Курсовая работа по уголовному праву на тему Объективная сторона преступления

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы. В настоящее время уголовно-правовая наука достигла значительного прогресса в направлении исследования и анализа категории «преступления». Это было одним из основных вопросов, который затрагивался в литературе, учебных пособиях, научных дискуссиях, публикациях в юридической печати. Ученые рассматривают понятие «преступление» через характеристику его признаков, соотношения с другими видами правонарушений, а также через соотношение с понятием состава преступления и т.д.
При рассмотрении теоретического понятия “преступление” ученые используют традиционный подход, при этом учитывая генезис развития данного понятия и процесс его становления. Кроме того, в настоящее время происходит дальнейшее осмысление традиционных подходов, а также предлагаются принципиально новые для уголовно-правового регулирования категории.
В настоящее время актуальность темы обуславливается еще и тем, что на сегодняшний день целесообразно проведение комплексных научных исследований содержания категории преступления, его признаков, соотношения со смежными правовыми понятиями и правовым явлениями. Существует также необходимость исследования вопроса о развитии уголовного права в целом, а также разработка основных направлений совершенствования научных знаний с учетом непрерывного развития общественных отношений. Но вопрос о том, как следует понимать преступление в рамках уголовного права России, не теряет своей актуальности, поскольку понятие «преступление» является межотраслевым, что предполагает рассмотрение также подходов исторической, социологической науки, а также философии.
Объект работы – понятие преступления и признаки преступления.
Предмет работы – нормы уголовного законодательства, предусматривающие понятие преступления, основания уголовной ответственности, научная и учебная литература по вопросам, рассматриваемым в настоящем исследовании.
Цель работы – исследовать понятие преступления и его объективной стороны.
Для достижения указанной цели перед работой были поставлены следующие задачи:
1. Определить понятие и признаки преступления.
2. Понятие и значение объективной стороны.
3. Изучить обязательные признаки объективной стороны.
4. Факультативные признаки объективной стороны.
Подход к изучению материала в работе базируется на общенаучных методах исследования (например, юридический анализ) и специальных (таких как: системный подход, формально-юридический, относительно-правовой и др.).
Структурно настоящая работа состоит из введения, двух глав, объединяющих четыре параграфа, заключения и библиографического списка.



ГЛАВА 1. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ В УГОЛОВНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ РОССИИ

1.1. Понятие и признаки преступления

История развития идей о правовой сущности и понятии преступления насчитывает не одно столетие, но активные исследования категории понятия преступления в отечественной доктрине уголовного права начались только с середины позапрошлого столетия, когда российская теория права, в том числе уголовного права, стала активно использовать опыт научных европейских просветительских кругов. Заимствование данного опыта стало одним из факторов развития отечественной юриспруденции, не стала исключением теория уголовного права.
Основные теоретические подходы к определению понятия уголовного преступления в теории уголовного права XIX века можно, по утверждению Е.А.Шаманова, разделить на следующие: ряд ученых-гуманитариев, среди которых А. Фейербах и В. Д. Спасович под преступлением понимали прежде всего факт совершения правонарушения, посягающего на конкретные права конкретного потерпевшего, другие ученые (в частности, Н.Д. Сергеевский) в основу сущности преступления помещали нарушение не прав отдельной личности, а нарушение установленного государством правопорядка, нарушение государственного уголовно-правового запрета.
В. Д. Спасович писал о том, что преступление — это нарушение права одного человека другим, поэтому преступление следует охарактеризовать неисполнение обязанности не нарушать известные права других лиц.
Лексическая формулировка права или обязанности, вытекающих из нормы закона, не как «юридических», а как «социальных» или «правовых», была предпринята в дореволюционной теоретической литературе.
Данные термины связаны с тем, что они отражают содержательную сторону понятия преступления, призваны отразить социальный аспект общественно опасного деяния.
Вместе с тем, в литературе также отмечалось, что указанные конструктивные решения к определению преступления являются содержательным подходом к понятию общественно опасного деяния, так как они основаны на его юридических характеристиках. Под «псевдосодержательным» определением преступления следует понимать не только формальную, но и комплексную (в том числе и содержательную), и непосредственно процессуальную дефиницию.
Здесь Н.Д., Сергеевский приводит пример такого вида определений, указывая, что понятие преступления включает в себя два основных элемента: противоправность деяния и его наказуемость.
В первом случае речь идет о содержании преступления, во втором — о тех последствиях, которые уголовный закон предусматривает в случае, если такое противоправное деяние будет совершено. Практически все преступления, - заключил Н.Д. Сергеевский, - имеют своим содержанием нарушение воли законодателя, который предусмотрел тот или иной уголовно-правовой запрет.
Исходя из этого следует предположить, что отказ от применения слова «преступный» в отношении содержательной характеристики преступления связан с тем, что с точки зрения терминологии обобщить совокупность общественно опасных деяний оказалось невозможным без использования понятийного аппарата теории права, поскольку существует множество как видов преступлений, так и предусмотренных законом форм уголовного наказания.
В соответствии с формальным подходом к понятию общественно опасного деяния, преступление – это нарушение уголовно-правового закона, которое может быть совершено только по отношению к содержанию уголовно-правового запрета.
С точки зрения представителей уголовного права, в русском уголовно-правовом сознании достаточно распространенными были позиции сторонников комплексного (формально-содержательного) подхода к определению преступления.
Разъясняя необходимость юридических признаков для признания поведения человека общественно значимым и нравственным (в том числе с учетом критериев социально-политической важности), такие авторы привносят в понятие преступления содержательные характеристики поведения, основываясь на критериях и оценках социальной значимости или нравственности того или иного поступка.
Распространение социолого-антропологической школы, которая развивалась и укреплялась в европейской уголовно-правовой и криминологической науке на протяжении второй половины XIX – начала XX века, происходило под эгидой и с участием представителей российской правовой мысли.
Социологическая школа предполагает исследование преступности на основе ряда принципиальных положений о взаимосвязи преступности и определенных условий общественной жизни, а также криминологических показателей, детерминирующих преступность. Первым ученым, разработавшим принципы такой взаимосвязи оказался А. Кетле . Он утверждал о том, что преступность не может быть исключена из числа явлений общественной жизни и она всегда будет существовать. Существование этой системы связано с теми же самыми стабильными силами, которые и вызывают ее к жизни. И признание преступления как социального явления неизбежно приводит нас к признанию ее взаимосвязи с другими явлениями общественной жизни, которые или способствуют или препятствуют совершению преступлений.
Определенное время социологическая школа существовала параллельно с антропологической, а затем заметно потеснила ее. Она была более влиятельной. Наиболее яркая фигура, представляющая социологическую школу в криминологии, — французский социолог Габриэль Гард (1843—1904). В числе его многочисленных трудов следует особо выделить книгу «Философия криминологии». В ней ученый скрупулезно, буквально пункт за пунктом критикует все основные положения Ломброзо и его последователей. Тард полностью отвергает понятие «прирожденный преступник». В его работах встречается термин «привычный преступник», однако при этом поясняется, что речь идет о «профессиональном типе», примерно таком же, как в любой другой области, а не только в преступной.
Изучение преступности на основе методов и подходов социологического направления предполагает рассмотрение преступления только в контексте социальной среды и ее социальных связей.
Однако устоявшиеся традиции и обычаи классического научного подхода побуждали находить компромиссы в определении уголовного правонарушения, чтобы уравнять в его содержании юридические и социальные аспекты, объективные и субъективные признаки. По мнению П.П. Пустослева, преступление не должно быть квалифицировано без установления факта нарушения правовых обязанностей.
По мнению В.В. Есипова, преступление – это такое состояние противоправного поведения личности, которое выражается в нарушении права и обязанности.
Вместе с тем несмотря на то, что в дореволюционной доктрине уголовного права господствующим являлся подход к определению сущности преступления посредством характеристики ее как формы человеческой деятельности, а также деяния, в ней все же преобладает взгляд на преступление как на социальный феномен. Согласно такому подходу природу преступности следует рассматривать, прежде всего, как общественно-опасное явление. При совершении преступлений нарушаются не только конституционные права и законные интересы граждан, но также разрушаются общественные связи и подвергаются угрозе государственные институты . Как известно, в процессе исторической эволюции государств основным способом борьбы с преступностью является уголовно-правовой способ наказания за преступления, а также меры государственной уголовно-правовой политики, направленной на противодействие и предупреждение преступности.
Это объясняется тем, что поведение человека может быть описано посредством характеристики видов и тогда поведение может быть преступным содеянием (commisio) или преступным упущением (omissio). Как уже говорилось выше, это характеристика является лишь частью содержательной стороны преступления, отражающая деяние, но не входит в состав дефиниции преступления. Но если говорить о позитивном варианте, то С.В. Познышев употреблял термин «посягательство» в его общем значении – для характеристики форм человеческого поведения, которое может быть как активным, так и пассивным, т.к. посягательство может быть как действием, так и бездействием.
Исследование причин дифференциации и структуры охраняемых общественных ценностей открывает новый взгляд на проблему отражения общественного аспекта преступления в понятии, который был предложен в работе. Противопоставление частного и общественного блага, которое было принято в римском праве – это традиционный подход, применяемый и в современной юриспруденции.
Эту точку мнения разделял Н.Д. Сергеевский, который считал систему охраняемых уголовным законом объектов состоящей из двух притягивающимися полюсами, среди которых первое это общество, второе это личность. Социокультурной основой правоведения выступила такая модель, при которой благо отдельной личности было поставлено в зависимость от общественного интереса и тем самым получило статус социально-идеологического основания права.
В отечественной уголовно-правовой доктрине данный подход обозначил А.Ф. Кистяковский, который отметил, что безопасность общества состоит из частной безопасности, в связи с чем, если безопасность частных интересов находится под угрозой неизбежным следствием является нарушение общественной безопасности, которая страдает от произвола и преступности.
По мнению большинства авторов, это положение стало доминирующим, что привело к отказу многих исследователей от приведения в составе определения преступления других объектов общественно опасного посягательства помимо общественного (социального) блага.
Функция государственного аппарата – это правильное обеспечение частного и публичного интереса, соотношение социальных и государственных интересов. Л.Е. Владимиров отмечал, что, если мы говорим о преступлении как об общественном явлении, нельзя при этом забывать о государстве, которое устанавливает уголовно-правовые запреты; человечество еще не достигло той степени развития, когда оно могло бы обойтись без государства.
Вместе с тем, такое понимание признаков «социально-опасного деяния» и «антиобщественного деяния» с точки зрения логики представляет собой дублирование содержательной характеристики преступления.
И уже после социалистической революции, в условиях тотальной пропаганды марксизма, усиливается идеологическое давление на теорию права, что неизбежно отражается на особенностях уголовного законодательства. При этом происходит объявление основных институтов уголовной доктрины, сформировавшихся в дореволюционной теории права, буржуазными элементами, чуждыми новой модели социалистических правоотношений в обществе.
Из-за пренебрежения юридическими аспектами преступления, возникает необходимость в новых концепциях социологической характеристики преступления, которые бы опирались на представления об уголовном законодательстве социалистического государства, существенно отличном от отвергаемого буржуазного правопорядка.
Тем самым теория преступления как социально обусловленного правонарушения базируется на выдвинутом в начале ХХ века тезисе о социальной обусловленности и детерминированности норм права.
В свою очередь эта тенденция обусловила стремление к тому, чтобы уголовное правонарушение было деюридизировано как таковое. Как и в случае с формальным буржуазным кодексом, который определяет преступление как общественно опасное деяние, которое запрещено уголовным законом под страхом применения наказания, - по мнению М.А. Чельцова-Бебутова, - советское законодательство характеризует преступление как общественно вредное деяние, наносящее вред правопорядку и государству.
Это время характеризуется интенсивным разделением сторон в отношении позиции защитников материального отношения к преступлению, а также приверженцев идею о классовом существе преступности. С точки зрения С. Познышева преступление есть внешнее действие, которое наносит вред иным участникам правоотношений, посягает на чье-либо благо, разрушает его или создает угрозу такого разрушения, в связи с чем такое деяние противозаконное. Отметим, что авторы работ по рабочему движению К. Маркс (1821-1883) и Ф. Энгельс (1820-1895) в своих трудах много внимания уделяли вопросу о борьбе с преступностью, которая была одним из основных вопросов их научной деятельности. Это позволило им развить теорию влияния на преступность, которая была предложена в рамках социологического подхода радикальной концепции вмешательства в деятельность преступности с целью ее изменения.
Как правило, современные исследователи трактуют понятие «преступное деяние» по-разному.
Согласно З.Б.Соктоеву, преступление можно определить как совокупность внутренних и внешних факторов, деяния-действия и вины (выражающейся в умысле или неосторожности). Только при этом условии преступление является актом поведения, который подлежит отрицательной законодательной оценке и влекущей уголовное наказание.
Отметим следующее важное обстоятельство: мысль, не имеющая конкретного действия или бездействия, тоже не является преступлением. В преступлении всегда есть элемент внешней характеристики поведения лица, а не состояние души, греховных мыслей, симпатий и антипатий .
А.Н. Соловьев высказал теорию о том, что преступление представляет собой посягающее на установленный правопорядок, нарушающее уголовно-правовой запрет социально опасное деяние, совершаемой в активной форме или в форме бездействия, запрещенное соответствующим составом преступления, влекущее за собой меры уголовной ответственности.
Стоит отметить, что термин «преступное деяние» в большинстве случаев отличается от законодательного определения термина, иными словами законодательную формулировку можно понимать как теоретическую, так и юридическую.
На страницах ранних законов — Русской Правды XV—XVII веков и Судебника 1550 года, преступление предстает в качестве термина, обозначающего основание для назначения меры наказания за совершенное нарушение установленных правил поведения. Лишь позднее преступление законодатель стал обозначать конкретно в качестве определенного юридически значимого акта человеческого поведения.
Изложенное позволяет сделать вывод о том, что преступление можно охарактеризовать как нарушающее на уголовно-правовой порядок социально опасное деяние субъекта, установленное в уголовном законе в качестве конкретного состава преступления, выступающего основанием для реализации мер уголовно-правовой ответственности.
В статье 14 УК РФ содержится ряд признаков, которые характеризуют определенное деяние как преступление.
Здесь можно выделить следующие признаки, которые могут быть выделены среди других:
1) общественная (социальная) опасность поступка;
2) противоправный характер деяния, нарушающий установленный уголовно-правовой запрет;
3) применение мер наказания в составе уголовной ответственности.
В уголовно-правовой доктрине, несмотря на имеющуюся правовую норму, установившую перечень признаков преступления, вопрос классификации признаков преступного деяния остается открытым и спорным. С.А.Балашев предложил несколько точек зрения по данной проблеме, объединяя самые важные их в своей работе.
В дореволюционной теории уголовного права чаще всего упоминалось о наличии материальных или процессуальных элементов состава преступления, которые характерны для того или иного вида (категории) преступления.
Наличие материального признака указывает на внешнюю сторону проявления данного деяния, то есть наличие материального признака указывает на общественную вредность или опасность деяния.
В дореволюционной науке уголовного права также как и сейчас утверждалось, что сам факт наличия такого признака не будет являться достаточным основанием для отнесения того или иного действия (бездействия) к категории преступного. С точки зрения закона любой поступок можно охарактеризовать как общественно опасный, однако если такой поступок не предусмотрен уголовным законом, то он не может быть признан преступлением. В этом случае необходимо выделить второй важный признак преступления – формальный признак противоправности.
Именно такое поведение будет считаться преступным если оно одновременно является и опасным, и противозаконным. На основе этих двух признаков исследователи уголовного права пытались глубже проникнуть в сущность понятия преступления и определять ряд дополнительных признаков, характеризующих данный юридический термин.
С помощью подобных исследований была создана идея указать на необходимость наказания при характеристике преступления. Первый российский исследователь, который пришел к необходимости дополнительной характеристики понятия преступления через наказуемость запрещенного уголовным законом деяния, был юрист В.Д. Спасович.
Н.В. Вишнякова в своей работе ссылается на следующее утверждение В.Д. Спасовича: наказуемость преступления является логически необходимым последствием совершения общественно опасного и противоправного деяния. В любом случае наказание – это логическое продолжение любого противоправного деяния. Отсутствие наказания за нарушение запрета – это исключительно популистское решение, которое не достигает целей правового регулирования, которые преследует государство, устанавливая соответствующий правовой запрет. Этот момент также хорошо известен, и он связан с тем фактом, что некоторые люди, склонные к противоправному поведению не совершают преступление, потому что они опасаются за свое будущее наказание.
К наказанию относится большая общая и специальная превентивная нагрузка. Поэтому можно объективно полагать, что если с точки зрения закона определенное деяние считается незаконным, способным нанести вред общественным отношениям, то совершение такого деяния должно обязательно влечь за собой применение соответствующих мер юридической ответственности. Таким образом любая преступная деятельность не только незаконна, но и является уголовно наказуемой.
Не все ученые согласны с представленной точкой зрения. Противоположной точки зрения придерживался Н.С. Таганцев. Он считал недопустимым включение в состав преступления признака наказания. Его точка была такова, что если бы преступник совершил преступление, то его можно было бы привлечь к уголовной ответственности, но только в том случае, если бы он уже был осужден. Следовательно, согласно утверждению Н.С. Таганцева, если наказание реально осуществляется не во всех случаях, и оно имеет негативный характер, то это не является показателем совершения правонарушения.
Кроме того, исследователи обратили внимание еще и на один из основных признаков преступления, характеризующим его внутреннюю содержательную сущность. По этому признаку можно определить виновность человека, который совершил преступление. Наличие признака виновности в качестве обязательного признака, характерного для преступления, в российской уголовно-правовой доктрине не является общепризнанным и вызывает дискуссии среди ученых.
Т.В. Булич отмечает, что в современной уголовно-правовой науке выделяют следующие основные подходы к виновности лица, совершившего преступление: объективный, а также субъективный подходы. В соответствии с последним подходом виновность лица, совершившего преступление, является определяющим критерием для привлечения к ответственности .
Различные ученые своих работах развивают эту мысль. Так, Е.А. Епифанова указывает на то, что сущностным признаком преступления также будет являться и процессуальный аспект, в связи с тем, что нужно учитывать возможность привлечения лица к уголовной ответственности и назначения уголовного наказания с точки зрения правил уголовного судопроизводства.
Подобная позиция является абсолютно неверной по той причине, что она вводит в заблуждение относительно сущности преступного деяния. Данный научный подход предполагает смешение уголовных и уголовно-процессуальных понятий и институтов, а также не позволяет четко и ясно сформулировать выделяемый признак преступления, отграничить преступное поведение от других проступков, предполагающих нарушение какого-либо запрета или обязательства.
Материальная сторона дела определяет степень общественной опасности преступного деяния. Так, причинение имущественного вреда, а также вреда жизни, здоровью и чести человека является социально-опасным деянием. Как правило, степень общественной опасности преступного деяния не зависит законодательных норм, а обуславливается объективными факторами.
Законодательно можно только разработать критерии оценки степени общественной опасности различных видов преступлений, но по сущности такие критерии являются чисто материальными, поскольку законодатель объективно не может снизить уровень опасности или вред от преступления.
В.В. Мальцев указывает на то обстоятельство, что степень социальной вредности действий, деяния может разграничить преступления от других правонарушений. Как правило, хулиганство со стрельбой или использованием оружия более опасно чем просто хулиганство, выражающееся в поведении, демонстрирующем неуважительное отношение к общественным нормам поведения.
Это означает, что в результате первого случая хулиганства будет совершено административное правонарушение, а второй случай хулиганства будет являться уголовным преступлением. Т.е. мы говорим о той степени общественной вредности, которая признается опасной и должна регулироваться нормами уголовного законодательства. При этом с точки зрения С.А. Бочкарева, здесь речь идет также о качестве, а не только степени общественной опасности совершенного правонарушения. Однако следует отметить, что авторская позиция С.А. Бочкарева по данному вопросу еще не была широко признана другими учеными в сфере уголовного права. Представляется, что необоснованное введение дополнительных характеризующих преступление признаков приведет только к усложнению теоретической конструкции понятия преступления, а также затруднит процесс разграничения преступления и других видов правонарушений, в свою очередь негативно скажется на практике правоприменения, в частности в сфере уголовного судопроизводства.
Исследователи, которые придерживаются материального подхода, полагают, что основным признаком преступного деяния выступает его социальная опасность. В качестве основного признака преступления, согласно формальному подходу, выступает противоправность.
Сочетание материального, а также формального подходов в комплексе признаков преступления является сущностной характеристикой понятия преступления.

1.2. Понятие и значение объективной стороны преступления

В Уголовном кодексе РФ 1996 г. есть стройная система категоризации преступлений, которая предусматривает подразделение всей совокупности преступлений на следующие категории в зависимости от степени тяжести преступного деяния: небольшой, средней тяжести, тяжкие преступления, а также особо тяжкие.
Данная форма юридической характеристики наиболее полно характеризует содержательные признаки (общую опасность) преступления.
Отдельные ученые придерживаются подхода, в соответствии с которым предполагается по основанию «строгого» правового последствия преступления устанавливать «качество» преступления и его общественной опасности в соответствии с категорией наказания следующим образом: тяжкое или особо тяжкое преступление влечет назначение тяжкого наказания, преступление средней или небольшой тяжести - менее строгое наказание .
Эта позиция была предложена и А.М. Конаровским, который отметил, что такое подразделение преступлений и наказаний на категории позволит устранить правоприменительные противоречия и сосредоточить внимание правоприменителя сущности выделения категории преступлений, в основе которой должна лежать не законодательная оценка общественной опасности преступления, а строгость предусмотренных законом мер ответственности за содеянное.
Безусловно, это обстоятельство может быть расценено как серьезный вклад в развитие института уголовной ответственности за преступления, совершенные по неосторожности или вследствие стечения тяжелых обстоятельств.
Не только степень наказания определяет «качество» преступного деяния, но и на основании подразделения преступлений на категории формируется содержательная характеристика структуры большинства правовых институтов (например, регулирующих вопросы юридической ответственности и применения наказания) в теории уголовного права и уголовном законодательстве.