Курсовая работа по богословию на тему Учение о обожении прп. Максима Исповедника, по

ВВЕДЕНИЕ
Обожение (гр. – theosis) – осуществляемый в лоне Церкви процесс уподобления верующего Богу и единения с Богом. Согласно учению Отцов Восточной Церкви, обожение является целью жизни человека и неотделимо от человеческого спасения.
Возможность обожения раскрывается Боговоплощением. Согласно общим положениям Отцов церкви, Бог стал человеком, чтобы человек через него стал богом. Вочеловечившийся Господь в благодатных таинствах и дарах соединяется с верными Ему душами. Обоженный человек во всем уподобляется Христу и становится зеркалом Божественного Света.
В настоящем исследовании понятие обожения будет рассмотрено через труды прп. Максима Исповедника, чье учение об обожении представляет вершину патристической традиции.
К наследию прп. Максима Исповедника обращались многие философы и богословы. Среди зарубежных исследователей трудов прп. Максима Исповедника можно выделить Г.У. фон Бальтазара, Э. Лаута , Ж.-К. Ларше, Л. Танберга, П. Шервуда. В отечественной философии и богословии к его трудам обращались И. Орлов, М.Д. Муретов, А.И. Сидоров, С.Л. Епифанович, А.И. Бриллиантов, Г.В. Флоровский, Д.А. Поспелов и другие.
Несмотря на то, что его труды активно изучаются, он остается неисчерпаемым источником идей, значимых и для наших дней. Это обуславливает актуальность данной работы.
В последнее время наблюдается повышение интереса к трудам прп. Максима Исповедника относительно учения об обожении, однако, к сожалению, до сих пор нет фундаментальных исследований антропологических воззрений Максима Исповедника. Несмотря на то, что в числе творений прп. Максима Исповедника нет отдельного труда, посвященного именно проблематике обожения, данные идеи присутствуют в каждом из его творений. Отсутствие фундаментальных исследований учения об обожении прп. Максима Исповедника обуславливает новизну настоящей работы.
Практическая значимость настоящей курсовой заключается в том, что она содействует оптимизации процессов исследования учения об обожении прп. Максима Исповедника.
Источниковой базой курсовой работы послужили труды ряда зарубежных и отечественных исследователей, таких как Н. Рассел, В.Н. Лосский, Ф. Шеррард, Урс фон Бальтазар, Ж.-К. Ларше, О.Б. Ионайтис, А.И. Бриллиантов и др.
Объектом данного исследования является анализ учения об обожении одного из наиболее значительных и сложных византийских мыслителей – прп. Максима Исповедника, учение которого формировалось в контексте богатой традиции, характеризующейся взаимопроникновением наследия классической философии и христианского богословия.
Предмет настоящего исследования – учение об обожении прп. Максима Исповедника, рассмотренное через призму одного из основополагающих трудов мыслителя - «Трудностей к Иоанну».
Цель настоящей работы – выявить основные положения и специфику учения прп. Максима Исповедника посредством анализа его трудов, в частности, «Трудностей к Иоанну».
Для достижения данной цели были поставлены следующие задачи:
-рассмотреть основные положения понятия обожения в философской и богословской традициях;
-дать характеристику развития данного понятия на различных исторических этапах;
-рассмотреть основные положения и особенности учения прп. Максима Исповедника об обожении;
-выявить специфику учения об обожении прп. Максима Исповедника посредством анализа «Трудностей к Иоанну».
Настоящая работа состоит из введения, двух глав, четырех параграфов, заключения и списка использованной литературы.
Глава 1. Обожение человека – основные положения
1.1 Исторический аспект учения об обожении
Учение об обожении имеет ключевое значение для понимания православной сотериологии. Обожение – осуществляемый в лоне Церкви процесс уподобления верующего Богу и единения с Богом. По учению Отцов Восточной Церкви, обожение есть цель человеческой жизни.
До Константина Великого христиане жили как меньшинство в политеистическом окружении, в котором представление об обожении человека было обычным. Не только существовали многочисленные храмы богов, которые когда-то были людьми, но в каждом городе почетное место отдавалось культу императора. Умершие императоры стали обожествляться со времени Августа.
Со времени Домициана царствующий император стал рассматриваться как бог. Императорский культ был большим препятствием с точки зрения христианской перспективы. В случае преследований, христиане отказывались воздавать почитание императору вследствие поклонения Единому Богу. Во всем греко-римском мире имперский культ вдохновлял народное благочестие. Он играл важную роль в объединении общества. Неудивительно, что этот культ сохранялся в христианской империи более столетия.
Христиане на практике могли быть толерантны к нему. Более того, обожение, представленное в императорском погребальном обряде, стало доступным благодаря процессу «демократизации» для обычных граждан, так что ко второму столетию «апотеозис» мог подразумевать не более, чем простые похороны. Философская религия была основана на убеждении, что достижение божественного было познанием чего-то в самом себе.
Многие христиане могли принять вдохновение философской религии с некоторыми ограничениями. Ученики Оригена, например, могли ссылаться на повеление «познай самого себя» как краткое выражение метода достижения апотеозиса. Наряду с высокой философией, практиковавшейся образованной элитой, однако, была также и народная версия, доступная в трактатах Герместа Трисмегиста. Герметисты имели своей целью возвращение к Богу через духовное пробуждение под руководством опытного учителя, который устранял необходимость серьезного философского изучения. Христианские авторы не обращались к герметическим текстам до IV века.
Иудейская идея благословенного бессмертия впервые встречается в эллинистическом иудаизме. Автор книги Премудрость был первым еврейским писателем, который мыслил осуществление человека в бессмертии души. Этот подход был принят позднее Филоном Александрийским. Филон идентифицирует четыре различных способа, посредством которых душа восходит к Богу. Первый - религиозный, когда душа отказывается от идолопоклонства и обращается к истинной вере, второй - философский, возвышающий разум от чувственных к умопостигаемым объектам созерцания, третий - этический, за добродетель даруется бессмертие, поскольку душа делается подобной Богу, и четвертый - мистический, позволяющий истинному философу выйти из себя и прийти в единение с божественным, насколько человеку доступно стать чистым умом.
Енохический иудаизм менее доступен сегодня, но может быть исследован в первых частях книги Еноха и в сочинениях секты ессеев, которая обитала в Кумране. Эта форма иудаизма также имела учение о трансцендентной жизни за гробом, которое развивалось независимо от эллинизма.
Ап. Павел использует различные выражения для единства причастности - «во Христе», «со Христом», «Христос в нас», «сыны Бога», и т.д, но не уделяет термину «причастность» отдельного рассмотрения. Более того, эти выражения являются образами. «Обожение» как технический термин возникло позднее, когда метафорические образы Павла были переосмыслены на концептуальном языке. Подобное можно сказать и в отношении корпуса Иоанна. Среди христианских авторов, современных новозаветным, только св. Игнатий Антиохийский рассматривает тему причастного единства. Он не использует терминологию обожения, но приготовляет для нее путь, говоря о Христе как Боге. Если причастность Христу есть причастность Богу, то не трудно сделать переход от единства со Христом к обожению.
Около 160 г. Иустин Мученик, опираясь на уже упоминавшийся раввинистический экзегезис, развивает взгляд, что поскольку народ Христа есть новый Израиль, то богами следует называть тех, кто повинуется Христу. Младший современник Иустина Ириней Лионский продолжает развитие этой мысли, называя богами тех, кто принял крещение. Через крещение они восстановили свое утраченное подобие Богу и, следовательно, стали причастными божественной жизни. Бог вошел в них как в одежду, сделав их сынами Божими и богами. Этот статус не был устойчивым, так как человек мог потерять его в результате греха.
К концу столетия Климент Александрийский также учил, что боги - это те, кого Бог принял через крещение. Но наряду с этим он вводит новое философское измерение. Богами являются в то же самое время и те, кто устраняет себя насколько возможно от всего человеческого. Посредством освобождения от страстей и созерцания умопостигаемого они превосходят свое материальное состояние и становятся причастными божественным атрибутам.
Ориген также интересовался философским восхождением души к Богу, но иначе, нежели Климент. Обожение для него не было совершенством христианского гностика посредством нравственного очищения, но причастностью разумного творения посредством действия Сына и Святого Духа динамичности божества, которая проистекает от Отца. Он обращает внимание главным образом не на этику, но на природу динамического отношения, которое связывает случайное с самосуществующим. Жизнь, благость и бессмертие являются теми атрибутами, которые не проистекают из условного порядка, но принадлежат только Отцу. Разумное творение обоживается по мере того, как эти атрибуты сообщаются ему через его ответ на действия Лиц Пресвятой Троицы.
Позднее св. Афанасий принимает данный аспект динамической причастности Богу. Но поскольку его представление о Боге было более апофатичным, нежели у Оригена, то для него единственно возможной является причастность человека обожженной плоти Воплощенного Логоса. Через причастность Телу Христа верующие становятся причастными божеству, что приводит их к причастности нетлению и бессмертию, и, в конечном счете, воскресению жизни и эсхатологическому осуществлению неба. Каппадокийцы восприняли учение об обожении у александрийцев и применили его к платонизированному пониманию христианства как достижения подобия Божия настолько, насколько возможно для природы человека.