Убийство с отягчающими обстоятельствами по уголовному законодательству РФ, проблемы квалификации.

Человеческая жизнь всегда очень строго охранялась уголовным правом каждого государства. С принятием Конституции Российской Федерации в 1993 году в текст Основного закона нашей страны впервые была включена лаконичная формула статьи 20, согласно которой каждый человек имеет право на жизнь. В принципе это было сделано правильно, потому что, в конце концов, жизнь - это высшее благо человека как биологической личности и одновременно социального существа: потеря жизни невосполнима и безвозвратно неизбежна.
Конституционные гарантии неприкосновенности жизни реализованы в нормах главы 16 действующего Уголовного кодекса Российской Федерации. Социальные отношения, связанные с жизнью, являются общей целью нападений в этой главе и непосредственной целью каждого из этих действий, влекущих за собой чью-либо смерть. Убийство традиционно признается самым тяжким преступлением против жизни практически в любой стране (независимо от ее социального и политического строя, религиозных канонов, культурных и других особенностей) .
В российской правовой системе понятие "убийство" прижилось не сразу. В памятниках древнерусского права, важнейшим из которых является "Русская правда", лишение человека жизни называлось "убийством", позже стало известно как "воспаление души" (Свод законов Российской империи 1832 г.), и только в конце 19 века его стали называть "умышленным убийством".
Учебники, монографии, статьи и комментарии содержат определения теоретиков, порой довольно оригинальные и полные, но в Российской школе уголовного права до сих пор не выработана единая научная концепция.
Определение этого очень важного уголовно-правового понятия впервые было введено в текст уголовного права в 1996 году, что следует признать неоспоримой заслугой законодателя.
На самом деле, в слове "убийство" с семантической точки зрения можно увидеть намек на преднамеренную форму вины. В то время позицию М.Д. Шаргородского мало кто поддерживал - в частности, прибалтийский криминолог Ю. Нокус. Возможно, это было связано с тем, что в Уголовном кодексе Латвийской ССР - единственной из всех союзных республик тогдашнего СССР - была прогрессивная формулировка статьи 103 - "лишение жизни по неосторожности".
Понятие убийство в действующем Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 года включает деяния, предусмотренные статьями 105, 106, 107, 108. Однако юридическое (юридическое) определение убийства как такового все еще не позволяет полностью отделить это деяние от аналогичных преступлений - как более, так и менее опасных, и поэтому существует острая необходимость в научном и практическом применении другого, доктринального определения убийства, которое не противоречит законам. юридический, но дополнял бы его, конкретизировал и помогал бы решать самые сложные вопросы квалификации насильственных посягательств. И эти проблемы существуют, и они не так просты .
Предположим, что сотрудник полиции был намеренно лишен жизни преступником, который ранее проявлял возмутительную активность в разоблачении соответствующего субъекта. Несомненно, что деяние подпадает под признаки статьи 295 УК РФ - а с другой стороны, вроде бы ничто не мешает квалифицировать его как убийство, поскольку по части 1 статьи 105 УК имело место умышленное причинение тяжкого вреда здоровью. причиной смерти другого человека является человек.... Таким образом, чтобы четко и недвусмысленно очертить круг преступлений, которые по закону могут и должны называться убийством (со всеми вытекающими из этого правовыми последствиями), необходимо сформулировать доктринальное (научное) определение убийства.
Подобные попытки неоднократно предпринимались в российской науке. Однако в большинстве случаев они сводились к таким определениям, как незаконное умышленное убийство другого человека, с небольшими вариациями.
Предпринимаются попытки (иногда необоснованные) отразить оригинальность анализируемого вмешательства в научном определении. Еще в 1961 году профессор Н.И. Забодников дал свое определение убийства как незаконное, умышленное или неосторожное лишение жизни другого человека, если причиной смерти является основание для привлечения к уголовной ответственности .
К сожалению, попытки осмыслить содержание столь важного и сложного понятия уголовного права и дать его доктринальное определение в последние годы практически прекратились, хотя это крайне необходимо не только с теоретической, но и с практической точки зрения. На наш взгляд, доктринальное определение убийства можно сформулировать следующим образом: убийство - это общественно опасное, незаконное, умышленное убийство другого человека, если оно не направлено одновременно против другого общественного отношения, защищенного уголовным правом.
Не случайно в постановлениях статей 277, 295, 317 слово "убийство" не подчеркивается. И, кроме того, все указанные формулировки сформулированы как "усеченные", и преступления считаются юридически завершенными, даже если жертва нападения действительно выжила. Это можно объяснить тем, что законодатель рассматривает такие действия, которые в первую очередь направлены не на лишение жизни конкретного человека, а на другие социальные ценности, которые еще более строго защищены уголовным правом, чем жизнь.
Террористические акты и убийства, совершенные поочередно без отягчающих и смягчающих обстоятельств, должны квалифицироваться не в соответствии с пунктом 2 "ч" статьи 105, а в соответствии со статьей 277 и частью 1 статьи 105. И здесь уже нельзя говорить о смягчении ответственности виновного, поскольку статья 277, являющаяся частью реальной совокупности, предусматривает в санкциях смертную казнь (кстати, санкция по этой статье вообще самая строгая в Уголовном кодексе!). На наш взгляд, эта статья в Уголовном кодексе Российской Федерации является самостоятельной. Статья 357 (геноцид), которая формально включает в диспозицию слово "убийство", но практически не используется, включена в УК РФ, поскольку наша страна подписала соответствующие конвенции, из которых обычно заимствуются словосочетания .
Специальные составы преступлений - статьи 317, 295, 277 - сохраняются в отечественном уголовном праве на протяжении многих лет, не являются зачатками сталинизма и широко используются на практике. И в нынешних условиях расцвета терроризма исключение подобных статей было бы просто безрассудным. Не случайно проект Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации" (в части гуманизации уголовно-правовых норм), был внесен, включен в проект федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации", принятый Государственной Думой Российской Федерации в первом чтении в ноябре 2003 г., ни слова не было сказано об исключении этих статей. Возвращаясь к началу предложенной формулировки, мы должны сосредоточиться на толковании прилагательного "незаконный".
По сей день незаконно лишать жизни неизлечимо больного человека по просьбе или с согласия близких родственников - так называемая эвтаназия. Однако в будущем ситуация вполне может измениться, поскольку эта проблема очень актуальна для России и активно обсуждается в обществе. В качестве промежуточного шага по просьбе жертвы 12 в Уголовный кодекс можно было включить специальный состав убийства, который был включен в официальный проект Уголовного кодекса, но не попал в окончательный текст.
Когда неизлечимо больной человек, находящийся в отделении интенсивной терапии с искусственным дыханием, решает больше не мучить себя и других и добровольно уходит из жизни, это неопровержимо с точки зрения нашего Уголовного кодекса. Если он физически не сможет закрыть клапан аппарата, попросит медсестру сделать это за него и тем самым прекратить его невыносимые страдания, то вместо гуманного (с точки зрения общественного сознания) поступка она совершит квалифицированное убийство, караемое смертной казнью.
Законность вопроса об эвтаназии (по крайней мере, так называемой "пассивной") подтверждается и общими положениями, касающимися права человека на жизнь и его права на достойную, не унижающую достоинство смерть по своему выбору.
В 2001 году Нидерланды приняли Закон о "легкой смерти", который предусматривает строгие процедуры и причины эвтаназии (только в случае невыносимой постоянной боли, только в случае подтверждения действительного завещания пациента или его родственников, если он сам недееспособен и т. д.). Швейцария находится на пороге принятия этого закона. такой закон, в котором эвтаназия практикуется уже давно, хотя закона нет. Опрос врачей в США, где наказание за эвтаназию суровое, показал, что каждый (!) из них хотя бы раз в жизни проводил ее "тайно" по просьбе пациента и не считает себя неправым. Однако традиции законодательной власти в этой стране все еще очень сильны: в 1999 году знаменитый врач Джек Кеворкян получил 25 лет тюрьмы за то, что отправил 130 пациентов в мир иной на 9 лет по просьбе пациентов и их родственников, часто за определенную плату. В Англии "семейный врач" Гарольд Шиффман был осужден по аналогичному делу - его "послужной список" насчитывает почти 300 пациентов. Кстати, в той же Англии Диана Красотка в 2001 году обратилась в суд с просьбой разрешить ей уйти из жизни неизлечимо больному мужу, которому рак последней стадии причинил невероятные страдания, и ее любящее сердце не смогло вынести такой ситуации .