Научно-исследовательская работа по уголовному процессу на тему Следственный эксперимент и проверка показаний на месте на примере Республики Алтай

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность данной темы в том, что в настоящее время роль следственного эксперимента в уголовном процессе велика. Это связано с тем, что любая ошибка или неточность приводит к неправильному рассмотрению дела и соответственно, виновные лица могут остаться безнаказанными.
А для того, чтобы этого избежать все участники эксперимента, в частности, следователь должны быть объективными.
На каждом из этапов следственного эксперимента возникают трудности, которые замедляют своевременное и правильное проведение следственного эксперимента, и соответственно, всего раскрытия уголовного дела.
Проблемы, возникающие при производстве следственного эксперимента, в разные эпохи рассматривали такие ученые как Р.С. Белкин, О.Я. Баев, Р.Д. Рахунов, Ю.Н. Белозеров и другие.
В ходе следственного эксперимента важной задачей является воспроизведения какого-либо обстоятельства, события, действия как можно точнее, но на практике это практически невозможно. Так считал Ю.А. Ляхов, который указывал: «Нельзя воспроизвести положение потерпевшего и нападающего в момент совершения преступления, нельзя воспроизвести действия преступника на месте совершения преступления» . Невозможно создать точную обстановку, как в момент совершения преступления, она будет лишь похожей.
Также большое значение играет психологический фактор. Например, трудно выяснить в каком состоянии находился преступник, совершая преступление. Если он находился в состоянии аффекта, то вряд ли вспомнит какие-либо детали и на следственном эксперименте не сможет повторить своих действий хотя бы потому, что забыл их уже, поскольку не контролировал своих действий. Встречаются случаи, когда участники эксперимента, а именно подозреваемые и обвиняемые действуют из корыстных побуждений и специально запутывают следы, чтобы следствие не смогло правильно рассмотреть дело.
Таким образом, цель данной работы – выявить особенности проведения следственного эксперимента и проверки показаний на месте на примере Республики Алтай.
Для достижения данной цели были поставлены следующие задачи:
провести теоретическое исследование основ тактики следственного эксперимента;
изучить тактические приемы подготовки следственного эксперимента.
Объект – уголовный процесс. Предмет следственный эксперимент и проверка показаний на месте на примере Республики Алтай.
Научная новизна работы заключается в систематизации теоретических положений подготовки к следственному эксперименту.
Теоретическая и практическая значимость заключается в анализе теоретических положений, материалов судебной практики в области проведения следственного эксперимента.
Методологической основой исследования в данной работе послужил диалектический метод научного познания и системный подход. В ходе исследования использовались такие общенаучные методы и приемы как научная абстракция, прогнозирования.
Работа состоит из введения, 2 глав, заключения и списка использованной литературы.

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ТАКТИКИ СЛЕДСТВЕННОГО ЭКСПЕРИМЕНТА
1.1. Понятие следственного эксперимента

В процессе расследования преступлений важное место принадлежит экспериментальному методу работы с доказательствами, получившему свое выражение в таком следственном действии, как следственный эксперимент.
Во многих случаях объективные проверка и оценка полученных доказательств возможны только при проведении следственного эксперимента, позволяющего опытным путем проверить достоверность полученных в ходе следствия сведений, правильность следственных версий и предположений, а также воспроизвести картину произошедшего события в полном объеме. Проведение следственного эксперимента характерно для досудебного производства по уголовному делу .
Как показывает анализ юридической литературы, в теории уголовного процесса этому процессуальному действию также не уделялось должного внимания.
В работах, посвященных проблемам производства в суде первой инстанции по уголовным делам, можно было встретить лишь редкие, предельно общие и краткие упоминания о применении судом экспериментального метода в исследовании доказательств.
В отдельных современных работах по уголовному процессу, изданных после принятия УПК РФ 2001 г. авторами затрагиваются некоторые аспекты производства следственного эксперимента в ходе судебного следствия, но содержащиеся в них рекомендации являются фрагментарными, в ряде случаев заимствованными из более ранних работ, и не позволяющими получить целостного представления о специфике тактики и процессуальных особенностях следственного эксперимента в суде.
Н.И. Труфанов обоснованно полагал, что «своеобразие судебного эксперимента по сравнению со следственным определяется условиями процессуальной деятельности суда» .
Однако ст. 288 УПК РФ, посвященная следственному эксперименту, проводимому в ходе судебного разбирательства, этих процессуальных особенностей практически не определяет, закрепляя, что суд производит данное следственное действие в соответствии с положениями статьи 181 УПК РФ, регламентирующими порядок его осуществления на стадии предварительного расследования.
Такой подход законодателя не способствует уяснению специфики производства следственного эксперимента в суде, что в свою очередь отрицательно сказывается на правоприменительной практике.
Этим предопределяется необходимость уяснения процессуальных и тактических особенностей производства данного следственного действия на этапе судебного разбирательства и выработки рекомендаций, направленных на повышение его эффективности, что, в конечном итоге, должно способствовать вынесению правильного решения по уголовному делу, соответствующему требованиям законности, обоснованности и справедливости.
Анализ части 1 ст. 288 УПК РФ, которая помещена в главе 37 УПК РФ, именуемой «Судебное следствие», позволяет прийти к выводу, что судом производится именно следственный эксперимент.
Рассматривая сущность отдельных форм применения экспериментального метода в уголовном судопроизводстве, Р.С. Белкин отмечал, что данный метод, применяемый судом, «при определенных условиях становится самостоятельным судебным действием - судебным экспериментом».
Обосновывая эту позицию, Р.С. Белкин писал: «следственный эксперимент осуществляется в стадии предварительного расследования.
Слово «следственный» указывает, во-первых, на это обстоятельство и, во-вторых, на то, что этот эксперимент осуществляется именно лицом, производящим расследование, а не иными участниками процесса.
Точно так же слово «судебный» означает и стадию, на которой осуществляется эксперимент - судебное разбирательство, и то, что он проводится именно судом».
С учетом этого Р.С. Белкин указывал, что «производство судебного эксперимента обладает рядом процессуальных особенностей, резко отличающих его от производства следственного эксперимента. Эти процессуальные особенности характерны для него как действия судебного».
Отстаивая противоположную позицию, Л.Е. Ароцкер считал нецелесообразным использование термина «судебный эксперимент», указывая на то, что эксперимент проводится в ходе судебного следствия, поэтому он должен именоваться следственным, как и тот эксперимент, который проводится на стадии предварительного расследования.
Эти диаметрально противоположные точки зрения, высказанные двумя крупнейшими учеными почти полвека назад, не только не утратили своего значения, но и приобрели особую актуальность в связи с принятием УПК РФ, который не только не смог решить эту проблему, но и дополнительно ее усложнил, о чем свидетельствуют результаты сопоставления лишь некоторых норм действующего уголовно-процессуального закона и анализа современной юридической литературы .
В соответствии с частью 1 ст. 86 УПК РФ «собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных настоящим Кодексом».
Сопоставление этой нормы с законодательно закрепленным определением понятия процессуального действия, под которым согласно п. 32 ч. 1 ст. 5 УПК РФ, следует понимать «следственное, судебное или иное действие, предусмотренное настоящим Кодексом», позволяет прийти к выводу о том, что судебные действия являются одним из способов собирания доказательств.
Однако понятие судебного действия в УПК РФ не раскрывается, несмотря на неоднократное использование этого термина при конструировании норм уголовно-процессуального закона, что порождает определенные трудности теоретического и прикладного характера.
Так, С.А. Шейфер отмечает, что «все действия, осуществляемые в судебном разбирательстве, - процессуальные, поэтому термин «судебные действия», будучи равнозначным термину «процессуальные действия», не раскрывает специфику познавательной деятельности, осуществляемой в суде» .
Часть 2 ст. 291 УПК РФ, регламентирующая окончание судебного следствия, устанавливает, что после разрешения ходатайств и выполнения связанных с этим необходимых судебных действий председательствующий объявляет судебное следствие оконченным.
Однако законодатель не оговаривает, какие именно процессуальные действия он признает судебными, и относятся ли к их числу следственные действия.
Пункт 5 части 2 статьи 74 УПК РФ в качестве доказательств допускает протоколы следственных и судебных действий.
Это, на первый взгляд, подтверждает правоту позиции Р.С. Белкина о необходимости признания следственных действий, проводимых в ходе судебного разбирательства, судебными.
Однако сопоставление указанной нормы с содержанием ст. 83 УПК РФ, именуемой «Протоколы следственных действий и судебного заседания» позволяет обнаружить существенное противоречие, которое фактически исключает целесообразность рассмотрения следственных действий, проводимых на этапе судебного следствия, в качестве судебных .
Так, согласно ст. 83 УПК РФ в качестве доказательств допускаются уже не протоколы следственных и судебных действий, о которых говорится в п.5 ч.2 ст. 74, а «протоколы следственных действий и протоколы судебных заседаний».
Понятия «протокол судебного действия» и «протокол судебного заседания» не тождественны.
Согласно ст. 259 УПК РФ в ходе судебного заседания ведется протокол, в котором фиксируются практически все юридически значимые действия и решения участников уголовного судопроизводства, в том числе в соответствии с п.12 ч.3 данной статьи в нем «указываются результаты произведенных в судебном заседании осмотров и других действий по исследованию доказательств», но при этом законодатель не называет их судебными.
В ст. 288 УПК РФ четко закреплено, что «суд производит следственный эксперимент», а не судебный, как его предлагают именовать некоторые ученые.
Указание на то, что следственный эксперимент является следственным действием, соответствует действующему уголовно-процессуальному законодательству и не ограничивает возможности его применения в ходе судебного разбирательства.
Проведение следственного эксперимента в ходе судебного разбирательства, как правило, всегда возможно, но ограничено условиями судебного разбирательства.
В ряде случаев это связано с длительными затратами времени, с необходимостью его проведения ночью, требует проведения особо сложных и потому не всегда доступных для суда мероприятий, направленных на реконструкцию обстановки проверяемого события, в которой должны проводиться опытные действия.
Поэтому некоторые авторы отмечают, что судами обычно проводятся наиболее простые в организационном и тактическом плане эксперименты. А.С. Степанов, определяя возможности проведения судом эксперимента по конкретному делу, указывал, что «нужно учитывать степень сложности предполагаемого эксперимента и реальные возможности его проведения. Специфические условия судебной деятельности лишают суд возможности проводить сложные и трудоемкие эксперименты» .