Отчет по практике по истории России на тему Объединительная политика Великих Литовских Князей

1. Аналитический обзор и видовая характеристика источников по теме
Несмотря на длительное развитие историографии, которая насчитывает уже более ста лет, история регионов Великого княжества Литовского (ВКЛ), их внутренней жизни, взаимоотношений между собой и с центром государства изучена очень неравномерно.
Одной из черт русской историографии тех лет — отсутствие интереса к ВКЛ как к самостоятельному историческому явлению, привлечение материалов его истории только в связи со стремлением показать борьбу российского государства с его противниками. Другими словами, история самого Литовско-Русского государства, как самостоятельная научная проблема, еще не стояла на повестке дня.
Учебники по русской истории
Н. Г. Устрялов в 30-х гг. XIX столетия он заявил: «Доколе оно (ВКЛ. — А. Д. ) было самостоятельно, имело своих князей из дома Гедимина, сохраняло все черты русской народности и спорило с Москвою о праве господствовать над всей Русью, историк обязан говорить с равною подробностью о делах литовских и московских и вести оба государства рядом так точно, как до начала XIV столетия он рассказывал о борьбе удельных русских княжеств… Положение дел будет одно и то же, с тою единственною разностью, что в удельное время было несколько систем, а тут только две: московская и литовская» . Истории Великого княжества Литовского он посвятил одну из глав своего учебника русской истории, который несколько раз переиздавался.
Большой вклад в изучение ВКЛ внесли и историки-славянофилы, такие как М. О. Коялович, И. Д. Беляев. Они обратили внимание на долгое сохранение в рамках ВКЛ древнерусских общинных, земских традиций, которые буквально пронизывали жизнь этого государства.
Ф. И. Леонтович — один из самых плодовитых исследователей литовско-русской старины. Еще в середине 60-х гг. он обратился к теме «Русская Правда и литовско-русское право». Проанализировав многие положения Литовского статута 1529 г., Ф. И. Леонтович пришел к выводу, что институты Русской Правды получили дальнейшее развитие в литовско-русском законодательстве, а сама задача этого законодательства состояла в сохранении элементов, выработанных древнерусской жизнью. Институты же эти носили характер общинный, архаический .
Ф. И. Леонтовичу присуще стремление оценить то огромное влияние, какое удерживали в русских землях «начала» древнерусского быта. Он изучал и «феодализм» в Литовско-Русском государстве, связав его с проблемой генезиса и развития этого государственного организма. Отметив, что и польские, и русские сторонники феодализма исходили из теории завоевания Литвой русских земель, Ф. И. Леонтович все же отвергал его, и основной упор делал на добровольный союз русских земель и Литвы.
Историк отмечал значительную децентрализацию в структуре государства. Лишь со времен Витовта начинается внутреннее объединение государства путем постепенного изживания старой удельной розни между отдельными литовско-русскими областями. Это объединение завершилось к началу 60-х гг. XVI столетия, но литовское единодержавие никогда не достигло того могущества, которое было свойственно ему в Московском государстве.
Ф. И. Леонтович рассмотрел некоторые государственные институты Великого княжества Литовского. Что же касается сословного строя государства, то, по мнению исследователя, «в старых литовских актах и других источниках не находим никаких непреложных указаний на присутствие в быту местных бояр и слуг каких-либо сословных элементов и признаков, намечавших собою особые прерогативы и права служилых классов и выделявших их из состава остального населения страны. Права литовско-русских бояр и слуг в сфере политической и частноправовой жизни народа до появления шляхетских привилегий мало чем рознились от прав других свободных классов».
А. Е. Пресняков рассматривал зарождение литовской государственности на широком фоне западнорусской истории: «Западной Руси готовилась судьба пойти материалом на строение нового политического здания — Великого Княжества Литовского, войти в состав “земли Литовской” в тесном смысле слова, центральной области нового государства, к которой другие области русские примкнули как аннексы» .
Ученый проанализировал процесс объединения литовских племен, «сравнительно сильно разнившихся даже этнографически и диалектологически», деятельность Миндовга, состояние государственности при его ближайших преемниках. А. Е. Пресняков пришел к выводу, что русификация Литвы, объединение литовского и русского народов проходили очень медленно, а «государственность, подтачиваемая в русской среде раздробленностью и развитием удельщины, в литовской — не менее сильной раздробленностью отношений на живой основе первобытных отношений слагалась постепенно, с большим напряжением сил…».
Так, на страницах специальных и обобщающих трудов, учебников и популярных изданий нередки упоминания о привилеях, выдававшихся великими князьями литовскими подвластным землям. После классических трудов М. Н. Ясинского и Я. Якубовского , охватывающих все земли ВКЛ, в которых на тот момент было известно наличие областных привилеев, специальные исследования были посвящены привилеям Жемайтии , Полоцкой и Витебской земелям, Киевщине и Волыни. Значительно меньше внимания уделялось привилеям Смоленской земле. Правда, уже в 1867 г. один из первых исследователей памятников права ВКЛ Ф. Чарнецкий писал о нем: «Привилей этот, по своей оригинальности, по возобновлению старых порядков и по юридической терминологии, особенно замечателен» . Но за последующие полтора столетия исследователи ограничились, по сути, лишь несколькими замечаниями об истории складывания привилея и о его составных частях, хотя он неоднократно использовался как источник по истории Смоленской земли и ВКЛ в целом. Спустя 500 лет после присоединения Смоленска к Русскому государству (1514–2014) имеет смысл вновь обратиться к его анализу. К настоящему времени опубликованы книги Литовской метрики до 1514 г., привилей Сигизмунда Старого Смоленской земле 1513 г. , подготовлен к печати привилей великого князя литовского Александра Смоленской земле от 1 марта 1505 г., при этом выявлен целый ряд неточностей в его публикациях по списку в Метрике, в том числе принципиально важных для понимания его смысла.
Таким образом, в научный оборот введено подавляющее большинство документальных источников по истории Смоленской земли в «литовский период», что позволяет последовательно сопоставить нормы привилея с правовой практикой.
Книги по русской истории
Вслед за Н. Г. Устряловым обратились к изучению Литовско-Русского государства и его преемники на кафедре русской истории Санкт-Петербургского университета: Н. И. Костомаров и К. Н. Бестужев-Рюмин.
Последний даже строил периодизацию отечественной истории, исходя из наличия двух центров объединения русских земель: московского и литоского. Для своей «Русской истории» основоположник школы