Магистерская работа по психологии и педагогике на тему Внушаемость подростков и ее связь с различной направленностью.

Введение
Внушение - одно из средств взаимодействия людей в процессе их обучения и деятельности. Характерная особенность внушения состоит в том, что оно оказывает влияние на психику и поведение человека незаметно. Бесконтрольно проникая в психику человека, внушение реализуется в его жизнедеятельности в виде поступков, стремлений, мотивов и установок. Внушение стимулирует сознание человека, меняет его состояние и поведение, но сам человек к внушаемому содержанию не проявляет, ни критического, ни аффективного отношения.
Большинство исследователей внушения считают, что эффективность его воздействия определяется взаимодействием нескольких факторов, ведущую роль среди которых занимает личностная характеристика объекта внушения, его индивидуальная «податливость» внушению –внушаемость.
В настоящее время не подлежит сомнению, что внушение вместе с другими способами общения выполняет важные социально-психологические функции: содействует формированию общественной психологии людей, способствует внедрению в психику сходных взглядов и убеждений, мнений и оценок, норм деятельности и поведения; направляет и регулирует активность личности, побуждая к одним делам и поступкам или удерживая от них; способствует или препятствует использование людьми потенциальных физиологических и умственных сил в тех или иных видах индивидуальной и общественной деятельности.
Цель исследования: исследовать внушаемость подростков и ее связь с различной направленностью.
Задачи исследования:
1. Провести анализ современных теоретических взглядов на проблему внушаемости, обобщить результаты экспериментальных и эмпирических исследований, посвященных изучению психологических и психофизиологических механизмов внушаемости.
2. Разработать стандартную процедуру внушения в обычном состоянии сознания.
3. Определить уровень внушаемости испытуемых.
4. Сопоставить результаты оценки внушаемости.
5. Определить особенности лиц с разным уровнем внушаемости.
Объект исследования: подростки с разным уровнем внушаемости.
Предмет исследования: личностные особенности подростков с разным уровнем внушаемости.
Методологическую основу исследования составили: принципы системного подхода, единства сознания и деятельности, психологического детерминизма (Б.Г. Ананьев, С.Л. Рубинштейн, П.К. Анохин, Б.Ф. Ломов, А.Н. Леонтьев, А.В. Петровский, А.Л. Журавлев и др.); теоретические работы, характеризующие психологические аспекты взаимодействия как процесса (В.М. Бехтерев, Б.Г. Ананьев, А.Н. Леонтьев, В.Н. Мясищев, А.Л. Журавлев и др.); концептуальные положения норм психофизиологических основ индивидуальных различий (Б.М. Теплов, В.Д. Небылицин, П.В. Симонов, В.М. Русалов и др.); концепция о локализации психических функций (А.Р. Лурия, Е.Д. Хомская, Н.Н. Брагина, Т.А. Доброхотова); фундаментальные работы, рассматривающие внушаемость, как специфическое, динамическое свойство личности (В.М. Бехтерев, И.П. Павлов, К.И. Платонов, Б.Ф. Поршнев, Л.П. Гримак, И.Е. Шварц, А.Н. Свядощ, В.М. Звоников и др.). 
Глава1. Изучение проблемы внушаемости и направленности в работах отечественных и зарубежных психологов
1.1 Проблема внушаемости в отечественной психологии
Изучение вопросов внушаемости и ее учета в процессе усвоения учебного материала является одной из наиболее интересных и важных проблем, решение которых способствует более полному раскрытию способности обучаемых. В частности, актуальным является вопрос, каким образом влияет исходный уровень внушаемости на психическую работоспособность в процессе усвоения учебного материала. Имеется целый ряд работ, в которых изучали особенности проявления внушаемости в деятельности человека (В.М. Бехтерев, А.А. Токарский, В.Е. Рожнов, П.И. Буль, Л.П. Гримак и др.). [10] Внушение определяется как подача информации, воспринимаемая без критической оценки и оказывающая влияние на течение нервно-психических и соматических процессов. Путем внушения вызываются ощущение, представление, эмоциональное состояние и волевые побуждения, а также оказывается воздействие на вегетативные функции без активного участия личности, без логической переработки информации воспринимаемой человеком [1].
Первым в мировой и отечественной практике, кто обратил внимание на внушение, как на «один из способов воздействия одних лиц на других, которое производится намеренно или ненамеренно со стороны воздействующего лица, и которое может происходить или незаметно для внушаемого лица или даже с его ведома и согласия» (13, с. 138), был выдающийся отечественный психофизиолог, исследователь и врач В.М. Бехтерев, 1898. В своей работе «Внушение и его роль в общественной жизни», опубликованной в виде отдельной книги в 1908 году (первое издание работы в 1898 году) он впервые обратил внимание на внушение не только, как на процесс воздействия врача на больного при гипнотерапии, но и как на способ «воздействия одних лиц на других» в обыденной жизни. [10]
Указанная работа В.М. Бехтерева не потеряла своей актуальности и в наши дни, прежде всего в плане психологической трактовки понятия «внушение», данной автором четко и аргументировано. По В.М. Бехтереву «внушение представляет собою непосредственное прививание тех или иных состояний от одного лица к другому при посредстве слов, мимики и жестов. Результат же внушения есть не что иное, как вторжение в психическую сферу посторонней идеи без прямого непосредственного участия в этом акте личной сферы, вследствие чего последняя в большинстве случаев является или совершенно или почти безвластной его отторгнуть или изгнать из сферы личности, даже при том условии, когда представляется ясной его нелепость. Проникая в психику без активного внимания, внушение остается вне личной сферы психики, благодаря чему и все дальнейшие последствия происходят без контроля личной сферы и без соответственной задержки» [13, с. 141].
В данном определении В.М.Бехтерев рассматривает внушение не как составляющую часть гипноза, а как самостоятельную, специфическую психологическую категорию, как способ взаимодействия между людьми, проявляющуюся в различных сферах общественной жизни. [10]
Далее он приводит краткое определение внушения и его отличие от убеждения. «Внушение сводится к непосредственному прививанию тех или других психических состояний от одного лица к другому -прививанию, происходящему без участия (внимания) воспринимающего лица и нередко даже без ясного с его стороны сознания. В этом отличие внушения ... от убеждения, производимого всегда не иначе, как при посредстве активного внимания и логического мышления и с участием личной сферы психики» [13, с. 141].
Внушение представляет собой значительное жизненное явление, и его метафорическое отнесение в разряд магии не так уж сильно грешит против истины. Особенно это становится заметным в современном обществе, характеризующимся бурным развитием масс-медиа, их психологической агрессивностью, растущей с каждым днем [2].
Значительный вклад в понимание природы внушения внесли исследования И.П. Павлова, результаты которых и до настоящего времени являются достаточно актуальными.
По И.П. Павлову в основе явлений внушения и самовнушения лежит «концентрированное раздражение определенного участка больших полушарий», вызванное обычно извне действием слова, либо эмоций, либо произведенное «посредством внутренних связей, ассоциаций, -раздражение, получившее «преобладающее, незаконное и неодолимое значение» [6, с. 207].
Далее И.П. Павлов указывает, что раздражение существует и действует, т.е. переходит в движение, в тот или иной двигательный акт, не потому, что оно поддерживается всяческими ассоциациями, т.е. связями с многими настоящими и давними раздражителями, ощущениями и представлениями, - тогда это твердый и разумный акт, как полагается в нормальной и сильной коре, - а потому, что при слабой коре, при слабом, низком тонусе, оно как концентрированное возбуждение сопровождается сильной отрицательной индукцией, оторвавшей его, изолировавшей его от всех посторонних необходимых влияний. Это и есть механизм гипнотического и постгипнотического внушения» (3, с. 207).
«Когда на такую кору, с пониженным положительным тонусом, в определенный пункт, как раздражитель направляется слово, приказ гипнотизера, то этот раздражитель концентрирует раздражительный процесс в соответственном пункте и сейчас же сопровождается отрицательной индукцией, которая, благодаря малому сопротивлению, распространяется на всю кору» [6, с.208].
Именно благодаря этим условиям «... слово, приказ является совершенно изолированным от всех влияний, и делается абсолютным, неодолимым, роковым образом действующим раздражителем, даже и потом, при возвращении субъекта в бодрое состояние» [6, с. 207].
Продолжая и развивая экспериментальные данные И.П. Павлова, выдающийся отечественный психотерапевт К.И. Платонов в своей книге «Слово, как лечебный и физиологический фактор» значительно расширил существующие представления о внушающей роли слова. В экспериментах с участием высокогипнабельных испытуемых, используя объективные методы регистрации физиологических показателей, он совместно со своими учениками и последователями убедительно продемонстрировал влияние словесного внушения на ряд психических функций (зрительные, слуховые, обонятельные, кинестетические ощущения и восприятия), целенаправленное изменение эмоционального состояния, тепловой обмен и механизмы терморегуляции, углеводный и водный обмен [8].
Полученные К.И. Платоновым и его учениками данные позволили заявить, что «слово имеет значение реально действующего фактора, изменяющего условнорефлекторные реакции при том или ином направлении, подавляя их в одних случаях, оживляя в других и извращая в третьих» [8, с.85].
Более того, К.И. Платоновым, а за ним и другими исследователями была показана возможность высокоэффективного влияния словесного раздражителя в разнообразных направлениях на условнорефлекторную деятельность человека, не только в состоянии внушенного сна, но и в состоянии бодрствования.
Тормозные состояния возникают при известных условиях самостоятельно, без специального вызывания состояния внушенного сна и могут иметь по степени выраженности ряд степеней, начиная от едва заметного, почти не отличимого от состояния бодрствования. Тем не менее, по К.И. Платонову «уже при самом легком снижении коркового тонуса может иметь место та парадоксальность силовых отношений, при которой и создается повышенная внушаемость» [8, с. 85]. Она может стать причиной невротических расстройств за счет стойкой фиксации в этот период временных связей, иногда приобретающих характер патологических «неугасаемых реакций» типа, так называемого навязчивого состояния [17,6,8,9,10,14,15].
Эти психогенно возникающие навязчивые состояния обусловлены, по мнению К.И. Платонова, словесным воздействием, падающим на кору мозга в условиях тормозного состояния, при снижении ее тонуса. «В свою очередь эти состояния могут быть устранены соответствующим словесным внушением, если оно осуществляется при том же тормозном состоянии коры мозга, в каком они образовались, но только искусственно созданном». В этом есть суть нашей методики лечебного применения слова, пишет К.И. Платонов. При этом воздействие может осуществляться, как во время внушенного сна, так и в обычном состоянии сознания, но в условиях искусственно созданного тормозного состояния коры [8].
A.M. Свядощ, 1971 на основании собственного клинического и экспериментального опыта под внушением понимает введение информации, воспринимаемой без критической оценки и оказывающей влияние на течение нервно-психических процессов [10]. Путем внушения, по его мнению, могут вызываться ощущения, представления, эмоциональные состояния и волевые побуждения, а также могут оказываться воздействия на вегетативные функции без активного участия личности, автоматически, без логической переработки воспринимаемого.
По мнению A.M. Свядоща, внушение невозможно при отсутствии семантического содержания в сообщении. Однако далеко не всякая информация оказывает внушающее воздействие. В зависимости от формы подачи, источника поступления и индивидуальных особенностей личности, одна и та же информация может либо обладать, либо не обладать воздействующим началом.
A.M. Свядощем предложена верификационная концепция внушения, согласно которой в мозгу человека протекают процессы верификации информации, т.е. определения и достоверности. Суть концепции заключается в том, что на живой организм падает огромное количество различных, иногда противоречивых сигналов, несущих информацию о происходящем, как во внешней, так во внутренней среде. При этом более сложные сигналы подвергаются логической переработке и оценке, осуществляемой путем сознательного целенаправленного мышления [10].
Однако большая часть поступающей информации подвергается в соответствии с имеющимися алгоритмами автоматической неосознаваемой оценке с точки зрения ее достоверности, а также значимости. Благодаря этому организм, не загружая сознания, ограждается от неадекватного реагирования на сигналы, которые к нему не имеют отношения, либо несут ложную или несущественную информацию [10].
Особенность внушения по A.M. Свядощу кроется в том, что при нем, помимо основной (семантической) информации, определяющей содержание внушения, вводится еще добавочная - верифицирующая -информация, повышающая достоверность основной.
И.Е. Шварц, исследуя проблему суггестивности применительно к различным психолого-педагогическим аспектам, разработал модель поведенческого акта, выполняемого на основе внушения [11,17].
Символическое выражение различных компонентов поведенческого акта было представлено И.Е. Шварцем в виде схемы, изображающей процесс влияния внушения на определенное действие.
На актуальность и важность сферы внушаемых явлений указывали многие выдающиеся исследователи внушения. Так, З. Фрейд заявил, что внушение — это «изначальный и неустранимый феномен, фундаментальный факт психической жизни человека». Суждения выдающегося французского социального психолога Сержа Московичи в этом плане также весьма определенны: «Все явления, наблюдаемые при гипнотическом состоянии, являются результатом психической предрасположенности к внушению, которая в некоторой степени есть у всех нас. Внушаемость присутствует и в состоянии бодрствования, но мы не отдаем в ней отчета, поскольку она нейтрализуется критикой и рассудком» [3].
Термин «внушение» вошел в употребление в Европе с конца XV в. И связывался с представлением о колдовстве и нечистой силе. Возможно, что именно предчувствие глубинных продуктивных потенций внушения стимулировало значительное развитие гипнологии во второй половине XX в. Не только как специфический феномен, но и как методологический инструмент в экспериментальной психофизиологии гипноз дал начало формированию отдельных областей психотерапии многочисленным комплексам аутогенных тренировок, подпороговым психотехнологиям, нейролингвистическому программированию [4; 5]. Обобщенные в известной книге К.И. Платонова «Слово как физиологический и лечебный фактор» экспериментальные и клинические материалы свидетельствуют о том, что словесные раздражители в силу своей исключительной физиологической и социальной значимости занимают в системе высшей нервной деятельности человека совершенно особое место. Было показано, что слово отражает, заменяет и обобщает смысловые значения конкретных раздражителей внешней и внутренней среды и вместе с тем является важным средством купирования болезненных процессов [6].
Новым исследованием, существенно расширяющим наши представления о превращении сигналов в знаки естественного языка-слова, является культурно-семиотическая концепция происхождения человека В.М. Розина. Формирование гипнотизирующих свойств слова, речи данная концепция связывает с проявлением так называемого парадоксального поведения ранних форм человека в опасных ситуациях. Это парадоксальное поведение, являющееся первичным гипнозом, в котором внушенные стимулы действуют сильнее реальных, полностью соответствует тому своеобразному виду реактивности раннего человека, которое Джон Пфейфер назвал «сумеречным мышлением». Какие-то остаточные формы состояний «сумеречного мышления» образуют сегодня психические предпосылки нормального словесного общения, способствуя функционированию процессов воображения индивидуума, построению его многомерной сферы виртуальной реальности. Восприятие слова должно вызывать в центральной нервной системе определенную степень торможения, подавляющего воздействие реальных раздражителей и образующего некую «зеленую улицу» для восприятия и переработки «искусственных сигналов».
Таким образом, внушение становится основной межличностного и группового общения. Б.Ф. Поршнев писал: «Внушение в широком смысле поистине универсально в человеческих психических отношениях. Анализ особенностей внушения в подсознании показывает, что, несмотря на огромный фактологический и экспериментальный материал, весьма изящны теоретические построения. Для современной науки проблема бессознательного — одна из самых малоизученных в системе наших знаний о функционировании психики.