Контрольная работа по корпоративному праву на тему Макрорегуляторы социального развития предприятий и социальная отчетность

Введение
В настоящее время при поддержке специалистов по продвижению и бизнес-коммуникациям во всем мире концепция корпоративной социальной ответственности получила широкое распространение как новая технология оправдания коммерческой и производственной деятельности компаний, конечной целью которых по-прежнему остается максимизация прибыли.
Актуальность работы обусловлена тем, что реализация социально ответственной политики бизнеса активно влияет на повышение уровня и качества жизни населения, изменение отношения потребителя к социально ответственным корпорациям, а также повышение конкурентоспособности российских предприятий на мировых рынках за счет использования единых этических норм и стандартов ведения бизнеса.
Цель работы – исследовать макрорегуляторы социального развития предприятий и социальную политику корпораций.
Задачи работы:
1. Охарактеризовать концепцию устойчивого развития.
2. Проанализировать особенности корпоративной власти и социальной политики в условиях глобализации.

 
1. Сущность концепции устойчивого развития
В настоящее время сила идеи устойчивого развития объясняется тем, что она отражает и одновременно побуждает скрытые изменения в нашем видении взаимосвязи между экономической деятельностью людей и природным миром – замкнутой экологической системы (экосистемой), которая имеет конечные материальные ресурсы и не может увеличиваться. Одно из условий устойчивого развития состоит в том, что потребности экономической деятельности во внешней экосистеме для восстановления сырьевых ресурсов «на входе» и поглощения отходов «на выходе» должны ограничиваться на уровнях, которые могут быть поддерживаемы экосистемой. Такое изменение в видении влечет за собой переход от экономического принципа количественного увеличения (роста) к качественному новому направлению будущего прогресса – принципу улучшения развития.
Термин «устойчивое развитие» приобрел новое звучание после того, как в 1987 г. комиссия ООН под руководством Гру Харлем Брунтланд (бывшая премьер-министр Норвегии) опубликовала отчет «Наше общее будущее», в котором данное понятие определялось как развитие общества, которое удовлетворяет потребности настоящего, не принося при этом в жертву способность будущих поколений удовлетворять свои потребности.
Понятие «sustainable development» (устойчивое развитие) означает развитие общества без роста, или качественное улучшение без количественного увеличения.
Устойчивое (стойкое) развитие – это обязательство общества действовать таким образом, что будет поддерживать жизнь, и позволит нашим потомкам жить комфортно в кругу, чистом и здоровом мире 3, с. 56.
По определению Всемирного комитета по вопросам окружающей среды и развития при ООН устойчивое развити – это развитие, которое соответствует потребностям современности без ущерба интересам потребностей будущего
Идеология покорения природы и неисчерпаемости ее ресурсов, получила свое достаточно законченное выражение еще в XVII веке в высказываниях Фрэнсиса Бэкона и находила все новые и новые подтверждения своей эффективности в европейской практике позднего Возрождения, и особенно эпохи Просвещения. Успехи науки, научно-технической революции создавали представление о все возрастающей мощи цивилизации, о том, что человеку становятся не только постепенно доступными «абсолютные знания», но и возможность реализовать самые смелые предположения о своем будущем. И эта парадигма «абсолютной мощи» до сих пор влияет на мировоззрение и поведение общепланетарного общества, несмотря на всю пагубность такого видения мира, нам не раз демонстрировала
Опасность глобального экологического кризиса стала очевидной еще в начале 70-х годов, но понадобилось еще два десятилетия, чтобы осознать, что речь идет не о вымыслах ученых, а о некотором естественном процессе, который угрожает не благополучию отдельных стран, а мировому сообществу в целом. Самое главное заключается в том, что именно политики должны принять определенные решения, от которых будет зависеть судьба цивилизации, следовательно, политики в еще большей степени, чем ученые, несут ответственность за будущее общепланетарного сообщества 3, с. 22.
Вряд ли сегодня общество способно принять какие-либо кардинальные решения. Более того, на современном этапе гражданское общество, а значит и политики, еще просто не доросли до них. Однако, уже в настоящее время уже приняты достаточно общие, но в целом эффективные декларации, которые фиксируют неблагополучие и обращают внимание мировой общественности на необходимость поиска коллективных действий и общепланетарной стратегии развития. И очень важно, чтобы такие призывы прозвучали из уст ведущих политиков, а не только ученых. И такой форум политиков, посвященный глобальным экологическим проблемам, уже состоялся 2, с. 24.
В 1992 году в Рио-де-Жанейро на уровне глав правительств был созван Международный экологический конгресс. Его созыв знаменателен сам по себе: это был важнейший шаг к общему пересмотру основ нашей цивилизации, до рождения будущей общепланетарной стратегии развития. И его ожидала вся научная общественность, все те, кто занимался экологическими проблемами.
Такой конгресс был не только необходим, но и уже существенно опоздал. Однако конгресс не оправдал ожиданий ученых; он не смог подняться на достаточно высокий научный уровень. И, что еще более важно, он не рискнул взглянуть правде в глаза: представления современных политиков еще оказались недостаточными. Отказаться от них не позволили чисто меркантильные и политические интересы представителей наиболее развитых стран, прежде всего США, главного потребителя ресурсов и загрязнителя планеты, страны, для которой изменение современных цивилизационных парадигм было бы особенно тяжелым 3, с. 23.
Вместо этого было задекларирован принцип «sustainable development», который утверждал недопустимости неограниченного и бесконтрольного использования ресурсов и загрязнения биосферы, что само по себе, конечно, стоит приветствовать. Но ограничиться только подобной декларацией в современных условиях крайне недостаточно и опасно. Подобное завершение конгресса было проигрышным еще по одной причине: принцип «sustainable development» был подан в такой форме, что мировая общественность восприняла задачу реализации этого принципа как некую абсолютную панацею – родилось представление о том, что человечество уже имеет в своем распоряжении рецепт преодоления экологического кризиса и ему известен выход на траекторию благополучного развития. И уровень эмоционального напряжения общества, связанный с ухудшением экологической обстановки, заметно снизился, что является крайне нежелательным.
Выражение «sustainable development» трудно коротко перевести на русский язык. Он означает развитие, допустимое или согласованное с состоянием природы и ее законов (дословно это прочное развитие, то есть развитие общества, которое может длиться сколь угодно долго). Во всяком случае, его авторы имели в виду именно это содержание. В России его перевели как «устойчивое» или «устойчивое развитие». Более того, появилась даже государственная концепция устойчивого развития. Такой перевод термина «sustainable development» является некоторым лингвистическим нонсенсом, так как устойчивого развития просто не может быть – если есть развитие, то стабильности уже нет 5, с. 67.
Несмотря на все сказанное, термин «устойчивое развитие» вошел не просто в быт, но и в государственные документы. По мнению многих ученых сейчас уже нецелесообразно отказываться от словосочетания «устойчивое развитие», но данный термин имеет потребность в комментариях. Несколько десятков лет назад у специалистов, занимающихся проблемами развития экосистем, появился термин «sustainability», что относится к развитию популяции, жизнедеятельность которой проходит в той или иной конкретной экосистеме (экологической ниши). Он означал, что развитие популяции должен происходить так, чтобы не разрушить целостность, содержащих экосистемы, жизнедеятельность которой, в свою очередь, не угнетает функционирования исследуемой популяции. Примером нарушения условий «sustainability» является появление в экосистеме вида-монополиста. Это явление неизбежно ведет к деградации экологической ниши, и, как следствие, к деградации самого вида.
Уже позже комиссией Г.Х.Брутланд, был предложен термин «sustainable development», вероятно, по аналогии с биологическим термином. Этот термин, а тем более его перевод как «устойчивое развитие» возник у политиков, в виде своеобразного компромисса между научным пониманием современной реальности и стремлением политических лидеров предложить перспективы более оптимистичные, чем они представляются ученым, но зато более удобные для крупного бизнеса. И необходимы тем, кто реально правит миром и для кого смертельно опасны любые планетарные нестабильности.
Собственно говоря, понимание этой проблемы должно быть следствием логики развития естественного явления, называется «становлением человечества», или антропогенезом. Реализацию принципа «sustainable