Курсовая работа по государственным и муниципальным финансам на тему Совершенствование взаимодействия органов государственной власти Брянской области и национальных диаспор в реализации государственной национальной политики

Введение

Проблематика интеграции этнических меньшинств, приобретает в последние годы, как в глобальном сообществе, так и в Российской Федерации, всё большую актуальность. Постоянный количественный рост миграционных потоков, состоящих из людей разных национальностей и вероисповеданий, с разным жизненным укладом, бытовыми нормами и прочими составляющими этнической идентичности, делает даже некогда моноэтничные территории – регионами построения новых поликультурных сообществ.
Господствовавшая до недавнего времени в развитых странах концепция мультикультурного общества, по практически единодушному мнению, оказалась несостоятельной. Большие социальные издержки, рост экстремизма и ксенофобии как в среде самих «этнических» мигрантов, так и среди «коренного» населения, вынуждает страны, принимающие большое количество иммигрантов, искать новые модели их интеграции. При этом возвращение государств реципиентов к практике ассимиляционной стратегии, также практически невозможно, в связи с развитием глобальных средств коммуникации, позволяющих диаспорам сохранять устойчивую культурную связь с исторической родиной.
Несмотря на особую модель построения межэтнических взаимоотношений в России (которую нельзя отнести к чисто мультикультурной), федеративный характер государства, изначально основанный на принципе выделения некоторых регионов по этническому критерию, во многом роднит отечественную национальную политику с мультикультурной стратегией.
Межэтнические взаимоотношения в России приобрели особую остроту и в связи с массовым притоком в последние годы иммигрантов, прежде всего из стран Центральной Азии и Закавказья.
Широкий общественный резонанс приобрели массовые беспорядки и волнения в ряде российских регионов на этнической почве (или, во всяком случае, имеющие внешнюю форму этнической розни). Причём как показывает практика последних лет, наибольшей остроты межнациональные конфликты достигают не только в столице и крупных городах, но и в небольших городах и посёлках провинциальной России.
Более того, именно в малых городах и сельской местности, в удалении от федерального и региональных центров, этнические группы мигрантов часто быстрее находят «общий язык» с местными властями, что вызывает недовольство коренного населения, а нередко и взрывную реакцию на наиболее резонансные нарушения закона со стороны представителей этнических меньшинств.
Потребность в более пристальном изучении этнических трансформаций и практики межнациональных взаимоотношений, обуславливается ещё и тем фактом, что практически все наиболее серьёзные вспышки межнациональных конфликтов в России за последние годы, происходили неожиданно, как для специалистов – этнологов и социологов, так и для региональных и местных властей.
Это свидетельствует о значительном латентном недовольстве старожильческого населения, часто не выявляемом даже с помощью социологических методов.
Брянская область, являясь одним из наиболее привлекательных для внутренних и внешних мигрантов регионов Российской Федерации, за весь постсоветский период не имела сколь-нибудь значимых случаев конфликтов на национальной почве (в отличие от, например, соседней Воронежской области). Однако, вместе с этим, в регионе, где каждый третий житель не является уроженцем данной территории, а доля постоянно проживающих иммигрантов почти в два раза превышает аналогичный показатель по городу, опасность возникновения межэтнической напряжённости полностью исключать нельзя.
Кроме того, нахождение оптимальной модели взаимодействия разных этнических сообществ, является важнейшей предпосылкой формирования единой гражданской нации в России, необходимость которой отмечают практически все государственные деятели и учёные.
Брянская область является интересной площадкой для исследования процессов взаимодействия этнических групп. С одной стороны, в области, как и в других регионах России, абсолютно доминирующей этнической группой являются русские (во многом «вобравшие» в прошлом столетии меньшие по численности этнические группы украинцев и белорусов).
Но с другой стороны, Брянская область – один из лидеров в Российской Федерации по числу прибывших мигрантов, не малую часть из которых составляют представители этнических меньшинств.
Таким образом, Брянская область столкнулась с объективной потребностью в социально-экономической адаптации, а затем и социокультурной интеграции нескольких тысяч новых иноэтничных жителей. Однако на первом этапе, расселения этнических групп, данный процесс практически не подвергался системному управлению со стороны властей – мигранты (часто, де-факто беженцы) расселялись стихийно, без какого-либо стратегического планирования со стороны властных структур, занятых решением более актуальных на то момент социально-экономических проблем.
К настоящему времени многие этнические сообщества представляют собой относительно «закрытые» группы диаспор, интенсивность взаимодействия которых со старожильческим населением значительно снижена.
Процесс роста этнического разнообразия, мозаичности Брянской области, как и многих других регионов России, продолжается. Причём ключевым фактором в этой тенденции уже является не миграционный приток, а естественный демографический прирост, за счёт высокой рождаемости. Отдельного исследования требуют и поколенческие различия в стратегиях взаимодействия этнических меньшинств.
В частности, ключевым моментом стал распад СССР, до которого регулируемые государством миграционные потоки, состояли прежде всего из квалифицированных трудовых мигрантов, приезжавших в регион по распределению, для работы на крупных промышленных предприятиях. Постсоветская миграция имела уже совершенно иной характер – в регион переселялись целыми семьями, вынужденно покинув территории своего предыдущего проживания. Кроме того, в силу финансовых обстоятельств «этнические» мигранты последних трёх десятилетий расселялись в основном в сельской местности, характеризующейся совершенно иным укладом и типом социальных связей.
Цель исследования. Настоящее исследование посвящено изучению всего комплекса объективных и субъективных характеристик, обуславливающих уровень интеграции крупнейших этнических меньшинств Брянской области, прослеживаемых нами в их историческом генезисе.
Объект работы: взаимодействие органов государственной власти и национальных диаспор в реализации государственной политики в Брянской области.
Предмет работы: направления совершенствования взаимодействия органов государственной власти и национальных диаспор в реализации государственной политики в Брянской области.



Глава 1. Теоретические основы взаимодействия органов государственной власти и национальных диаспор

1.1.Национальные диаспоры

В последнее время у специалистов различных областей науки: этнологов, историков, политологов, социологов, культурологов, возникает интерес к проблеме национальной диаспоры, где она рассматривается не как типичное явление нашего времени, а как уникальный социокультурный, исторический, этнополитический феномен. Несмотря на широкое использование этого термина в научной литературе, поиск наиболее четкой дефиниции понятия «диаспора» продолжается до сих пор.
Многие исследователи дают своё определение этому феномену. Некоторые учёные строгому определению предпочитают выделение отличительных черт или характерных признаков диаспоры. Конечно, выделение этих характеристик поможет представить диаспору как уникальное явление в культуре современной России, но прежде следует заметить, что феномен диаспоры весьма сложен и поэтому общепринятое определение для него отсутствует.
Диаспора – устойчивая форма общности, образовавшаяся в результате миграций, проживающая локально или дисперсно вне исторической родины и имеющая способность к самоорганизации, представители которой объединены такими признаками, как групповое самосознание, память об историческом прошлом предков, культура народа .
Среди исследователей нет единого мнения в том, какие из диаспор относить к «классическим», «старым» или «мировым». Так Т.И. Чаптыкова, исследуя феномен национальной диаспоры в своей