанский альянс останется краеугольным камнем политики национальной безопасности Японии.
Кроме того, Токио стремится углублять свое взаимодействие с Вашингтоном и другими союзниками и странами-единомышленниками для решения многочисленных проблем национального и международного характера, включая усилия по реформированию СБ ООН, борьбу с изменением климата и другие глобальные вызовы, обеспечение свободы и открытости Индо-Тихоокеанского региона и укрепление общественной дипломатии.
В то время как двусторонние обязательства в области безопасности остаются основой этого партнерства, Соединенные Штаты и Япония все чаще рассматривают североатлантический союз как инструмент для проецирования их совместного влияния на укрепление стабильности и верховенства права в неспокойной международной системе [23].
Негативная реакция внутри страны и на международном уровне возникли тогда, когда Япония опубликовала первую почти за 10 лет и только вторую в истории стратегию национальной безопасности и дополнительные документы по оборонному планированию.
Сегодня Токио, по-видимому, может рассчитывать на незначительную, но реальную поддержку большинства населения в усилении обороны, политический консенсус, который когда-то был почти немыслим. Несколько опросов, проведенных японскими информационными агентствами, демонстрируют растущее желание общественности привлекать Японию к обороне Тайваня, внедрять системы противодействия ракетным провокациям Северной Кореи и в целом повышать обороноспособность.
Восприятие этих документов было встречены без резкого неодобрения, что резко отличается от других примеров реформирования системы безопасности в истории. Японский народ сейчас, похоже, более чем когда-либо готов принять давно желаемое повышение обороноспособности своего правительства [5]. Кроме того, естественно, что заявление Токио вызвало широкий спектр реакций по всему миру. Мнения в регионе в значительной степени разделились по одному вопросу: отходит ли Токио от своей «традиции пацифизма» или нет [5].
Президент Джо Байден заявил, что «Соединенные Штаты выступают с Японией в этот критический момент», поскольку Вашингтон приветствовал новую стратегию национальной безопасности Японии, знаменующую собой серьезный сдвиг в послевоенной оборонной политике этой страны. «Наш альянс является краеугольным камнем свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона, и мы приветствуем вклад Японии в мир и процветание», - написал Байден в Твиттере.
Советник по национальной безопасности Джейк Салливан описал новую стратегию Японии как «смелый и исторический шаг по укреплению и защите свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона [23]».
Первый визит премьер-министра Японии Фумио Кисиды, только вступившего в должность, в Вашингтон состоялся 13 января 2023 года, что ознаменовало крупную трансформацию в американо-японском альянсе. Новые реформы Японии в области безопасности, и ее активная реакция на украинский кризис были тепло восприняты в Вашингтоне.
В Вашингтоне подчеркивают, что Япония более решительно настроена укреплять свой собственный оборонный потенциал, вносить вклад в региональное сдерживание и раскрывать новый потенциал для использования двустороннего партнерства для решения серьезных вызовов международному порядку.
Неделя американо-японской дипломатии на высоком уровне привела к принятию обязательств по улучшению оборонительных позиций союзников на юго-западе Японии и решению создать более подвижный прибрежный полк морской пехоты США на Окинаве. В довершение всего, в совместном заявлении Байдена и Кисиды, сделанном сразу после саммита, отмечалось не только, что «альянс по безопасности никогда не был сильнее», но и что союзники «решительно выступают против любых односторонних попыток изменить статус-кво силой или принуждением в любой точке мира» [17].
Вильнюсcкий саммит НАТО, прошедший 11–12 июля 2023 г., продемонстрировал, что взаимодействие Североатлантического альянса со странами Индо-Тихоокеанского региона (ИТР) приобретает системный характер. Это второй саммит, в котором участвовали Япония, Республика Корея, Австралия и Новая Зеландия, так называемая «Азиа