Фрагмент для ознакомления
2
Классификация преступлений экстремистской направленности как раз-новидность логической операции деления некоторого класса на виды имеет непосредственное значение как для законодательной, так и для практической и научной деятельности. Прием классификации преступлений давно и успеш-но используется правовой наукой, представители которой отмечают не толь-ко ее сугубо теоретическую, но и прикладную ценность. М.С. Жук совер-шенно справедливо считает, что, «будучи самостоятельной научной пробле-мой, классификация уголовноправовых институтов напрямую связана и с теоретическими вопросами систематизации права, и с прикладными пробле-мами применения уголовно-правовых норм, поскольку оптимизирует и по-иск, и толкование правоприменителем всех нормативных предписаний, име-ющих отношение к правоприменительной ситуации» . Кроме этого, по мне-нию С.С. Алексеева, классификация позволяет избежать односторонности научной интерпретации норм права и вовлечь в поле зрения исследователя весь объем анализируемого материала . При этом главным результатом классификации рассматриваемого феномена является получение возможно-сти выявления новых черт и качественных особенностей исследуемых видов. В уголовном праве классификация чаще всего находит свое отражение в си-стематизации преступлений по определенным признакам.
В соответствии с приказом Генерального прокурора Российской Феде-рации от 21.03.2018 № 156 «Об организации прокурорского надзора за ис-полнением законодательства о противодействии экстремистской деятельно-сти» к рассматриваемой группе преступлений предлагается относить деяния, закрепленные в статьях 148, 149, 212, 239, 278–280, 282–2822 , 357 УК РФ, а также в ст. ст. 105, 111, 112, 115–117, 119, 141–1421 , 150, 763 213, 214, 243, 244, 281, 335, 336 УК РФ, если они совершены по мотивам политиче-ской, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.
Также, согласно указанию Генпрокуратуры Российской Федерации и МВД России от 25.06.2024 № 462/11 «О введении в действие Перечней ста-тей Уголовного кодекса Российской Федерации, используемых при форми-ровании статистической отчетности» , имеются два самостоятельных переч-ня, включающих в себя деяния, непосредственно относящиеся к экстремист-ским:
а) преступления, которые без наличия дополнительных условий непо-средственно относятся к экстремистским: пункт «л» части 2 статьи 105, пункт «е» части 2 статьи 111, пункт «е» части 2 статьи 112, пункт «б» части 2 ста-тьи 115, пункт «б» части 2 статьи 116, пункт «з» части 2 статьи 117, часть 2 статьи 119, пункт «б» части 1 статьи 213, статьи 280, 282, 282.1, 282.2, 357 УК РФ;
б) деяния, которые могут быть отнесены к экстремистским при условии наличия в статистической карточке отметки о совершении преступления по мотивам ненависти либо вражды идеологической, политической, расовой, национальной, религиозной в отношении какой-либо социальной группы: части 3 и 4 статьи 111, статьи 136, 141, 142, 142.1, 148, 149, часть 4 статьи 150, статьи 212, 213, 214, 239, 243, 244, 278, 279, 281, 335, 336 УК РФ.
Это Указание также содержит перечень преступлений террористиче-ского характера: статьи 205, 205.1, 205.2, 206, 207, 208, 211, 277, 360 УК РФ.
Анализ положений, закрепленных в упомянутом Указании Генпроку-ратуры и МВД России, позволяет констатировать, что, во-первых, перечень преступлений экстремистской направленности, изложенный в нем, является весьма условным; во-вторых, попытка определить исчерпывающий перечень экстремистских преступлений является явно неудачной, так как мы должны понимать, что в целом невозможно сформулировать единый и исчерпываю-щий перечень преступлений экстремистской направленности, поскольку к нему можно отнести любое умышленное преступление, совершенное с экс-тремистским мотивом; в-третьих, предлагаемый подход не дает возможности оценить всего многообразия современного экстремизма, ведь если оценивать лексическое значение, предложенное законодателем в качестве единственного критерия отнесения к преступлениям экстремистской направленности, а именно наличие экстремистского мотива, то мы должны понимать, что они могут совершаться и без такового. Например, преступления, предусмотрен-ные статьями 282 УК РФ, 280 УК РФ, 205.1 УК РФ, могут совершаться по корыстным либо хулиганским мотивам, однако в данном случае, мотив на квалификацию вышеуказанных преступлений влиять не будет, ибо имеет значение только сама цель совершенного преступного деяния. Проблема классификации преступлений экстремистской направленности на законода-тельном уровне, на наш взгляд, главным образом связана с неопределенно-стью самого законодателя относительно содержания критериообразующих признаков рассматриваемой группы преступлений и отсутствием легального определения таких дефиниций, как «экстремизм» и «экстремистская деятель-ность». На доктринальном уровне также нет единства во мнениях в вопросе определения круга исследуемых преступлений. В научных изысканиях суще-ствует довольно большое количество классификаций, в основу которых по-ложены различные критерии.
Понятие преступлений экстремистской направленности изложено в примечании 2 статьи 282.1 УК РФ. Однако до сих пор проблема определе-ния конкретного перечня преступлений экстремистской направленности оста-ется неопределенной. Вступлением в законную силу Федерального закона от 24.07.2007 № 211-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму» включено понятие пре-ступлений экстремистской направленности. Этим же законом был определен общий критерий отнесения преступлений к экстремистским, которым являет-ся особый мотив, имеющий различные оттенки – национальный, расовый, религиозный, идеологический или политический. Вместе с тем предложенное в законе толкование преступлений экстремистской направленности сделало проблемным определение онтологической основы этих преступлений.
В науке имеются различные подходы к определению видов преступле-ний экстремистского толка. Так, например, по мнению С.В. Борисова, к пре-ступлениям экстремистской направленности относятся «…уголовно наказуе-мые деяния, совершение которых по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мо-тивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы непосредственно предусмотрено соответствующими статьями Особенной ча-сти УК РФ» .
Практически аналогичной позиции придерживается С.А. Юдинечева, по мнению которой к преступлениям экстремистской направленности следует относить преступления, «…в которых мотив политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо нена-висти или вражды в отношении какой-либо социальной группы закреплен законодателем в диспозиции в качестве конструктивного признака основного состава либо в качестве квалифицирующего» .
А.А. Можегова считает, что экстремистские преступления и преступле-ния экстремистской направленности необходимо разграничить, и в основа-ние данного разграничения положить объект посягательства. По мнению ав-тора, к преступлениям экстремистской направленности необходимо относить преступления, в которых экстремистский мотив выступает квалифицирую-щим признаком или обстоятельством, отягчающим преступное деяние .
Представляется, что целесообразно подразделять преступления экс-тремистской направленности на три группы, а именно:
1) «чистые» экстремистские преступления, т.е. преступные деяния, со-вершая которые виновные лица производят действия, направленные на воз-буждение ненависти и вражды в отношении определенных лиц или групп людей (статьи 280, 282, 2821, 282.2 УК РФ);
2) любые преступления Особенной части УК РФ, совершение которых обусловливается экстремистскими целями;
3) террористические преступления как наиболее радикальная форма проявления экстремизма. Однако данная группа до сих пор критикуется ис-следователями, поскольку является неоднородным видом преступной дея-тельности, которая посягает на разные общественные отношения, охраняе-мые уголовным законом.
Если исходить из дословного толкования примечания 2 статьи 282.1 УК РФ, в котором под преступлениеями экстремистской направленности по-нимаются преступления, совершенные по мотивам политической, идеологи-ческой, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, ли-бо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, предусмотренные определенными статьями УК РФ и п. «е» ч. 1 ста-тьи 63 УК РФ, то к преступлениям экстремистского толка следует относить те преступления, в диспозициях которых имеется особый мотив. Он входит в состав 12 преступлений, предусмотренных УК РФ (статьи 105, 111-112, 115-117, 119, 136, 150, 213-214, 244). В то же время не стоит забывать о том, что возможно совершение преступлений, непосредственно связанных с осу-ществлением экстремистской деятельности, в рамках экстремистских органи-заций и формирований, а также участие в них, либо же координация дея-тельности организации, признанной судом экстремистской.