Доклад по уголовному праву на тему Условия ответственности за причиненный вред при физическом или психическом принуждении.

существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких;
- принуждением без указания на способы такого принуждения (ст. 240 УК РФ);
- шантажом (ст. 302 УК РФ);
- иными незаконными действиями (ст. 302 УК РФ);
- путем использования материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей) (ст. 133 УК РФ).
3. Важной характеристикой психического принуждения и понуждения как самостоятельных составов преступления является момент их окончания. В теории уголовного права и судебной практике не выработано единообразия в подходах к моменту установления окончания психического принуждения.
В действующем уголовном законодательстве принуждение, понуждение, вербовка и склонение рассматриваются как деяния с большей степенью общественной опасности деяния, нежели вовлечение. Возникает вопрос: насколько такой подход справедлив?
Думается, что подобное законодательное решение нуждается в критической оценке. Вовлечение так же, как и иные формы психического принуждения, связано с навязыванием воли виновного лица. При этом с точки зрения содержания вовлечение также может быть связано с применением физического и психического насилия, что не позволяет признать вовлечение менее общественно опасным, чем иные виды психического принуждения.
Еще одним аспектом, который может определять степень общественной опасности совершенного деяния, является ценность объекта посягательства. Вовлечение как самостоятельный состав преступления связан, например, с посягательством на отношения нормального развития несовершеннолетнего, относимые к числу приоритетно охраняемых. Данное обстоятельство также свидетельствует о не меньшей общественной опасности, нежели иные виды психического принуждения.
Исходя из изложенного, следует, что действия законодателя по переносу момента окончания вовлечения на более позднюю стадию совершения преступления, чем момент окончания иных видов психического принуждения, не в полной мере коррелирует со степенью общественной опасности такого деяния.


2. Физическое и психическое принуждение в доктрине уголовного права
В отечественном научном дискурсе и специализированной юридической литературе институт принуждения, как обстоятельства, исключающего преступность деяния, находится еще только на начальной стадии своего формирования. В то время как в рамках западной теории и практики уголовного права у данного института (Duress) сформированы две основные научные концепции: велфаристская (The Welfarist Conception), утверждающая, что закон не может быть нарушен действиями, совершенными под принуждением, и волюнтаристская (The Voluntarist Conception), утверждающая, что принуждение - обстоятельство, исключающее преступность деяния. Данные подходы, несмотря на их диаметральную противоположность, направлены на достижение единой цели - глубокого теоретического осмысления и облегчения применения института на практике.
Недостаточная разработанность данного правового института наиболее ярко проявляется при формулировании сущности психического принуждения. В России так и не достигнуто взаимопонимание между учеными и правоприменителями при использовании института психического принуждения. Так, зачастую этот правовой институт рассматривается либо исключительно как гипноз, либо приравнивается к институту крайней необходимости, либо заключается в информационном воздействии на психическую подструктуру другого человека. В то же время как отечественные ученые, так и наш законодатель не рассматривают обозначенные выше американские теории обоснования института Duress, обозначая принуждение лишь как обстоятельство, исключающее преступность деяния. О наличии актуальных работ, проводящих сравнительно-правовой анализ института принуждения, говорить не приходится, чем и обусловлена новизна данного исследования.
Основной исследовательский вопрос отечественных ученых сводится лишь к тому, как применяется данный институт на практике в Соединенных Штатах Америки. Для этого зачастую берутся судебные прецеденты и законодательство штата Калифорния. Кроме того, ученые предлагают, какие поправки необходимо внести в действующее российское уголовное законодательство для обеспечения наибольшей эффективности института психического и физического принуждения в стране. В настоящее время в судебной практике институт физического и психического принуждения практически не применяется. Рассмотрение дел в судах апелляционных инстанций всегда приводит к отрицательному решению. В то же время в американском уголовном праве сформировано множество различных прецедентов по данной проблеме и разрешены десятки дел. Поэтому, прежде чем формировать суждение о возможной модернизации отечественной практики применения института, следует обратиться к анализу уже накопленного зарубежного опыта. В качестве примера следует выбрать США, где наиболее развит как в теории, так и на практике институт Duress.