Реферат по психологии на тему Проблема сознания в истории психологии, современные подходы к проблеме сознания

Введение
В общем виде, проблема субъективного сознания – это вопрос детерминации человеческого поведения. В классическом детерминизме, чаще всего, трактуемом как метафизика, основной позицией является представление о наличии жестких и рациональных связей, конструирующих основу всего сущего, самого бытия, и являющихся этим бытием. Вселенная, то, что составляет сущность бытия, может пониматься как линейная заданность, как наличие независимой и зависимой переменной, как проявление причинно-следственных связей в их одномерной определенности, что, естественно, порождает проблему первопричины. В этом контексте метафизику, достаточно часто в философии представляемую как онтологию, можно было бы назвать философией первопричин изначально существующих и заданных самим «Существованием» в виде Бога, Логоса, абсолютной идеи, внесенсорного бытия или, как у Э. Канта, как формы познания изначально присущие рассудку.
Интересно, что в рамках классической парадигмы бытие рассматривается вне участия человека, как существование объективной реальности, как субстанция надчеловеческая, и участь человека состоит лишь в том, чтобы приспосабливаться к бытию, клишируя в себе его свойства. В этой связи представляется достаточно правомерным упрек М. Хайдеггера (1993 а), адресованный классической философии. Он считает, что фактически вопрос о бытии забыт ею, но такой вопрос существует, и может быть изучен лишь как бытие человека, как смысл его существования. Именно в этом состоит суть поворота к человеку и его сознанию в рамках неклассической философской парадигмы. В этом и пафос перехода от психологии объективности к психологии субъективности или субъективной психологии.
Цель работы – исследовать проблему сознания в психологии.
 
1. Подходы к изучению сознания
Появление неклассического подхода в философии бытия, обусловленного возникновением релятивистских позиций в науке и, прежде всего в физике, породило иную метафизику, если можно так сказать, метафизику жизни. Ярким примером такого подхода явилась работа М. Хайдеггера «Бытие и время» (1993 а). Он считал, и методологически – это катастрофа прежнего, классического подхода, что вопрос о том, что есть бытие должен быть сменен на вопрос – «Что есть человек?». Конечно, Хайдеггер впадает в определенную гиперболизацию возникшей в то время в философии идеи, провозгласившей именно человека центром бытия, воплощением этого, теперь уже человеческого бытия. Такая тенденция выразилась в поисках независимой от сознания бытийности (онтологии) человека. Его знаменитое «Dasein» может быть истолковано, особенно в психологии, совершенно по-разному. Dasein (здесь-бытие) – это и присутствие или соприсутствие человека в процессе его взаимодействия с окружающим миром, и потенциальная открытость этого отнесенного к человеку бытия с ним самим. Это и бесконечность овеществления внутреннего, как материализация бестелесного, например в поступке. Это и предельная неосуществленность человека выражаемая в формуле: «быть – всегда- уже-впереди-себя – в- мире- при- внутри-мировом- сущем» – примерно так звучит позиция бытийствования человека в понимании М. Хайдеггера (1993 б), укоренившаяся, в последствии, например, у В.Франкла (1990) в его особом представлении о том, что есть самореализующийся человек, т.е. существующий как субъект, способный сделать выбор - осуществлять или не осуществлять жизненный смысл, который у него возник. Во всех этих случаях сознание существует лишь как определенное условие осуществления человеком своего бытия, реализация самого себя в потоке жизни. Однако, онтологичность подхода к проблеме человека – это признание особой методологической позиции, в рамках которой человек не просто включен в бытие, он является центром и организатором бытия, его субъектом.
Субъект по Хайдеггеру обладает самонаправленной активностью, способностью к самосозиданию - «Как subiectum, человек есть coagitatio своего ego».[14, с. 165], определяя и предметность мира, «…субъективность таким образом особо отмеченного subiectum, определяет бытие сущего» [14, с. 165]. При этом сущностным свойством субъекта является возможность произвольности, противопоставленности окружающему существованию. «Человек стал subiectum, - считает все тот же Хайдеггер, - поэтому, что он может в зависимости от того, как он понимает себя и каким волит себя, определять и исполнять сущность субъективности» [14, с. 166]. Таким образом, уже в рассуждениях Хайдеггера появляется представление об особой сущности субъекта, о возможности реализовывать себя, быть собой, но собой осознаваемым, наделенным сознанием. Именно в этой связи проблема субъективности не может быть решена вне решения проблемы сознания, причем не вообще сознания, а сознания индивидуального, принадлежащего субъекту и потому субъективного.
В такой теоретической конструкции есть один очень важный посыл в современную онтологию человека. Он выражается в постулате о том, что представления человека о бытие не тождественны самому бытию и специального исследования требует осознание «сознания бытия» или бытия сознания (если по Сартру), т.е. осознание того, как человек осознает свое бытие, в каких формах осуществляется такое осознание и каким представляется результат его. При этом уже Сартр (2000), рассматривая содержательные аспекты осуществления или укоренения человека в бытии, обозначает наличие момента когитальной отнесенности к себе, когда бытие сознания – это постоянная отсылка к самому себе. Такая двоякость, когда бытие может быть в сознании субъекта отделенным от него, но одновременно и отнесенным к нему, порождает утверждение Сартра о том, что бытие может не быть тем, чем оно является и быть не тем, что оно есть. В психологическом смысле субъект, осуществившийся в потоке данной жизненной ситуации, не есть тот, который существовал до своего осуществления. Эта позиция становится философским основанием для обозначения субъективности и определения особой её онтологии. Причем важно, что Сартр, трансформирует данную позицию в утверждение того, что такая двоякость индивидуального бытия порождает необходимость наличия другого бытия, т.е. наряду с «бытием в бытии», «бытием с миром», по его мнению, должно быть «бытие с..», имеется в виду бытие с другим человеком, т.е. со-бытийность. Как раз это положение Сартра порождает иную, чем у К.