Курсовая работа по истории мировой на тему Гитлеровский «новый порядок» в Европе

ГЛАВА I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ «НОВОГО ПОРЯДКА» В ЕВРОПЕ
1.1 Понятие и сущность «нового порядка» в нацистской идеологии
Термин Neuordnung — это сокращение от die Neuordnung Europas, что переводится как «Новый порядок в Европе». Нацистское руководство использовало его для обозначения планов по изменению геополитической структуры континента [23].
Нацисты утверждали, что Neuordnung направлен на перераспределение территорий с целью создания новой, экономически интегрированной Европы [30]. Однако Советский Союз, который они считали «азиатским» государством, не должен был входить в этот проект. Согласно нацистским идеологическим установкам, «жидо-большевистская» советская система была преступным образованием, которое следовало ликвидировать, а саму страну — рассматривать как варварское место, лишённое «европейских» культурных ценностей, что делало её существование неприемлемым для Третьего рейха [26].
Основной целью Neuordnung было достижение абсолютной гегемонии нацистской Германии на континенте после завершения войны. Для этого планировалось не только прямое территориальное расширение Германии, но и политическое и экономическое подчинение остальных европейских стран [28].
Использование термина Neuordnung в нацистской пропаганде нашло резонанс в западных СМИ. В англоязычных академических кругах его начали применять для описания гражданской политики и военных целей Третьего рейха. Этот термин стал аналогом понятия «Сфера совместного процветания», которое Японская империя использовала для обозначения своих планов по расширению империи.
В идеологии национал-социализма ключевую роль играли такие понятия, как «новый порядок» и «жизненное пространство». Их взаимосвязь была обусловлена стремлением нацистов к глобальному изменению мирового порядка в соответствии с их идеологией. При этом «новый порядок» не мог быть реализован без захвата обширных территорий для обеспечения жизненного пространства. Таким образом, экспансия и организация жизненного пространства были неотъемлемой частью нацистской программы.
Проблема жизненного пространства была тесно связана с главной целью германского фашизма во Второй мировой войне — установлением полного господства над Европой. Уже 3 февраля 1933 года, сразу после своего назначения рейхсканцлером, Гитлер заявил о необходимости завоевания новых территорий на востоке Европы и их германизации.
Фюрер неоднократно ставил перед собой одну и ту же задачу. Он обсуждал её 5 ноября 1937 года и 23 мая 1939 года [1] на различных совещаниях. На этих встречах военно-политическое руководство рейха принимало стратегические решения, которые включали аншлюс Австрии, захват Чехословакии и нападение на Польшу.
Концепция «жизненного пространства» стала ключевой в идеологии национал-социализма, охватывая все аспекты его экспансионистской программы. Она включала в себя судьбу порабощенных народов, политическую перестройку Европы и установление «нового порядка» в экономической и социальной сферах.
С 1939 года вопрос о сущности жизненного пространства стал центральным в дискуссиях теоретиков НСДАП. Они видели в нем ключ к реализации своей программы «нового европейского порядка». Проблема жизненного пространства активно обсуждалась на страницах специализированных изданий.
В полемике участвовали эксперты по международному праву, геополитики и биополитики, которые считали себя носителями мировоззренческих принципов национал-социализма. В ходе дискуссий уточнялись представления нацистских идеологов о сущности, структуре и функциях жизненного пространства.
Дискуссия была основана на работах крупного немецкого эксперта по международному праву, профессора К. Шмитта [11], опубликованных весной-летом 1939 года. Шмитт, известный своими критическими взглядами на демократию и поддержкой авторитарной диктатуры еще с веймарских времен, впервые в фашистской Германии предложил концепцию великого пространства как субъекта международного права, которое должно заменить государство или союз государств [9]. Он также обратил внимание на некоторые положения американской доктрины Монро [12], принятой в 1823 году, и отметил их потенциальную применимость к европейской политике в интересах «нового порядка».



















1.2 Цели и задачи установления «нового порядка» в Европе
В начале Второй мировой войны фашистская Германия стремилась разрушить Версальскую систему, основанную на доминировании Запада в мировом капиталистическом хозяйстве и международных отношениях. Целью было установление «нового порядка» на европейском континенте. С конца мая 1940 года в министерстве хозяйства Германии был создан специальный отдел под руководством Г. Шлоттерера, который разрабатывал планы «экономической реорганизации» Европы и подготавливал соответствующие предложения для руководства Третьего рейха. В этой статье рассматриваются вопросы, связанные с созданием отдела Шлоттерера и его наиболее активной деятельностью летом и осенью 1940 года.
Вторая мировая война началась с ряда крупных военных побед Германии. После Польши под контроль нацистов попали Дания и Норвегия. 10 мая 1940 года вермахт начал наступление на западном фронте, захватив за несколько дней Бельгию, Голландию и Северную Францию. К концу мая Франция оказалась на грани поражения, а угроза немецкого вторжения нависла над Англией. Гитлеровское руководство, монополисты и военные считали, что весь европейский континент теперь под контролем Германии. Гитлер и его советники обсуждали планы нападения на СССР, если Великобритания согласится на мирные переговоры.
В конце мая 1940 года немецкие власти начали активно разрабатывать условия мирных договоров для Франции, Англии и других побеждённых стран. В меморандумах и записках, подготовленных экспертами Рейхсбанка [6] и министерства хозяйства, а также высокопоставленными чиновниками МИД Германии, такими как К. Клодий и К. Риттер [15, с. 55—71.], была изложена мечта немецких монополий о захвате золота, капиталов, акций и обширных территорий для создания колоний и сфер влияния. Авторы этих документов считали, что победа Германии уже достигнута и Англия вынуждена принять все их условия [15, с. 55.]. В записке Клодиуса была описана «будущая экономическая структура мира», включающая экономическое пространство «великой» Германии, германскую колониальную империю и внешнюю торговлю.
Чиновники с Вильгельмштрассе предлагали передать в немецкие руки акции промышленных и транспортных предприятий, расположенных на территории гросвиртшафтсраума и принадлежавших вражеским державам или их гражданам. К таким предприятиям относились, например, французские медные рудники в Югославии, англо-канадские никелевые рудники в Финляндии и англо-французские нефтяные интересы в Румынии [15, с.63,67.].
Требования перераспределения капиталов, источников сырья и золотовалютных резервов не были новы в практике межимпериалистической борьбы. В этом смысле создатели «нового порядка» следовали примеру создателей Версальской системы. Хотя в то время существовало полное единодушие относительно целей войны, внутри германской финансовой олигархии и нацистского государства стали более явными разногласия о методах достижения гросраумвиртшафта (экономики великого пространства). Кроме того, обострилась конкурентная борьба между различными финансово-промышленными группировками и правительственными инстанциями за руководство программой «нового порядка» [29].
Вторая мировая война, начатая фашистской Германией, полностью отвечала интересам немецкого монополистического капитала. Каждый крупный немецкий банк и промышленный концерн имел отдел, занимавшийся экономическим шпионажем. В этом отделе годами накапливалась информация о зарубежных компаниях, инвестициях, картельных соглашениях и других аспектах экономики. После оккупации Дании и Норвегии германские монополисты решили использовать собранные данные для установления контроля над европейским континентом [5]. Однако настоящий всплеск активности произошел в конце мая, когда вермахт достиг Ла-Манша. Многие немецкие промышленники заранее определили сферы своих интересов в оккупированных странах. Их жадность была настолько очевидной, что в начале июня Геринг порекомендовал им «не демонстрировать открыто стремления к захватам» [25].
В начале июня Функ встретился с В. Цангена, главой семи крупнейших металлургических компаний, включая «Маннесман». В ходе беседы он призвал представителей этих компаний проявить благоразумие в вопросе о судьбе собственности противника на оккупированных территориях и выразил надежду на их поддержку в будущем, чтобы избежать ситуаций, которые могли бы навредить частной экономике [16].
7 июня на совещании руководителей металлургических концернов «Ферайнигте Штальверке», «Флик», «Крупп», «Маннесман», «Хеш», «Клекнер» и «Гутехоффнунгсхютте» было принято решение поддержать министра хозяйства и направить ему письмо с изложением своего мнения по обсуждаемому вопросу [16, с. 241-243.]. Таким образом, между Функом и влиятельными представителями монополистического капитала фактически было заключено джентльменское соглашение: монополии обязались поддержать Функа, а министр, в свою очередь, обещал учесть экспансионистские интересы горно-металлургических концернов после завершения мирных переговоров.
Получив столь влиятельную поддержку, Функ, минуя ринг, 18 или 19 июня встретился с Гитлером и получил от него задание подготовить «экономические условия мира» [4]. Казалось, амбициозные планы министра хозяйства были на грани реализации, но тут вмешался Геринг, обладающий огромным авторитетом в нацистской партии и государстве. Как уполномоченный по четырехлетнему плану, он направил циркулярное письмо руководителям различных министерств и ведомств, в котором зарезервировал за собой общее руководство разработкой экономических положений мирных договоров и приказал подготовить соответствующие предложения. 22 июня 1940 года, в день подписания франко-германского перемирия, Геринг поручил Функ провести под своим общим руководством предварительные работы в следующих областях: 1) включение оккупированных и присоединенных к рейху территорий в экономику великой Германии; 2) экономическая борьба с враждебными государствами; 3) новая структура континентальной экономики, руководимой Германией, и её отношения с мировой экономикой [15, с. 91—92]. Практической разработкой этих задач занимался отдел Шлоттерера.
На заседании внешнеторгового комитета имперской группы «Промышленность», состоявшемся 19 июня 1940 года, Шлоттерер представил свои идеи. Он уточнил и конкретизировал своё выступление, учитывая состав аудитории — авторитетных представителей германского монопольного капитала. Управляющий хозяйственной группой «Точная механика и оптика» К. Альбрехт, присутствовавший на совещании, отметил «откровенный» характер доклада. Подчеркнув важность «серьёзного обсуждения вопроса о будущей европейской экономике» с участием широкого круга специалистов, Шлоттерер призвал к «сотрудничеству в этом деле Организации промышленной экономики», то есть монополий.
Германские промышленные концерны и банки активно собирали соответствующую информацию. В тот же день был опубликован секретный меморандум от руководства концерна «ИГ Фарбен-индустри», в котором говорилось о поручении Шлоттерера подготовить в кратчайшие сроки обзор состояния химической промышленности Франции, Швейцарии, Англии, Голландии, Бельгии, Дании и Норвегии. Особое внимание в обзоре следовало уделить картельным соглашениям и степени участия германских монополий в них.
В письме руководителя коммерческого комитета химического концерна Г. фон Шнитцлера от 24 июня также упоминался запрос имперского правительства о разработке программы преобразования химической промышленности европейских стран после успешного завершения войны. В письме подчеркивалось, что программа должна учитывать отношения не только со странами, находящимися в состоянии войны с Германией, но и с теми, которые являются германскими союзниками или объявили о нейтралитете. Таким образом, вопрос ставился не только о будущих отношениях с Англией и Францией, но и о взаимодействии с юго-восточными странами и Италией.
Как видно, даже ближайший союзник третьего рейха — фашистская Италия — был включён в этот список.
Так началась масштабная деятельность германских монополий, направленная на установление в Европе нового порядка. Все предложения по этому вопросу концентрировались в имперской группе «Промышленность», откуда в обобщённом виде передавались в отдел Шлоттерера. Фактически к моменту капитуляции Франции сложился государственно-монополистический тандем в сфере гросраумвиртшафта, объединяющий министерство хозяйства и имперскую группу «Промышленность». Под общим руководством уполномоченного по четырёхлетнему плану Геринга этот тандем с удвоенной энергией стремился к цели, желанной для германского империализма — превратить европейский континент в сферу своего безраздельного господства.
Образование союза между Функом (как представителем нацистского государства) и немецкой финансовой олигархией по вопросам нового экономического порядка сразу же отразилось на структуре отдела Шлоттерера. Консультантами отдела стала небольшая, но очень влиятельная группа банкиров, представлявшая финансовую элиту фашистской Германии. Среди них выделялись бывший министр хозяйства и экс-президент Рейхсбанка Я. Шахт, член правления «ИГ Фарбениндустри» М. Ильгнер, Г. И. Абс из «Дойче банк», Г. Пильдер, представлявший «Дрезднер банк», директор Рейхсбанка Г. Блессинг и П. Ройш из концерна «Гутехоффнунгсхютте» [7].
На регулярно проводимых совещаниях в отделе Шлоттерера тщательно анализировались предложения монополий. Особое внимание было уделено важным вопросам 15 июля 1940 года. Подводя итоги обсуждения, Шлоттерер отметил, что в будущем тесный экономический и валютный союз возможен только с несколькими европейскими странами. В связи с этим он предложил изучить альтернативные варианты и обратиться к историческим прецедентам подчинения иностранных государств великими державами [14].
Министр подчеркнул, что главная цель фашистской Германии заключается в интенсификации экономики европейских стран для уменьшения зависимости от импорта из неевропейских регионов. По его мнению, только так Германия сможет восстановить свою экономическую независимость. Он также высказался за применение в германской сфере влияния тех методов государственно-монополистического регулирования, которые уже действуют в самой Германии. Министр призвал к дифференцированному подходу к различным европейским народам в процессе экономической реорганизации континента.
На совещании, состоявшемся 22 июля, было принято решение о создании единого плана гросраумвиртшафта, который впоследствии должен был быть передан Функом Герингу «для доклада фюреру» [16, с. 92,104.]. Министр хозяйства сумел утвердить за собой руководство этим проектом. Непосредственным координатором разработки единого плана был назначен Г. Шлоттерер [16, c. 104.].