Дипломная работа по Политология на тему Россия и Европейский союз: проблемы и перспективы развития отношений в начале 21 века

традиционных культурных ценностей могут привести к эскалации напряженности.
Поэтому ЕАЭС нужно рассматривать как новую идеологию развития современного общества, основанную не только на экономическом прагматизме, но и на уникальных общих исторических и культурных корнях.
Россию, Беларусь, Казахстан и Армению связывает общее историческое и культурное прошлое. И это прочный фундамент для перспектив развития Евразийского союза. Все это, в конечном счете, сыграло важную роль при выборе евразийского вектора развития Казахстана. Уверенность общества в правильности выбора является фундаментальным фактором успеха интеграционных процессов.
В конечном итоге успех любой страны в интеграционном объединении будет зависеть от ее конкурентоспособности, самодостаточности, способности к модернизации и инновациям. Современная Россия, в отличие от России 1990–х годов, ведет самостоятельную внешнюю политику, отстаивает свои интересы, иногда даже вопреки мнению большинства мирового сообщества. При этих проблемах остается немало и целый ряд из них необходимо считать сложными и затяжными.
Однако перспективы России в рамках формирующегося многополярного мира, все–же положительные, что обусловлено ее уникальным геополитическим положением, ресурсно–экономическим и вооруженным потенциалом, и, главное, принципиальной активной внешней политикой. Каждый баланс интересов, и его достижение, имеет конечный пространственно–временной ограничитель. Для начала, весь процесс развития государств определяется эволюцией интересов нации. При изменении международного окружения, могут изменяться и интересы, что требует постоянного мониторинга и принятия мер, если они необходимы.
 
Глава 2. Основные направления сотрудничества России и Европейского Союза
2.1 Политические аспекты сотрудничества

Несмотря на то, что Россия является евроазиатской страной, ее внешнеэкономические, а также внешнеполитические интересы во многом объективно ориентированы на Европу (географическая близость, прежде всего наиболее населенной и промышленно развитой части страны; традиционные связи, имеющие 300-летнюю историю; взаимодополняемость экономик, возможности Евросоюза в предоставлении капиталов и технологий.
Вот такого рода политическое мифотворчество распространено в дипломатических кругах. Более того, в основном документе, определяющем внешнюю политику РФ «Концепции национальной безопасности 2013» прописано, что «отношения России с ЕС отличаются новым качеством: прагматизмом и откровенностью». Трудно поверить в данный тезис, когда происходит прямо противоположное на протяжении всей истории отношений ЕС-Россия. Основную роль провокатора и инициатора всяческих проблем для России играет в ЕС Польша. Она же – правая рука США в структуре НАТО. И с каждым годом Польша набирает все большее влияние на постсоветском пространстве через институты ЕС. Поэтому историю сотрудничества, равно как его перспективы следует очень трезво оценивать с точки зрения не тактических выгод, а стратегического развития.
Для Европейского Союза Россия представляет интерес как с точки зрения обеспечения безопасности в Европе, так и в плане укрепления экономических и научно-технологических позиций в мире перед лицом конкуренции со стороны США и Японии. В условиях, когда эффект создания единого внутреннего рынка ослабевает, освоение необъятно емкого российского рынка может стимулировать ускорение темпов развития экономики и сокращение безработицы в странах Евросоюза. Именно эта заинтересованность в России как внутреннем рынке привела к тому, что в настоящее время в РФ самостоятельно производится лишь 20% продуктов народного потребления, включая легкую и пищевую промышленность, оставшиеся 80 %- импорт. И этот ужасающий факт экономической зависимости от Европы и США очень спокойно констатировал в 2012 году российский Минфин.
При этом ошибочно полагать, что единственным препятствием для развития отношений ЕС и России являются внутренние проблемы именно нашей страны. Приходится критически относится к таким явлениям во внутренней жизни России, как конфликт на Северном Кавказе, совершенно неприемлемое по качеству формирование «вертикали власти», которая фактически привела к развалу систему горизонтального взаимодействия между ветвями власти и органами управления, полное отсутствие гражданских прав и свобод не на бумаге, а в отношении реальных возможнотей их реализации, кроме деклараций- практически ничего позитивного власть «Единой России» за последние 15 лет не принесла. И разумеется нельзя было осложнять текущую ситуацию в национальном хозяйстве совершенно ненужным, лишь имиджевым шагом- вступлением страны в ВТО- только лишь бы политические клубы мира считали Россию действительно сильным игроком не внешнеполитической арене. У РФ, напомним, есть только один основопологающий документ, который касается всего развития государства: «Концепция социально-экономического развития РФ до 2020 года» . И в ней больше общих слов, чем собственно стратегических выкладок. И нет отдельного документа, составленного именно РФ для пояснений механизмов работы с ЕС. А вот у Евросоюза наработана солидная документарная база, на основе которой проводится вся политика ЕС.
Так, еще в июне 1999 года Европейский Совет принял Общую стратегию ЕС по России. Она ставит целью укрепление стратегического партнерства между нами. Совет постановил также, что в начале каждого полугодия страна-председатель должна представить рабочий план по применению Общей стратегии. План нашего председательства основан на принципиальных и объективных целях Общей стратегии. Вот они: укрепление демократии, верховенство закона и развитие институтов гражданского общества в России; интеграция России в Общее европейское экономическое пространство (ОЕЭП); сотрудничество в целях укрепления стабильности и безопасности в Европе и за ее пределами. Общей стратегии уже четыре года. За это время она помогла нам выявить конкретные приоритетные области в отношениях с Россией, и поставила несколько масштабных целей, к которым мы сейчас совместными усилиями стремимся. Это - создание ОЕЭП, развитие энергетического диалога, укрепление сотрудничества в вопросах юстиции и внутренних дел, борьба с международным терроризмом, взаимодействие в преодолении кризисов и создании единой европейской оборонной политики и политики безопасности. Одним из способов интеграции видится создание Большой Европы, включающей в себя и Россию.
В настоящее время программы сотрудничества России и стран Евросоюза осуществляются в рамках таких международных структур, как : Совет Европы, который занимается вопросами соблюдения прав человека; Комиссия Европейских сообществ по содействию правовым реформам (завершила работу весной 2010 года за прекращением финансирования). В основном, в середине 90-х годов наибольшее внимание диалогу между Россией и ЕС уделяла Франция: она активно участвовала в подписании промежуточного соглашения России и ЕС, которое последовало за договором о сотрудничестве (24 июня 1994), вступившим в силу 1 февраля 1996 г., в программах научно-технического сотрудничества ТАСIS и С1SТ. По настоянию Ж. Ширака и Г. Коля, Парламентская ассамблея Совета Европы согласилась на членство России в Совете, несмотря на первую войну в Чечне.
Начало XXI века: на саммите Россия - Европейский союз в мае 2000 г. новым российским руководством в итоговом документе делается стратегическое заявление: "Развитие событий в России, поддержанное россиянами, подтверждает ее европейское призвание. Россия является и будет конструктивным, надежным и ответственным партнером в работе по формированию многополярной системы международных отношений, основанной на строгом соблюдении международного права". Основными целями Стратегии являются обеспечение национальных интересов и повышение роли и авторитета России в Европе и мире путем создания южной общеевропейской системы коллективной безопасности, привлечение хозяйственного потенциала и управленческого опыта Европейского Союза для действия развитию социально ориентированной рыночной экономики России, базирующейся на принципах справедливой конкуренции, и дальнейшее строительство демократического правового государства.
Подводя итог сказанному, можно сделать следующий вывод: несмотря на то, что ЕС и РФ за минувшие годы накопили весьма значительный опыт ведения переговоров, игра по-прежнему ведется «в одни ворота»- ЕС тщательно соблюдает свою выгоду, а Россия идет на уступки, поскольку государству, чье развитие остановилось на уровне ресурсной модели ничего другого пока не остается.
Необходимо отметить, что успешность диалога "Россия-ЕС" зависит от сочетания двух условий. Во-первых, это наличие адекватных ориентиров (каким может быть для России включенность в общее экономическое и, отчасти, социальное пространство Европы). Во-вторых, это наличие адекватного инструментария (каким могут стать, в том числе, средства, которые предоставляет право).
И именно готовность совершенствовать этот инструментарий - правовую базу сотрудничества - является, на наш взгляд, одним из лучших тестов на проверку присутствия у России и Евросоюза воли к поступательному взаимодействию. Пространство «Восточного партнерства» как отдельный регион для разработки своего влияния ЕС выделил относительно недавно. Цель программы – привлечь внутренние рынки стран Восточной Европы к реанимации собственного экономического пространства от стагнации и кризиса перепроизводства. В программе «Восточного партнерства» в настоящий момент задействованы несколько групп стран: Беларусь, Молдова и Украина выделялись в «новую Восточную Европу», а Армения, Азербайджан и Грузия – в «Южный Кавказ».
Успехи продвижения в программе определяются по бально-рейтинговой системе, и до недавнего времени, самый высокий рейтинг демократизации был у Армении. При этом надо понимать, что деление стран на группы достаточно условно, поскольку невозможно отчетливо выделить какой-либо международно-политический регион3 на этом пространстве вследствие малого количества взаимосвязей и различных внешнеполитических ориентаций стран, входящих в «Восточное партнерство». Феномен «Восточного партнерства» заключается в существовании группы стран, которые в целом международно-политическим регионом не являются, но воспринимаются таковым вследствие нахождения между двумя мощными геополитическими игроками
«Восточное партнерство» было создано для оформления так называемой «геополитической рамки» (region build), аналогичной средиземноморской, и его основным фокусом является концентрация на многосторонних проектах с привлечением соседствующих стран к участию и финансированию. Это только подтверждает наш тезис о том, что Европа озабочена лишь собственным благополучием, а не развитием стран- доноров. На примере Вышеградской группы и Центральноевропейского соглашения о свободной торговле Европейский союз решил в формате «институционализированной интеграции» якобы способствовать субрегиональному взаимодействию и экономическому сотрудничеству для укрепления стабильности восточных соседей.
В целом, проект «Восточного партнерства» может быть интерпретирован с помощью теории «кооперативной гегемонии» на постсоветском пространстве. При этом ни интересы России, ни тем более стран-доноров учтены не будут.
Фактически в настоящее время Европейский Союз вымещает США как геополитического актора из региона «Восточного партнерства», по факту предлагая более выгодную альтернативу Организации за демократию и экономическое развитие - ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан, Молдова). Сейчас благодаря программе «Восточное партнерство» усиленно расшатывается политическая ситуация на Украине, что отнюдь не способствует безопасности границ России, поскольку негативные последствия гражданской войны скажутся в первую очередь именно на России. Главными фигурантами в процессе продвижения «Восточного партнерства» для подписания соглашения об ассоциации в ЕС являются Польша, Эстония и Литва, которые могут получить первичный доступ к украинским рынкам сырья (в том числе к разработкам сланцевого газа, на который так охотились США). После скандала на саммите по «Восточному партнерству» 27-28 ноября текущего года в Украине начался глубокий политический кризис, точнее- отказ от подписания соглашения стал поводом для открытого противостояния внутри страны.
Известные принципы эпохи после окончания «холодной войны» и надежды на новый мировой порядок, похоже, отменены, и некоторые наблюдатели даже начали размышлять о начале новой холодной войны, «гибридной холодной войны» или «холодной войны» 2,0. Теперь мы живем в новом мире, который еще предстоит определить в терминах новой политической науки (которая нуждается в инновационных методах, аналогичных ситуации, когда квантовая механика была введена в физику в 1920-х годах) и нуждается в тщательном анализе. Вопреки многим эйфорическим ожиданиям Россия не вошла в «демократическую западную семью народов» и в значительной степени остается «континентом» и, в глазах многих западных критиков, клонов позднего Советского Союза, только без коммунистической идеологии.
С начала 60-х годов никогда не было отношений между Россией и ее западными партнерами ─ с бушующими информационными войнами, и продолжалась война с санкциями - настолько напряженная. Российские ученые-политологи пришли к выводу, что Запад вновь выбрал стратегию сдерживания в отношении России, которая все еще (опять же) описана как враг и серьезная угроза безопасности - почти наравне с пресловутой ИСИС. Все это усугубляло старые московские обиды, как это вначале было сформулировано президентом Путиным в его знаменитой мюнхенской речи 2007 года и его заявлением на сессиях ГА ООН до того, что Запад использует подход двойных стандартов и не считает Россию равным , уважаемого и надежного партнера.
С другой стороны, многие голоса на Западе требуют разграничения новой политики, чтобы компенсировать «новую непримиримость» Москвы, потому что, как они ее видят, путинская Россия отвергает существующие нормы международной системы и противоречивые послевоенные правила, которые руководствовались европейскими что означает, что в российской политике отсутствует какая-либо легитимность. Они утверждают, что «русская аннексия Крыма и открытая поддержка сепаратистских сил в проблемных восточных регионах Украины» показали, что Кремль решил действовать независимо - не обращая внимания на западных критиков. В России и в России это рассматривается как поддержание жизненно важных геополитических интересов России и своего рода «месть за предполагаемое унижение и невнимательность», которое оно понесло с западной стороны в 1990-х годах.
Москва, несмотря на свою очевидную, хотя и спорную экономическую беспомощность, достигла всемирного авторитета, пользуется почти бесспорным влиянием, а ее «внешнеполитическая капитализация» или присутствие на международных «радарах» в некоторых аспектах превзошла даже советское глобальное влияние на самой высокой точке , Это еще раз заставляет Россию почти готовиться к конкуренции с США. Не считая ЕС серьезным собеседником, он претендует на роль вождя тех частей мира, где элиты и массы устали от «вечного американского диктата».
Шаг спорной состязательного риторики с обеих сторон, кажется, положить в небытие не только контуры «общего пространства безопасности» и всего наследия России и Запада в наше время, но хоронит все надежды на дальнейшее продвижение по контролю над вооружениями или его конструктивное наращивание более глубокой уверенности и доверие между Россией и Западом. Видение Общего общесоюзного пространства «от Лиссабона до Владивостока» или мир, свободный от ядерного оружия или дальнейшие и более глубокие сокращения ядерных арсеналов, в нынешней ситуации не имеют значения.
Наблюдатели Москвы склонны утверждать, что стремление России стать «стратегическим союзником» Запада (хотя многие в НАТО обычно предпочитают не рассматривать Москву как таковую), возможно, проигнорировали в 1990-х годах.
Их западные коллеги возражают, что Россия никогда не предпринимала никаких шагов к фактическим демократическим изменениям и прочным рыночным реформам, которые помогли бы интегрировать ее в сообщество свободных европейских стран. Москва ускользала от фактической «де-советизации», которая включала бы тщательный процесс люстрации для высокопоставленных чиновников коммунистической партии СССР и офицеров КГБ, как это было реализовано в большинстве других бывших государства Варшавского Договора (которые, хотя и не без трудностей, или Ангелы бывших аппаратчиков, в конечном итоге превратили бывшую ГДР коммунистов в составную часть объединенной Германии).
Нынешняя модель социально ориентированного современного капитализма никогда не работала в постсоветской России. Идеологически новые российские «элиты» никогда не разделяли фундаментальные традиционные западные ценности. Все это привело к конфронтации по вопросам, начиная от основ демонстрации красноречия и принципы управления, разделения властей, прав и свобод человека к подходу к разрешению почти всех основных международных кризисов.
Диалектически противоположные взгляды западной и российской элиты, например, в последнее время были продемонстрированы позицией Москвы по поводу дела Чарли Хебдо или реакции некоторых западных чиновников на российскую деятельность в Украине или Сирии. Нет сомнений, что все эти злостные события особенно повлияли на отношения с традиционными европейскими партнерами России, в частности с Европейским союзом. С кончиной коммунистического государства Россия кропотливо пытается определить свою национальную идентичность, раскачиваясь между признанием того, что она исторически является неотъемлемой частью Европы, европейской нации, хотя и конкретный, и некоторые трубы мечтают о создании «евразийской» сущности или даже претендуют на отдельный «Континент-Россия», что-то вроде острова в геополитическом евразийском сердце.
Многие современные политики и комментаторы в Москве, как правило, игнорируют тот факт, что из-за притока европейского технологического мастерства в восьмом веке Россия стала мощной империей со значительной военной мощью и дипломатическим влиянием только в результате быстрой вестернизации при Петре Великом без которого он превратил бы в полуколонию, такую как древний Китай. Таким образом, он стал крупным игроком в европейских делах. Еще с 14-го века в европейских письменных источниках содержались заявления, в которых говорилось о мечте об объединенной Европе. Этот континент был отмечен не только как колыбель современной мировой цивилизации, науки и мировой технологической мастерской, но и как арена кровавых войн и восстаний. 19-й век запустил лозунг «Соединенных Штатов Европы» после Гражданской войны в США. Стремление к этому только усилилось после двух мировых войн с их ужасным бичом. Но только после поражения нацизма отцы-основатели Новой Европы,