Курсовая работа по лингвистике на тему ЗНАЧЕНИЕ ЧИСЛА В ПОВЕСТИ ДЖ. Р. Р. ТОЛКИНА «ХОББИТ: ТУДА И ОБРАТНО» (ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ)

ВВЕДЕНИЕ
Творчество Джона Рональда Руэла Толкина представляет собой культурный феномен, соединивший традиции древнего и современного искусства, выходящий за рамки существующей системы литературных жанров и, следовательно, требующий всестороннего изучения. Сущность данного явления может быть, на наш взгляд, раскрыта лишь в контексте общего процесса художественного мифотворчества, теоретическое осмысление которого является одной из важных задач современного литературоведения.
В последнее время произведения Толкина, и особенно его мифологическая эпопея «Хоббит, или Туда и Обратно» (1936), привлекают к себе внимание многочисленных зарубежных исследователей (П. Кочера, Х. Карпентера, Р. Hоэль, Р. Хелмса, К. Килби и др.). Однако, в современном литературоведении творчество писателя с позиции лингвистического подхода изучалось недостаточно. При этом ни отечественные, ни зарубежные исследователи не рассматривали значение числа в произведениях Толкина как феномен художественно-мифологической системы. Мы предполагаем, что в основе мифологической системы, созданной ученым, лежат представления древних германцев о сакральном значении числа.
Актуальность данной работы обусловлена возникшим в лингвистике вопросом о специфическом значении числа в творчестве Дж. Р. Р. Толкина.
Объектом исследования данной курсовой работы является использование числа в повести Дж. Р. Толкина «Хоббит, или туда и обратно».
В качестве предмета исследования выступает определение значения числа в повести Дж. Р. Толкина «Хоббит, или туда и обратно».
Целью настоящей работы является анализ использования числа в повести Дж. Р. Толкина «Хоббит, или туда и обратно».
Для достижения данной цели необходимо решить следующие задачи:
1. Рассмотреть своеобразие художественного мира Дж. Р. Р. Толкина;
2. Выделить специфические особенности числа в лингвистической интерпретации;
3. Выявить и описать использование числа в повести Дж. Р. Р. Толкина.
Новизна исследования определяется тем, что в работе интегрируются данные смежных дисциплин – лингвистики, литературоведения и культурологии.
Используемыми методами в данной бакалаврской работе являются этимологический метод, метод сравнительного анализа, метод контекстуально-интерпретативного анализа, метод сопоставления.
Теоретическая и практическая значимость работы заключается в возможности использования отдельных результатов данного исследования в рамках преподавания английского языка, истории Англии, а также лингвострановедения.
Структура работы: курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения, библиографического списка, приложения.
Список использованной литературы содержит 21 источник.
Объем курсовой работы: 32 страницы печатного текста.

 
ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЗНАЧЕНИЯ ЧИСЛА

1.1 Своеобразие художественного мира Дж. Р. Р. Толкина

В литературном наследии любого народа имеются знаковые фигуры, писатели, переросшие национальные граница и внесшие бесценный вклад в сокровищницу всемирного литературного искусства. В английской литературе к таковым основным авторам, несомненно, можно отнести Джона Толкина, наикрупнейшго теоретика и творца жанра фэнтези.
Творчество Джона Роналда Руэла Толкина (1892-1973) представляет собой явление, занимающее особенное место в современной литературе. Его произведения стали культовыми для многих поколений любителей по всему миру. На протяжении многих лет книги писателя притягивают к себе интерес широкого круга читателей и исследователей.
«Феномен Толкина» - подобными выражениями пестрели критические отклики после выхода в свет его произведений. Каждая книга писателя, сюжет которой, казалось, направлял по прямому пути к детскому читателю, побила все рекорды известности среди взрослых, издание книг достигало самых больших цифр. Ее читали дети и академики, хиппи и домохозяйки, выходили их многочисленные «пиратские» издания. Шел настоящий «толкиновский бум». Сегодня это одни из знаменитейших книг середины ХХ века с несомненно закрепившейся славой классического произведения.
Впрочем, творчество Толкина притягивает внимание ученых-исследователей не только своей удивительной популярностью и необычностью, но и жанровым своеобразием, по поводу которого до сих пор не утихают споры среди исследователей.
Нужно отметить, что и в западном, и в российском культурном пространстве сложилась так называемая «толкинистика». При этом как на Западе, так и у нас в стране творения Дж. Толкина разбираются не только в рамках разнообразных литературоведческих школ, но время от времени употребляются теории из иных областей знаний. Однако, невзирая на разнообразие и индивидуальность имеющихся подходов, они поддаются некоторой систематизации.
Это, прежде всего, «историко-географическое» направление толкинистики (П. Чистяков, Эарандил и др.), которое позиционирует книги Толкина как некоторые исторические документы, чудом сохранившиеся в потоке веков и описывающие перипетии отдаленного прошлого. Сюда же можно отнести целый ряд так называемых «путеводителей по миру Толкина», которые приводят частности географических и исторических специфик Средиземья, обрисовывают его страны и народы, пересказывают те или иные перипетии сюжета (Д. Колберт, Д. Дей и др.
Представители «психологического» направления (О’Нейл, Т. Фиглин и др.) оценивают произведения Толкина, как продукт интуитивной психической деятельности писателя, демонстрации его бессознательного начала.
В рамках «эзотерического» направления (В. Грушецкий и др.) предполагается, что информация, содержащаяся в творениях Толкина, была дарована ему некоей силой извне. Автор тут – некоторый представитель двух миров, скорее - посредник.
«Теологический» подход (Сиверцев М., Федоров П. и др.) полагает, что книги Толкина – это священные тексты, в каких заложены основы новых религий.
Еще одно солидное направление литературоведческого анализа творчества писателя можно наименовать мифологическим (Д. Хьюз, Т. Шиппи, Р. Кабаков, С. Лузина и др. Впрочем, адепты «мифологического» направления литературоведческой толкинистики сдерживают произведения Толкина мифологическими рамками, время от времени изобличая в них «героические элементы», не предпринимая при этом попыток разбора сущности героического у Толкина.
Необходимо обозначить еще одно, «религиозное», направление литературной толкинистики (Остогер, Н. Прохорова и др.), в рамках которого разбираются культовые истоки творчества писателя, христианские мотивы, знаки и образы в его произведениях. Обоснованность предоставленного расклада подтверждается многократными высказываниями автора о том, что некоторые его творения в основе своей являются религиозными и, например, как «Властелин колец» католическими произведениями. Впрочем, и тут предусматривается лишь один момент творчества писателя.
Не менее увлекательны работы представителей «лингвистического» направления (Б. Жуков, М. Каменкович, М. Хукер, С. Лихачева [8], Н. Семенова и др.), в которых подается рассмотрение оригинальных текстов Толкина и их переводов на другие языки. Базой здесь служат исследования Толкина – лингвиста, его влечение древними языками, энциклопедические сведения в этой области, вложенные в основу разработанных им языков. Ученые-исследователи оценивают неологизмы Толкина, расшифровывают его имена и географические наименования и т.д.
Спецификой волшебных историй Толкин считал создание вторичного мира через фантазии. Вторичный мир располагает при этом овеществленной конкретностью. Это абсолютное условие, иначе «фэнтези» сможет стать притчей или философской аллегорией, то есть элементарно относиться к иному жанру. Толкин защищает жанровую самостоятельность фэнтези как явления литературы. Он выделил три ее основные функции: возрождение душевного равновесия, уход от машинной цивилизации и счастливое завершение (утешение). Возрождение душевного равновесия помогает человеку освободиться от штампов социального мышления и заметить вещи вокруг себя такими, какие они есть. Фактически, это возвращение к ясности видения целостного сознания индивида. За ним следует отход от механической цивилизации как возвращение к естественности, поэзии и сказке. Блаженным концом он называл способность возбуждать просветление человеческой души, ее очищение в процессе соприкосновения со сказкой и через причастность к фантазии. Изложив в лекции «О волшебных сказках» [10], а затем положив в основу одноименного эссе, принципы своей