Курсовая работа по социальной педагогике на тему Технологии социальной помощи детям и подросткам

Концепция «социальной помощи» обладает сложной природой, обусловленной, главным образом, многогранностью самого понятия «социальное». В силу принципа ограничения, границы этой концепции определяются рамками необходимости и достаточности её содержания, которое, в свою очередь, напрямую зависит от понимания «трудной жизненной ситуации» на конкретном этапе развития общества.
«Социальная помощь» – это термин, описывающий многоаспектные связи внутри системы «личность – общность», «личность – общество», «общность – общность», «общность – общество». Эти связи характерны для высшей, социальной формы движения материи, в отличие от биологической, химической и физической. Это понятие определяет содержание гражданского общества, отражая специфические элементы основных видов общественных отношений (экономических, политических, культурных и духовных). Оно также фиксирует гуманистическую направленность теоретической и практической деятельности, тесно связанную с этическими нормами человеческого взаимодействия [13].
Социальная помощь проявляется в процессе поддержки и участия в разрешении сложных ситуаций, возникающих на различных уровнях – от индивидуального и общественного до социального в его широком понимании: национальном, классовом, возрастном и т.д., характерном для определенного исторического периода. Понятие социальной помощи имеет важное значение для развития современной цивилизации. Определение «социальная» придает особый смысл организованной деятельности (в структурном и нормативном плане), основанной на общественных идеалах и традициях, направленной на поддержку тех, кто является или чувствует себя частью соответствующего общества, сообщества, гражданином государства и т.д.
История становления теории социальной работы демонстрирует примеры диалектических циклов познания, когда завершение одного цикла ознаменовывается формулировкой нового обобщающего утверждения, созданием новой базовой концепции. Под парадигмой здесь понимаются существующие в определенный исторический период в конкретной стране системы, модели помощи и взаимопомощи. Для парадигмы помощи характерны: доктрина помощи, организационные формы, субъект (субъекты) помощи в их культурно-исторической уникальности и объект помощи.
Помощь, в рамках методологической концепции социальной работы, является функцией общества, социальным явлением. Истоки помощи лежат в общинном сосуществовании человека, в семье, соседстве, социальном окружении. С развитием комплексности помощи, она рассматривается как задача государства по решению проблем бедности. Следовательно, помощь организуется и институционализируется государством. При этом, оказание помощи в трудной ситуации зависит от социокультурных особенностей.
Необходимость в помощи рассматривается с двух позиций: материальная нужда/бедность и психическая и социальная запущенность [13].
Наличие двух противоположных векторов – сплоченности/поддержки и борьбы за ресурсы – во многих теориях рассматривается как фундамент эволюции любого биологического сообщества. Однако, роль взаимовыручки, этичного поведения и альтруизма в научных дискуссиях освещается значительно реже, чем конкуренция. Вопрос о значении социальной поддержки в контексте теории и практики социальной работы возникает закономерно. В классическом понимании социальной работы, как специфической деятельности, выделяется ее направленность на оказание содействия нуждающимся, что, в свою очередь, может привести к активизации собственных ресурсов клиента для преодоления жизненных трудностей, успешной адаптации индивидов и групп в социуме, улучшению уровня жизни населения. М. Пейн выделяет социальную помощь как одно из ключевых направлений социальной работы, наряду с социальным страхованием и социальными гарантиями, акцентируя внимание на ее адаптивности к потребностям людей [12, c. 56].
Широкое признание взаимосвязи социальной работы и социальной помощи подтверждается многочисленными определениями, представленными в учебниках и пособиях, и, таким образом, включенными в программу подготовки бакалавров и магистров по социальной работе.
Опираясь на определение А. Новикова, рассматривающего методологический подход как совокупность принципов исследования явлений и процессов, в рамках данной темы выделим несколько основополагающих положений: равноправность участников процесса оказания и получения помощи, контекстуальность и историческую обусловленность помощи [20, c. 78].
Сущность социальной помощи проявляется во взаимодействии между людьми и группами. В этой связи важно рассмотреть особенности тех, кто оказывает и принимает помощь, а также предмет их взаимодействия. Мы намеренно избегаем использования терминов «субъект» и «объект» помощи, и готовы это объяснить. Р. Васюков отмечает, что «объект фактически исключен из процесса помощи, его участие ограничивается, в лучшем случае, озвучиванием своих потребностей, а часто идентификация этих потребностей осуществляется непосредственно субъектом помощи». Подобное понимание объекта помощи в теории и практике социальной работы представляется спорным, поскольку противоречит морально-гуманистическим принципам социальной работы. Более того, человек, нуждающийся в помощи, уже принимает решение, делает выбор (просить или не просить), и, следовательно, выступает как активный участник взаимодействия [6, c. 41].
Получатель помощи должен однозначно выразить свою потребность, а оказывающий помощь – иметь возможность откликнуться на нее. Мотивацией для отклика может быть искреннее сочувствие и интерес к нуждающемуся. Это, в свою очередь, вновь обращает нас к этическим принципам социальной работы.
В центре взаимодействия между оказывающим и получающим помощь находится услуга, то есть, в широком смысле, действие, приносящее пользу другому. Оказать услугу – значит сделать одолжение, посодействовать тому, кто не может удовлетворить свои потребности самостоятельно. Возможность оказания помощи, предложение услуги зависят от: осознания потребности в помощи, наличия нужды; осознания возможности оказать помощь; интерпретации помощи обеими сторонами; наличия альтернативных вариантов помощи.
В контексте развития цивилизации помощь – это универсальное явление, аналоги которому можно найти и вне социальных отношений. Например, в естественных науках изучается симбиоз как форма взаимоотношений, облегчающая существование организмов. В природе можно найти множество примеров взаимовыгодного симбиоза. Однако в социальных науках симбиоз используется как метафора, позволяющая отразить общие черты этого явления, а именно: активность участников, выгодность совместного существования и ресурсную ценность помощи для развития индивидов, групп и общества в целом.
Основополагающим критерием для определения возможности и необходимости оказания поддержки является нуждаемость. Рассматривая помощь как специфическую форму взаимодействия, направленную на удовлетворение нужд, исследователи подчеркивают, что конкретные формы поддержки обусловлены внешними социальными условиями. Если же абстрагироваться от конкретных культурно-исторических обстоятельств, то в сущности остается лишь факт человеческой нужды. Именно поэтому, как правило, состояние нужды приписывается той стороне, которая принимает помощь. Однако, справедливо будет признать и наличие потребности в оказании поддержки. Готовность помочь может возникать из сочувствия, чувства долга или личной заинтересованности [8, c. 54].
Социальная помощь, как явление, эволюционирует вместе с общественным развитием, приобретая характерные черты под воздействием социально-экономических, политических и духовных изменений. В то время как ключевые характеристики нуждающегося и оказывающего помощь остаются неизменными, практические аспекты оказания помощи определяются историческим контекстом. В связи с этим, представляется целесообразным анализировать феномен социальной поддержки в рамках конкретных исторических эпох, например, в контексте «традиционного» и «современного» общества, что позволит выявить смысловые особенности принципов и механизмов оказания помощи. Согласно теории Э. Гидденса, универсальным критерием для различения традиционного и современного типов общества являются формы и масштабы пространственно-временной дистанции [8, c. 55].
Традиционное общество характеризуется локальностью и тесной взаимосвязью участников, взаимодействующих в пространстве и времени, поэтому оказание и получение помощи происходит в форме непосредственного личного контакта «здесь и сейчас». Содержательные и моральные основы поддержки определяются традициями. Традиционные формы помощи не предполагали контрактных отношений по принципу «услуга за услугу», но и не исключали ее возвратности. В целом, возвратность и обязательность взаимопомощи обеспечивали членам общества гарантии, в том числе гарантии безопасности и преодоление нужды.
Условия современной жизни гораздо более разнообразны и фрагментированы. Современные институты отличаются от предшествующих своей динамичностью, разрушающей традиционные связи, и глобальным влиянием. Это кардинально меняет природу повседневной жизни человека, включая и формы оказания и получения помощи.
В современном обществе социальная помощь приобретает новые черты благодаря растущему влиянию экспертных систем. Хотя человек не может контролировать возникновение и усиление влияния этих систем, он способен адаптироваться и использовать их ресурсы для решения своих проблем.
На рубеже XIX и XX веков профессионализация сферы помощи сопровождалась тенденциями к специализации, закрытости способов ее предоставления, развитию специализированного образования и внедрению общепринятых стандартов. Личное участие и контакты постепенно уступали место обращению к обезличенным экспертным системам.
Современная профессиональная социальная поддержка лишь частично соотносится с традиционными формами помощи. В традиционном обществе уверенность в получении помощи основывалась на межличностных связях, социальном положении хранителя традиций, знании принципов и способов помощи. Сегодня же, принимающий помощь полагается на доверие к эксклюзивным знаниям специалиста и его профессиональной компетенции, то есть не столько к личности, сколько к занимаемой должности.
Современные практики оказания помощи строго регулируются стандартами профессиональной деятельности. Соответствие цели и эффективность методов взаимодействия с получателем помощи определяются не только его запросами, но и свободой действий и возможностями специалиста в рамках существующего законодательства. Моральные принципы сопровождают процесс, однако, утратили роль фундаментального основания для предоставления помощи [14].
Технологичный подход подразумевает, что следование заданному алгоритму доступно каждому, обладающему необходимыми профессиональными навыками. Получатель же помощи, как правило, не осведомлен о сути используемых технологий, отстранен от понимания механизмов действия и по сути выступает лишь пользователем услуг.
В традиционном и современном обществе вопрос о нуждаемости ставится по-разному. Типизация практик помощи, являющаяся основой технологизации, унифицирует субъективные особенности получателя помощи. Комплексная оценка различных факторов, таких как финансовое положение, состояние здоровья, наличие родственных связей и вовлеченность в естественные сети поддержки, позволяет выделить категории нуждающихся.
Существующая система оценки условий жизни лица, получающего поддержку, обеспечивает установление лимитов этой поддержки, ее конкретное содержание, а также необходимость вовлечения других участников. Корректировка дальнейших действий в рамках этой системы приводит к тому, что решение о характере поддержки принимает специалист [17, c. 90].
Таким образом, основное направление взаимодействия при оказании помощи идет от предоставляющего к получающему. Выбор способа оказания помощи, оценка возможных рисков и разработка альтернативных сценариев также находятся в компетенции профессионала. Его субъектность в данном процессе шире, чем субъектность получающего помощь, которому предоставлено лишь право выбора: принять или отказаться от предложенной поддержки.
Можно утверждать, что традиционные подходы к оказанию помощи в настоящее время реализуются в форматах самопомощи и взаимопомощи. Помогающий и получающий помощь могут по-прежнему руководствоваться этическими принципами, сохранять личную свободу и самовыражение. Как отмечает В. Артемов, «…нужно еще осмелиться помогать другим, когда имеются (формально) соответствующие службы и назначенные кем-то исполнители» [20, c. 89].
Методы само- и взаимопомощи позволяют сохранить границы субъектности и самостоятельности обеих сторон.
В настоящее время социальная помощь представляет собой организационно-правовую форму социального обеспечения, которая дополняет обязательное социальное страхование и государственное обеспечение отдельных категорий граждан. Эта сфера постоянно претерпевает изменения, из-за чего многие правоведы не всегда признают ее самостоятельной формой, основываясь на источнике финансирования, который, хоть и важен, но не является единственным критерием для обособления организационно-правовых форм. При анализе организационно-правовой формы финансирование неразрывно связано с основаниями и видами обеспечения, а также с охватываемым кругом лиц.
Государственная социальная помощь финансируется из бюджетов разных уровней, однако это не означает, что она сводится к государственному обеспечению особых категорий граждан (например, госслужащих). Отличительной чертой социальной помощи является ее предоставление независимо от уплаты взносов в государственные внебюджетные фонды.
Конституционно закрепленные цели социальной политики России, как социального государства, обязывают государство заботиться о благополучии граждан и их социальной защищенности. Если человек по возрасту, состоянию здоровья или другим независящим от него причинам не может работать и не имеет достаточного дохода для обеспечения прожиточного минимума себе и своей семье, он вправе рассчитывать на соответствующую помощь и поддержку со стороны государства и общества. Таким образом, Конституция связывает обязанности социального государства не только с охраной труда и здоровья, установлением минимального размера оплаты труда, но и с поддержкой семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых, развитием социальных служб, установлением пенсий, пособий и других гарантий социальной защиты.
В демократическом обществе социальное государство создает условия для участия общественных сил в оказании помощи социально незащищенным слоям населения. Конституция поощряет создание дополнительных форм социального обеспечения и благотворительность, что отражено, например, в Федеральном законе «О негосударственных пенсионных фондах».
Определение понятия «Социальная помощь» можно найти в ряде нормативных актов, таких как Федеральный закон «О государственной социальной помощи» и Национальный стандарт РФ ГОСТ Р «Социальное обслуживание населения. Термины и определения».
Согласно Национальному стандарту РФ ГОСТ Р «Социальное обслуживание населения. Термины и определения», государственная социальная помощь – это социально-экономическая услуга, заключающаяся в предоставлении клиентам денежных средств, продуктов, предметов санитарии и гигиены, средств ухода за детьми, одежды, обуви и других предметов первой необходимости, топлива, а также специальных транспортных средств и технических средств реабилитации инвалидов и лиц, нуждающихся в постороннем уходе [18, 19].
Государственная социальная помощь ориентирована, в первую очередь, на малоимущих граждан, малоимущих одиноко проживающих граждан и другие категории, определенные Федеральным законом «О государственной социальной помощи».
Закон указывает, что государственная социальная помощь оказывается в целях:
• Поддержания уровня жизни малоимущих семей и малоимущих одиноко проживающих граждан, чей доход ниже прожиточного минимума, установленного в регионе.
• Обеспечения адресности использования бюджетных средств.
• Усиления адресности социальной поддержки нуждающимся.
• Создания условий для обеспечения всеобщей доступности и качества социальных услуг.
• Снижения социального неравенства.
• Повышения доходов населения.
Оптимальный путь к повышению благосостояния обеспечивается социальным рыночным хозяйством в сочетании с производством и распределением благ самим социальным государством в таких сферах, как образование, здравоохранение, транспорт, социальная помощь.
Главным критерием для получения социальной помощи является нуждаемость. Нуждаемость определяется как материальное положение, при котором доход человека или семьи ниже прожиточного минимума по независящим от них причинам. В современных социально-экономических условиях постоянно возникают обстоятельства, из-за которых граждане лишаются средств к существованию, несут дополнительные расходы, попадают в сложные жизненные ситуации и нуждаются в социальной поддержке. При отсутствии дохода в размере прожиточного минимума нуждающиеся имеют право на различные виды социальной помощи:
• Денежные выплаты (пособия, субсидии).
• Натуральные выдачи (топливо, одежда, обувь, медикаменты, продукты и т.д.).
Некоторым категориям граждан (инвалидам, ветеранам ВОВ и др.) независимо от дохода предоставляется набор социальных услуг (медицинская помощь, санаторно-курортное лечение и др.).
Финансирование всех видов социальной помощи осуществляется из бюджетов разных уровней бюджетной системы РФ [1,2,3,4,5].
В целом, социальная помощь обладает постоянными характеристиками, и ее важность для развития общества не требует дополнительных доказательств. Однако характер взаимодействия между помогающим и получающим помощь формируется под влиянием исторических условий. Традиционные формы личной помощи уступают место формализованному взаимодействию, основанному на инструкциях и технологических требованиях. Тем не менее, современные практики предоставления помощи допускают возможность обращения к экспертным системам или к ресурсам само- и взаимопомощи.