Курсовая работа по гражданскому праву на тему Особенности конклюдентных действий при дистанционном заключении договоров.

ВВЕДЕНИЕ
Актуальность. Развитие цифровых технологий охватывает все аспекты человеческой деятельности, включая взаимодействие участников гражданского оборота в процессе заключения и выполнения сделок. Цифровые инновации обеспечивают возможность ведения переговоров, установления контрактных отношений, обмена документами, осуществления и приема исполнения, а также удаленной передачи волеизъявления другой стороне. Применение цифровых технологий изменяет характер взаимодействия сторон по договору, делая его существенно отличным от периода до внедрения цифровых решений.
Законодательство стремится адаптироваться к развитию информационных технологий. В частности, в 2019 году Гражданский кодекс Российской Федерации был дополнен нормами, которые предусматривают возможность заключения договоров в электронной форме (через обмен электронными сообщениями или заключение одного электронного документа).
Однако законодательство не выделяет дистанционные сделки в отдельную категорию. Это вызывает вопрос о целесообразности такого выделения с практической и доктринной точек зрения. Следует лишь ли введение электронной формы достаточно? Критерием правильного ответа на этот вопрос должно быть обеспечение баланса интересов сторон в дистанционных сделках. Существует ли этот баланс в рамках текущей правовой системы, когда нет специального правового режима, учитывающего дистанционную природу взаимодействия сторон и их невозможность прямого восприятия волеизъявления другой стороны, ознакомления с предметом сделки в момент ее совершения и т.д.
Электронные сделки заключаются в рамках информационных систем, а способы выражения воли определяются правилами этих систем. Например, финансовые сделки проводятся через соответствующие финансовые платформы, которые устанавливают свои правила выражения волеизъявления. Мы полагаем, что поскольку волеизъявление в электронных сделках не происходит устно или письменно (включая обмен электронными документами), то оно проявляется в действиях лица, конклюдентно выражающих его волю.
Цель исследования – рассмотреть особенности конклюдентных действий при дистанционном заключении договоров.
Задачи исследования:
1. Рассмотреть понятие и формы конклюдентных действий
2. Изучить правовое регулирование конклюдентных действий
3. Исследовать правовой статус и акты законодательства, регулирующие дистанционное заключение договоров
4. Определить технические средства для дистанционного заключения договоров
5. Проанализировать особенности волеизъявления сторон при дистанционном заключении договоров
6. Выявить возможные спорные ситуации и правовые последствия
Объект исследования – общественные отношения, складывающиеся в области конклюдентных действий при дистанционном заключении договоров.
Предмет исследования – правовые нормы в сфере дистанционного заключения договоров.
Структура работы включает введение, три главы, заключение и библиографический список.
 
ГЛАВА I. ПРАВОВАЯ ПРИРОДА КОНКЛЮДЕНТНЫХ ДЕЙСТВИЙ

1.1 Понятие и формы конклюдентных действий
Необходимо отметить, что в Гражданском Кодексе РФ не прямо упоминается термин «конклюдентные действия». Тем не менее, юридическая литература дает свое определение этому понятию. В соответствии с правовой практикой, конклюдентные действия - это те, которые свидетельствуют о желании лица заключить сделку. Гражданский Кодекс РФ подтверждает наличие таких действий на этапе заключения договора . Следовательно, закон предполагает, что лицо может выразить свою волю на заключение сделки через свои действия. Законодательство позволяет придавать конклюдентным действиям юридические последствия не только при заключении сделки, но и на других этапах.
Согласно действующему законодательству, изменение условий договора происходит в той же форме, что и заключение самого договора (согласно пункту 1 статьи 452 ГК РФ). Это означает, что изменить письменный договор можно только путем заключения письменного соглашения. Однако Президиум Высшего арбитражного суда указал, что при определенных обстоятельствах изменения в письменном договоре могут быть внесены также конклюдентными действиями (в соответствии с пунктом 5 Информационного письма от 05.05.97 № 14) . Конкретные условия, при которых это возможно, не указаны, и решения о применимости конклюдентных действий для изменения договора принимаются судами на основе анализа каждого случая.
Информационное письмо от 05.05.97 № 14, признающее возможность изменения письменного договора конклюдентными действиями, рассматривает ситуацию, когда такие действия являются ответом на предложение, полученное ранее. Это порождает вопрос: будут ли изменены условия договора, если сторона сама по себе (без предложения от контрагента) изменяет эти условия, а ее контрагент соглашается с исполнением на новых условиях?
Вероятно, в таком случае исполнение стороной своих обязательств на новых условиях будет рассматриваться как одностороннее изменение договора. Однако это возможно лишь по решению суда (согласно пункту 2 статьи 450 ГК РФ), если только договор не предусматривает возможность одностороннего изменения условий (согласно статье 310 ГК РФ). В таком случае контрагент имеет право на возмещение убытков, вызванных ненадлежащим исполнением обязательств (согласно статье 393 ГК РФ).
Касательно ситуаций, когда контрагент принимает такое ненадлежащее исполнение, следует применять аналогичные положения пункта 2 статьи 556 ГК РФ. Согласно этому положению, принятие покупателем недвижимости, не соответствующей условиям договора купли-продажи, не освобождает продавца от ответственности за ненадлежащее исполнение. Таким образом, контрагент, принявший ненадлежащее исполнение, не утрачивает права на требование возмещения убытков .

1.2. Правовое регулирование конклюдентных действий
В связи с принятием Федерального закона от 7 мая 2013 года №100-ФЗ1 в Гражданский кодекс Российской Федерации были внесены значительные изменения, в том числе были существенно пересмотрены положения о сделках. В результате введены статья 157.1 «Согласие на совершение сделки», которая устанавливает общие, унифицированные правила для ситуаций, когда необходимо получение согласия третьего лица, органа юридического лица, государственного органа или органа местного самоуправления, а также статья 173.1, которая определяет основания недействительности сделки, совершенной без согласия, предусмотренного статьей 157.1 ГК РФ.
Следует отметить, что ранее, до введения статьи 157.1 ГК РФ, такие ситуации были довольно распространены, но не имели единых правил. Выражение согласия могло осуществляться различными способами: письменно (например, согласно статьям 26 и 41 ГК РФ), устно (согласно статье 982 ГК РФ), через конклюдентные действия (согласно пункту 1 статьи 1134 ГК РФ) и даже молчанием (например, бездействием, таким как несообщение о несогласии, согласно пункту 2 статьи 898 ГК РФ) .
Статья 157.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает возможность получения как предварительного, так и последующего согласия на совершение сделки, также известного как одобрение. Однако, несмотря на установленные виды согласия, законодатель не определил его форму. Этот аспект вызывает особый интерес, поскольку пункт 4 статьи 157.1 ГК РФ указывает, что молчание может рассматриваться как согласие на совершение сделки лишь в том случае, если это предусмотрено законом.
Сравнивая молчание при получении согласия на совершение сделки и молчание при совершении сделки (согласно пункту 3 статьи 158 ГК РФ), можно обнаружить значительные различия в правовом регулировании. Во втором случае молчание признается проявлением воли совершить сделку в соответствии с законом или соглашением сторон. Молчание при получении согласия на совершение сделки оценивается неоднозначно. Так, согласно Ю.В. Виниченко, гражданско-правовая презумпция согласия определяется как «предположение, установленное непосредственно законом или выведенное из анализа правовых норм, согласно которому лицо, уполномоченное давать требуемое законом согласие на сделку, считается давшим свое согласие до тех пор, пока не будет доказано обратное в ходе оспаривания такой сделки» .
Исходя из этих положений, а также из содержания статьи 157.1 ГК РФ, можно предположить, что согласие должно быть выражено в той же форме, что и сделка, для которой оно требуется. Поэтому нормы о согласии на совершение сделки нуждаются в улучшении, включая определение формы согласия.
При анализе действующего законодательства попытаемся выявить случаи, когда молчание может быть признано согласием на совершение сделки согласно пункту 5 статьи 157.1 ГК РФ. Однако, по мнению М.Н. Илюшиной, специальным законодательством такие случаи не предусмотрены .
Однако, с нашей точки зрения, позиция С. Л. Игнатова кажется более обоснованной. Он отмечает, что примером такого согласия может служить положение пункта 2 статьи 35 СК РФ, где указывается, что при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Там же предусмотрено, что сделка может быть признана недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга лишь по его требованию и только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или должна была знать о несогласии.
Однако, если законодатель в исключительных случаях приравнивает молчание к согласию на совершение сделки, остается вопрос о возможности выражения согласия с помощью конклюдентных действий.
Тем не менее, наша точка зрения заключается в том, что использование конклюдентных действий в качестве выражения согласия на совершение сделки представляется проблематичным. Это связано с тем, что статья 157.1 ГК РФ содержит такие формулировки, как «сообщает лицу», «должна быть указана сделка», что позволяет сделать вывод о том, что согласие на совершение сделки должно быть выражено в письменной форме, в противном случае будет невозможно соблюсти установленные законом правила.

 
ГЛАВА II. ОСОБЕННОСТИ ДИСТАНЦИОННОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ ДОГОВОРОВ

2.1. Правовой статус и акты законодательства, регулирующие дистанционное заключение договоров
В современном обществе широко распространен способ совершения различных сделок на расстоянии. Дистанционные методы торговли, банковского обслуживания, включая использование банковских карт, кредитование и даже сделки с недвижимостью, стали неотъемлемой частью нашей повседневной жизни. Под дистанционным способом заключения сделок понимается любое соглашение, где стороны используют средства удаленной коммуникации, такие как электронная почта, SMS, интернет и другие, вместо личного присутствия на этапе переговоров и заключения сделки .
Однако в области правового регулирования дистанционных сделок отсутствует системный подход, который учитывал бы специфику отношений в различных сферах. Например, дистанционный способ розничной продажи товаров имеет достаточно подробные нормы в законодательстве, в то время как другие области применения этого метода не имеют специального правового регулирования, за редкими исключениями.
С учетом быстрого развития цифровых технологий становится важным проанализировать существующие правовые нормы общего характера, касающиеся дистанционного заключения сделок, чтобы определить их адекватность. Процесс цифровизации требует переосмысления традиционных подходов к заключению договоров, включая дистанционные сделки. Однако анализ использования искусственного интеллекта в гражданско-правовых отношениях остается за рамками данного исследования.
Необходимо также отметить растущее влияние искусственного интеллекта на все сферы жизни, включая перенос коммуникаций в виртуальное пространство. Учитывая это, тема влияния искусственного интеллекта на процесс дистанционного заключения сделок требует отдельного изучения.
Согласно пункту 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка в письменной форме должна быть оформлена путем составления документа, который выражает ее содержание и подписан лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами. Также соблюдение письменной формы сделки считается выполненным, если лицо, совершающее сделку, использует электронные или другие технические средства, которые позволяют воспроизвести содержание сделки в неизменном виде на материальном носителе, при условии, что требование о наличии подписи выполнено любым способом, который достоверно определяет лицо, выразившее волю. Законодательством, другими правовыми актами или соглашением сторон может быть установлен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.
Любой договор, заключаемый между отсутствующими лицами, может быть рассмотрен как дистанционная сделка в широком понимании этого термина. Кодексом подробно регулируется процесс заключения договора между отсутствующими, включая направление предложения (оферты), его рассмотрение акцептантом, направление акцепта и его получение оферентом. Согласно пункту 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным в момент получения лицом, отправившим оферту, ее акцепта .
Законом установлены последствия направления оферты, содержащей срок для акцепта (согласно статье 440 ГК РФ), оферты без указания срока для акцепта (согласно статье 441 ГК РФ), а также последствия опоздания с акцептом (в соответствии со статьей 443 ГК РФ) и так далее.
К дистанционному способу заключения договора также относится совершение акцептантом конклюдентных действий для заключения договора. Согласно пункту 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершение лицом, получившим оферту, в установленный срок для акцепта действий по выполнению условий договора, указанных в ней (например, отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, оплата соответствующей суммы и т. д.), считается акцептом, если это не противоречит закону, другим правовым актам или условиям оферты.
Развитие процессов цифровизации и возможность отправки оферт и акцептов с использованием информационных технологий ставят перед нами необходимость пересмотра процедуры заключения договоров между отсутствующими сторонами. Особое внимание следует уделить договорам, которые заключаются дистанционно путем обмена документами в электронном виде, а не на традиционной бумажной основе.
Более того, дистанционный способ заключения договоров охватывает не только случаи, когда стороны обмениваются письменными сообщениями вроде оферты и акцепта, но и ситуации, когда они подписывают один документ в электронной форме. В 2019 году в Гражданский кодекс были внесены значительные изменения, включая пункт 2 статьи 434. Согласно этому пункту, договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (включая электронный), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами и т.д., соблюдая правила, установленные в пункте 1 статьи 160 Кодекса.
Некоторые типы договоров, заключаемых путем подписания одного документа, требуют нотариального удостоверения. Например, такие сделки, как договор аренды (согласно статье 584 ГК РФ), или сделки по отчуждению долей в уставном капитале ООО (в соответствии с пунктом 11 статьи 21 Закона об ООО), должны быть нотариально заверены.
В рамках процесса цифровизации в 2019 году нотариату были переданы полномочия по проведению нотариальных действий в удаленном режиме. Одним из нововведений стало включение правил, позволяющих удостоверять сделки с участием двух и более нотариусов без их физического присутствия. Это означает, что стороны сделки могут находиться в разных регионах и заключать договор, не покидая свое местоположение. При этом нотариусы разных регионов удостоверяют сделку, подписывая текст как на бумаге, так и в электронном виде. Такие договоры также могут быть отнесены к дистанционным сделкам.
Важной составляющей дистанционных сделок являются смарт-контракты, которые могут применяться в различных областях и на различных этапах договорных отношений. Они позволяют потребителям выбирать поставщиков и вступать с ними в контрактные отношения. При использовании блокчейна смарт-контракты могут автоматически заключать соглашения и обеспечивать их исполнение.
Несмотря на отсутствие законодательного определения смарт-контрактов, в литературе существуют различные точки зрения на их правовую природу. Юридическое сообщество стремится найти ответы на вопросы о применимости к смарт-контрактам традиционных договорных конструкций.
Тем не менее, несмотря на споры вокруг определения смарт-контрактов, они реально используются в повседневной жизни, например, при вызове такси или аренде автомобилей.
По мнению некоторых авторов, смарт-контракт представляет собой компьютерную программу (или код), которая может быть заключена только с использованием технологии блокчейн и автоматически заключать, исполнять и завершать различные договоры при наступлении определенных юридических фактов.
В проекте федерального закона «О цифровых финансовых активах» было предложено определение смарт-контрактов как «договоров в электронной форме, исполнение прав и обязательств по которым осуществляется путем автоматических цифровых транзакций в распределенном реестре цифровых транзакций в строго определенной последовательности и при наступлении определенных обстоятельств» .
Это определение было исключено из текста закона после отрицательного мнения Комитета по экономической политике, промышленности, инновациям и предпринимательству. Комитет указал, что смарт-контракт является технологией и не может быть признан видом гражданско-правового договора. В заключении Комитета также отмечается, что в статье 309 Гражданского кодекса РФ вводится правило, согласно которому факт исполнения сделки компьютерной программой не оспаривается, за исключением случаев вмешательства в ее действие.
Исследователи справедливо отмечают, что одной из основных проблем при использовании смарт-контрактов является их основа на процедурных языках программирования. Код на таких языках, как правило, должен явно указывать, как решить проблему, предоставляя четкие инструкции для управления поведением контракта.
Вопросы, связанные с смарт-контрактами, требуют отдельного исследования из-за объема материала и неоднозначности ряда исходных позиций, как в понимании сущности смарт-контракта, так и в оценке надежности результатов его использования, учитывая возможность подверженности атакам.
В данной работе смарт-контракты будут рассмотрены лишь в той мере, в которой это необходимо для анализа дистанционных сделок в целом как правовой категории. Говоря о правовом регулировании совершения таких сделок, стоит отметить, что обеспечение конфиденциальности информации, включая персональные данные, является важным аспектом дистанционных сделок.
Особую актуальность эта проблема приобретает при совершении сделок с участием иностранного элемента, когда происходит передача личных данных за пределы страны. Например, администрация киберпространства Китая в 2023 году приняла меры по стандартным контрактам на экспорт личной информации.
Такие вопросы, как экспорт персональных данных в рамках дистанционных сделок с участием иностранного элемента, требуют отдельного изучения для разработки законодательных механизмов контроля за передачей таких данных за пределы страны.
Кроме того, важно учитывать и другие аспекты правового регулирования использования цифровых технологий в дистанционном взаимодействии сторон сделки. Например, различия в правосознании юристов и технических специалистов могут оказывать влияние на разработку и применение цифровых средств в различных сферах жизни.
Обсуждение этих вопросов выходит за рамки данной работы, но необходимо отметить, что это может быть одной из причин затруднений во внедрении новых технологий в сферу права.
Таким образом, дистанционный способ заключения договора, когда стороны не находятся в одном месте при заключении сделки, не является новым для законодательства. Правовое регулирование таких сделок всегда было довольно детальным. Однако развитие цифровых технологий приводит к появлению новых способов дистанционного заключения договоров и придает ранее установленным процедурам новое содержание.

2.2. Технические средства для дистанционного заключения договоров
В последние время стороны все чаще заключают сделки удаленно, избегая личных встреч. Причины такого подхода могут быть различными: контрагенты находятся в разных городах, и организация личной встречи требует значительных затрат времени и денег, или же ограничения, вызванные пандемией, делают личные встречи невозможными. В результате стороны предпочитают заключать сделки удаленно.
Особенно заметен рост популярности заключения сделок с использованием электронной цифровой подписи в условиях форс-мажорных обстоятельств, к которым, в том числе, относится распространение пандемии. Всплеск интереса к этому виду заключения сделок вызвала пандемия коронавируса в России в начале 2020 года, когда в ряде регионов страны пандемия была признана форс-мажорной ситуацией. Ограничения на передвижение между регионами существенно затруднили заключение сделок между сторонами.
Для заключения сделок используются различные методы: подписание бумажных документов, обмен электронными сообщениями, а также подписание документов с использованием электронной цифровой подписи. В настоящее время особенно актуально использование электронной цифровой подписи.
Согласно Федеральному закону от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» , информация в электронном виде, подписанная квалифицированной электронной подписью, признается эквивалентной бумажному документу, подписанному вручную, и может использоваться в любых правовых отношениях в соответствии с законодательством РФ, если иное не установлено федеральными законами или нормативными актами.
Для понимания сути понятия «подпись» полезно обратиться к Гражданскому кодексу Российской Федерации, согласно которому гражданин осуществляет свои права и обязанности под своим именем, включая фамилию, имя и отчество, если иное не предусмотрено законом или национальными обычаями. Подпись рассматривается как средство индивидуализации гражданина .
Электронная цифровая подпись в электронном документе имеет такое же юридическое значение, как собственноручная подпись в бумажном документе.
Один из важных этапов в процессе заключения договора - это проверка подлинности электронной подписи. Чтобы удостовериться в юридической значимости документа, необходимо тщательно проверить подпись, которой был подписан данный электронный документ. Проверка подписи включает в себя три основных аспекта:
• Электронная подпись должна быть создана с использованием действительного сертификата на момент подписания документа.
• Подпись должна быть создана владельцем соответствующего сертификата (т.е., должна быть проведена идентификация лица, подписавшего документ).
• Документ должен остаться неизменным после подписания.
Один из методов подтверждения подлинности сертификата электронной подписи - это использование сервиса портала «Госуслуги». Этот сервис позволяет загрузить электронный документ в систему для проверки. Проверка может быть выполнена как для цифровых подписей, включенных в документ, так и для подписей, хранящихся отдельно, но тесно связанных с ним. Полученный отчет содержит информацию о субъекте, подписавшем документ, наименовании компании, от которой действовал данный субъект, статусе сертификата подписи, сроке его действия, а также указывает наименование центра, который выдал спорный сертификат.
Примером может служить ситуация, когда одна из сторон договора займа не исполнила свои обязательства, что стало причиной обращения другой стороны в суд. Ответчик утверждал, что договор не был заключен из-за отсутствия письменной формы. Однако, согласно статье 434 Гражданского кодекса РФ, договор может быть заключен путем обмена электронными документами через надежные каналы связи, которые позволяют однозначно установить отправителя документа. Таким образом, электронный обмен документами признается судом действительным способом заключения договоров. Однако для доказательства отправки спорного электронного документа с определенного адреса электронной почты может потребоваться участие нотариуса для составления протокола осмотра доказательств .
Поэтому следует обратить внимание на два аспекта: во-первых, необходимо учитывать все документы, подписанные участником правоотношения собственноручно, даже если они не относятся к рассматриваемому спору. Это поможет определить наличие или отсутствие адреса электронной почты у должника на бумажном носителе. Во-вторых, важно учитывать принадлежность определенного домена организации. Сервис портала «Госуслуги» позволяет проверить, кому принадлежит спорная электронная почта, используемая для переписки между сторонами.
Согласно постановлению Арбитражного суда Северо-Западного округа от 24.08.2016 по делу № А56-83386/20152 , электронные письма суды признали допустимыми доказательствами, а документы, отправленные и полученные по электронной почте, имеют юридическую силу.
Кроме того, возникает вопрос о том, может ли признание эпидемиологической обстановки, ограничительных мер или режима самоизоляции послужить основанием для изменения или расторжения договора.
Если договор не предусматривает иное и не вытекает из его сути, обстоятельства, которые стороны не могли предвидеть при заключении сделки, могут послужить основанием для изменения или расторжения договора в соответствии со статьей 451 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ). Это возможно в случае, если при предвидении таких обстоятельств договор либо не был бы заключен, либо был бы заключен на значительно отличающихся условиях.
Согласно пункту 4 статьи 451 ГК РФ, изменение договора по требованию одной из сторон из-за существенного изменения обстоятельств возможно лишь в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам или причинит сторонам ущерб, который значительно превышает затраты, необходимые для исполнения договора на измененных условиях. При удовлетворении такого иска суды должны указать, какие общественные интересы нарушаются расторжением договора, или обосновать значительный ущерб сторон от такого расторжения.
Также следует иметь в виду, что дополнительные права на отказ от договора или изменение его условий могут быть предусмотрены как общими положениями об обязательствах, например, статьей 328 ГК РФ, так и законодательством о конкретных видах договоров, например, статьей 19 Федерального закона от 1 апреля 2020 года № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций».
Последствия расторжения или изменения договора в таких случаях определяются в соответствии с пунктом 3 статьи 451 и пунктом 4 статьи 453 ГК РФ, если иное не установлено законом или иным правовым актом. Например, при нарушении сроков исполнения работ или услуг потребитель имеет право отказаться от договора и потребовать возврата уплаченной цены в соответствии со статьей 28 Закона РФ «О защите прав потребителей».
Таким образом, ситуации, когда обстоятельства неожиданно меняются, могут привести к изменению или расторжению договоров. Период пандемии коронавируса в 2020 году стимулировал стороны к заключению сделок с использованием электронных цифровых подписей. Однако судебная практика по этим вопросам еще не сложилась полностью, и необходимо учитывать риски и нюансы в процессе доказывания в суде.


 
ГЛАВА III. АНАЛИЗ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ СВЯЗАННЫМ С ПРИМЕНЕНИЕМ КОНКЛЮДЕНТНЫХ ДЕЙСТВИЙ

3.1. Особенности волеизъявления сторон при дистанционном заключении договоров
Воля, выражаемая в надлежащей форме, является ключевым элементом любой юридической сделки. Без такого выражения воля сделки может быть признана недействительной в случае выявления дефектов в воле.
Согласно определению Ю. В. Холоденко, воля выражается внешними действиями в предусмотренной или разрешенной законом форме, делая волю субъекта доступной для восприятия другими лицами . Если при личной встрече сторон удостоверить волю не составляет труда, то все больше сделок заключается удаленно с использованием цифровых технологий. В таких сделках выражение воли обладает своими особенностями из-за того, что они заключаются между отсутствующими лицами в рамках информационных систем, где способы выражения воли определяются правилами этих систем.
В электронных сделках воля может быть выражена путем совершения конклюдентных действий в информационной системе, как показывает анализ судебной практики. Это может включать регистрацию на сайте или постановку «галочки» в информационной системе. Современные изменения в законодательстве, например, статья 309 ГК РФ, признают возможность совершения сделок компьютерными программами. В этих случаях участие человека ограничивается минимальными действиями, например, постановкой «галочки».
Обсуждая проблему волеизъявления в смарт-контрактах, Европейский центральный банк указывает на отличия в механизме заключения таких контрактов от традиционных. В смарт-контрактах с поддержкой DLT отсутствует дискреционный аспект заключения контрактов, что может затруднить обнаружение подлинных намерений сторон, так как в процессе формирования контракта участвует автоматизированный процесс, исключающий участие человека. Это позволяет простым кодированным договорам стать автономными единицами, способными к самоисполнению и самообеспечению.
В данном контексте компьютерные программы играют роль электронных агентов, то есть программного обеспечения, способного автоматически совершать действия для заключения сделок. С учетом этого отмечается, что одной из особенностей электронных сделок является использование заранее выраженного согласия, при котором сама сделка осуществляется электронным агентом, то есть компьютерной программой. Поэтому мы считаем необходимым внести понятие «электронный агент» в гражданское законодательство и отразить особенности волеизъявления в электронных сделках. В соответствии с этим предлагается внести соответствующую норму в Гражданский кодекс Российской Федерации следующего содержания: «Электронным агентом признается программное обеспечение, которое заключает и совершает сделку. Факт совершения электронным агентом сделки не может быть оспорен в случае предварительного согласия лица на совершение электронной сделки в соответствии с правилами информационной системы».

3.2. Возможные спорные ситуации и правовые последствия
Перед анализом судебной практики необходимо рассмотреть суть конклюдентных действий и особенности заключения дистанционных договоров. Конклюдентные действия упрощают процесс вступления в гражданские отношения, освобождая участников от необходимости оформления документов и экономя время и ресурсы. Хотя закон не определяет «конклюдентные действия», Гражданский кодекс Российской Федерации допускает возможность заключения договора через поведение, которое явно выражает волю совершить сделку.
По мнению автора, юридический словарь содержит подробное определение конклюдентных действий. Термин происходит от латинского слова, означающего «заключать, делать выводы». В сущности, конклюдентные действия представляют собой волю лица, выраженную его поведением, явно демонстрирующим намерение заключить сделку. Это требует наличия двух ключевых элементов: намерения и выражения воли, которые должны быть однозначными и неоспоримыми.
Далее стоит рассмотреть различные способы заключения договоров через конклюдентные действия. Предложение о заключении договора, содержащее все существенные условия и адресованное конкретному лицу или ограниченной группе лиц, называется офертой. Если оферта адресована неопределенному кругу лиц, которые могут ее принять, она считается публичной.
Оферта может принимать различные формы, включая предложения в интернете, такие как изображения товаров или описания услуг. Исключение составляют рекламные объявления, которые часто содержат оговорку о том, что не являются офертой.
Например, ООО «Гарант» направило проект договора аренды нежилого помещения ООО «Агроторг», который последнее подписало и направило на государственную регистрацию. ООО «Гарант» считает договор незаключенным из-за отсутствия акцепта со стороны «Агроторга». Однако суд признал договор заключенным на основании конклюдентных действий «Агроторга», которые означали принятие оферты в установленный срок.
Также дистанционный договор может быть заключен путем встречных конклюдентных действий. Стороны достигают соглашения в переговорах и немедленно приступают к выполнению условий сделки без документирования. Например, заказчик оплачивает товар, а поставщик его отгружает. В таком случае отсутствует оферта в какой-либо форме (письменной или устной), но возникают фактически сложившиеся договорные отношения.
Этот способ взаимодействия сторон, заключающих дистанционный договор, пользуется популярностью на практике, хотя такие договоры могут быть предметом судебных разбирательств в случае споров или невыполнения обязательств. Договор, заключенный встречными конклюдентными действиями, обычно более рискован и трудно подтверждается в суде по сравнению с договором, оформленным в письменной форме.
Обычно отклонение от обязательной письменной формы сделки не делает конклюдентный договор недействительным согласно закону. Тем не менее, важно помнить, что несоблюдение письменной формы может привести к невозможности использования свидетелей в судебном процессе. Остается неясным, должен ли такой способ заключения договора рассматриваться как устный договор.
Чтобы считать конклюдентный договор заключенным, необходимо доказать факт существования договорных отношений с помощью соответствующих документов. Это могут быть первичные документы, подтверждающие выполнение обязательств, или нотариально заверенная переписка, содержащая согласование условий сделки. Например, в ситуации, где истец (перевозчик) требует признания транспортного заказа недействительным, факт заключения спорного договора путем конклюдентных действий документально подтверждается различными материалами, такими как транспортная накладная, товарная накладная и письменный ответ от истца.
Молчание часто становится объектом споров относительно признания его выражением воли на заключение дистанционного договора. Обычно в гражданском праве молчание не считается акцептом и не означает согласия на обязательства, так как это противоречит принципу автономии воли субъектов гражданского права. Однако есть ограниченное количество случаев, когда молчание может считаться согласием на сделку, если это предусмотрено законом, соглашением сторон, обычаем или предыдущими деловыми отношениями. В отличие от активного конклюдентного акцепта, молчание представляет собой пассивное поведение, которое также может рассматриваться как форма конклюдентного действия.
Для полного понимания значения и силы молчания в каждой конкретной ситуации необходимо учитывать контекст его использования. Юридическое значение молчания возникает только при соблюдении следующих условий: 1) согласованные представления обоих сторон о его значимости; 2) намеренное и осознанное использование молчания стороной, принимающей предложение; 3) осведомленность той стороны, которая делает предложение, о характере молчания . Например, договор перевозки, упомянутый ранее, предусматривает, что если перевозчик в течение трех часов не подтверждает принятие транспортного заказа и не отказывается от него, то заказ считается принятым на условиях, указанных в нем.
В этом случае договор определяет молчание как форму пассивного поведения, наделяя его юридической значимостью и рассматривая как акцепт. Следовательно, в соответствии с активным конклюдентным акцептом письменной оферты, в данном случае соблюдается письменная форма договора.
Все эти способы заключения сделок, осуществленные путем конклюдентных действий, объединяет отсутствие личного контакта и прямого взаимодействия сторон при заключении договора. Из-за специфики конклюдентных действий их сложно унести под существующую законодательную классификацию сделок. В зависимости от ситуации, используемых способов и средств, такие сделки могут быть приравнены к устным или письменным. Однако целесообразно выделить их в отдельную категорию дистанционных сделок.
В заключение, необходимо отметить, что широкое использование аналогии в судебной практике к дистанционным договорам, заключенным посредством конклюдентных действий, не всегда обеспечивает достаточную защиту прав и интересов потребителей. Это подчеркивает необходимость закрепления на законодательном уровне не только дистанционной торговли, но и самой концепции сделок в сети Интернет, охватывающих более широкий спектр потребительских договоров.


 
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Согласно юридической практике, конклюдентные действия - это те действия, которые свидетельствуют о намерении лица заключить сделку. Исходя из этого, можно сделать вывод, что конклюдентные действия играют важную роль при заключении как устных, так и письменных договоров, так как законы не запрещают их использование в последнем случае. Например, они могут заменить акцепт письменного предложения. Если лицо, получившее предложение, начинает его исполнение в установленный срок, его действия могут рассматриваться как акцепт, даже если не все условия выполнены.
Однако наша позиция заключается в том, что использование конклюдентных действий в качестве выражения согласия на заключение сделки может быть проблематичным. Это связано с тем, что статья 157.1 ГК РФ требует выражения согласия в письменной форме, что означает, что без письменного подтверждения не удается соблюсти правила, установленные законом.
Дистанционный способ заключения договора, когда стороны не находятся в одном месте, не является новым для законодательства. Правовое регулирование таких сделок всегда было детальным. Однако развитие цифровых технологий приводит к появлению новых способов дистанционного заключения договоров и придает ранее установленным процедурам новое содержание.
Необходимо отметить, что широкое использование аналогии в судебной практике к дистанционным договорам, заключенным с использованием конклюдентных действий, не всегда обеспечивает достаточную защиту прав и интересов потребителей.
Мы считаем необходимым внести понятие «электронный агент» в гражданское законодательство и отразить особенности волеизъявления в электронных сделках. В соответствии с этим предлагается внести соответствующую норму в Гражданский кодекс Российской Федерации следующего содержания: «Электронным агентом признается программное обеспечение, которое заключает и совершает сделку. Факт совершения электронным агентом сделки не может быть оспорен в случае предварительного согласия лица на совершение электронной сделки в соответствии с правилами информационной системы».