Фрагмент для ознакомления
2
Формирование института специального субъекта преступления в российском уголовном праве прошло длительный путь исторического развития, тесно связанный с эволюцией представлений о субъекте преступления в целом. Первые упоминания о лицах, обладающих особыми признаками при совершении преступлений, встречаются ещё в древнерусских памятниках права, однако систематизированного подхода к их правовому положению не существовало. Судебник 1497 года устанавливал специальные правила судопроизводства в отношении некоторых лиц, обладающих особенным статусом, таких как представители духовенства, что свидетельствовало о возрастании значения специальных признаков субъекта [8]. Соборное уложение 1649 года содержало указания на наличие специального субъекта преступления, а также на совместное совершение преступления общим и специальным субъектом, что демонстрировало начало формирования концептуальных представлений о дифференциации субъектов.
Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года стало важным этапом в развитии учения о специальном субъекте, поскольку в нём довольно подробно регламентировалась ответственность за соучастие в преступлениях со специальным субъектом, в частности за посредничество во взяточничестве. Казуистичность формулировок Уложения 1845 года позволяла выделять отдельные виды специальных исполнителей, однако не обосновывала чётко и последовательно их правовое положение, пределы ответственности и правовую природу. Признаки специального субъекта приобретали правовое значение тогда, когда юридическая техника потребовала выделить из равноправных субъектов отдельные категории лиц.
В советский период разработка учения о специальном субъекте преступления началась в XIX веке исследованием вопросов соучастия в преступлении, а не в связи с изучением субъекта как элемента состава преступления. На начальном этапе становления советского государства (1917-1921 гг.) понятие специального субъекта в значительной степени сливалось с понятием должностного лица. Декрет СНК от 8 мая 1918 года «О взяточничестве» впервые раскрывал особые признаки, которыми должен обладать субъект получения взятки, устанавливая в качестве специального субъекта должностное лицо, состоящее на публичной службе или общественной занятости. УК РСФСР 1922 года не использовал терминологию должностного лица, раскрывая понятие специального субъекта как лица, состоящего на государственной, союзной или общественной службе [11].
После Великой Отечественной войны особое внимание законодатель уделил вопросам уголовной ответственности за воинские преступления, что способствовало развитию концепции специального субъекта применительно к военнослужащим. Большое влияние на концепцию специального субъекта преступления оказало постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 марта 1990 года № 4, которое предлагало трактовки, близкие к современной концепции, отмечая, что субъект должен быть наделён организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями. Таким образом, концептуальные представления о специальном субъекте преступления основываются на том, что данное лицо должно обладать как свойствами, присущими общему субъекту, так и признаками факультативного характера, требуемыми в рамках определённого состава.
Субъект преступления является одним из четырёх обязательных элементов состава преступления, отсутствие которого свидетельствует об отсутствии состава в целом. Согласно статье 19 Уголовного кодекса Российской Федерации, уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного настоящим Кодексом [1]. Эти три признака — физическая природа лица, вменяемость и достижение возраста уголовной ответственности — являются обязательными для общего субъекта преступления, и только совокупность указанных признаков свидетельствует о наличии субъекта как элемента состава.
Специальный субъект преступления представляет собой лицо, которое наряду с общими признаками субъекта обладает дополнительными признаками, указанными в диспозиции уголовно-правовой нормы или однозначно вытекающими из её толкования. В теории уголовного права нет единого мнения по поводу определения специального субъекта, однако большинство исследователей указывают на наличие у него дополнительных признаков, которые позволяют отграничить его от общего субъекта. Некоторые учёные определяют специальный субъект как лицо, которому наряду с общими признаками субъекта присущи дополнительные качества, другие — как лицо, обладающее конкретными особенностями, указанными в диспозиции статьи, третьи понимают под специальным субъектом лиц, которые помимо необходимых признаков субъекта должны обладать ещё особыми признаками, обусловленными их деятельностью или характером возложенных на них обязанностей [8, 14, 19].
Соотношение общего и специального субъекта преступления выражается в том, что специальный субъект включает в себя все признаки общего субъекта, дополненные специфическими характеристиками. Если законодатель в диспозиции статьи Особенной части УК РФ указывает на особые свойства или качества субъекта, то речь идёт о специальном субъекте, в остальных случаях субъект является общим. Указание в диспозиции нормы на признаки специального субъекта означает, что не всякое физическое, вменяемое, достигшее указанного в законе возраста лицо, причинившее вред обществу, подлежит уголовной ответственности. Таким образом, специальный субъект является разновидностью общего субъекта, характеризующейся наличием дополнительных признаков, необходимых для привлечения лица к уголовной ответственности за конкретное преступление.
Уголовное законодательство Российской Федерации устанавливает обязательные и факультативные признаки субъекта преступления. Обязательные признаки присущи любому лицу, которое признаётся субъектом преступления, к их числу относятся физическая природа субъекта, вменяемость и достижение возраста уголовной ответственности. Отсутствие хотя бы одного из перечисленных признаков влечёт за собой отсутствие состава преступления. Наряду с тремя обязательными признаками субъекта преступления закон может предусматривать дополнительные признаки, и в этом случае речь идёт о специальном субъекте преступления.
Признаки специального субъекта являются факультативными признаками данного элемента состава преступления. Факультативные признаки субъекта имеют криминализирующее, квалифицирующее и отграничивающее значение, а также могут выступать смягчающими и отягчающими наказание обстоятельствами. Если признаки специального субъекта преступления упоминаются в статьях Особенной части Уголовного кодекса РФ, то они становятся обязательными для данного состава преступления [6]. Дополнительные признаки, характеризующие субъект и предусмотренные в качестве конструктивного признака того или иного состава преступления, являются необходимым условием уголовной ответственности за данный вид преступления.
Признаки специального субъекта могут носить как позитивный характер, когда в характеристике субъекта появляется новый признак (например, должностное лицо, военнослужащий), так и негативный, когда у субъекта отсутствует какой-либо признак (например, в диспозиции части 1 статьи 123 УК РФ субъектом преступления является лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля). Признаки специального субъекта в большинстве случаев прямо указываются в статье УК РФ, предусматривающей конкретный состав преступления, в других случаях признаки специального субъекта в диспозиции статьи подразумеваются и устанавливаются путём толкования. Признаки специального субъекта преступления выполняют две функции: информационную и функцию установления оснований и дифференциации уголовной ответственности, которые соотносятся как форма и содержание.
Фрагмент для ознакомления
3
1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 31.08.2025) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 25. – Ст. 2954.
2. Федеральный закон от 14.04.2023 № 117-ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации" // Собрание законодательства РФ. – 2023. – № 16. – Ст. 2743.
3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18.05.2023 № 3 "О практике рассмотрения судами уголовных дел о преступлениях против военной службы" // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2023. – № 7.
4. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30.03.1990 № 4 "О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге" // Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда РФ (СССР, РСФСР). – М., 2011.
5. Бикеев, И. И. Специальный субъект преступления и его роль в квалификации преступлений / И. И. Бикеев // Вестник Казанского юридического института МВД России. – 2023. – № 2. – С. 45–52.
6. Борисевич, Г. Я. Некоторые проблемы соучастия в преступлении со специальным субъектом / Г. Я. Борисевич // Вопросы российского и международного права. – 2022. – Т. 12. – № 6А. – С. 22–30.
7. Джукаева, Е. В. Особенности соучастия в преступлениях со специальным субъектом / Е. В. Джукаева // Евразийский юридический журнал. – 2022. – № 4. – С. 258–260.
8. Ермакова, Е. А. Добровольцы как специальный субъект преступлений против военной службы / Е. А. Ермакова // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке. – 2024. – № 4. – С. 112–118.
9. Иванов, Н. Г. Соучастие со специальным субъектом: проблемы теории и практики / Н. Г. Иванов // Российская юстиция. – 2023. – № 5. – С. 18–21.
10. Кибальник, А. Г. Особенности квалификации преступлений со специальным субъектом / А. Г. Кибальник // Библиотека криминалиста. – 2024. – № 3. – С. 85–92.
11. Крылова, А. В. К вопросу о становлении и развитии концепции специального субъекта преступления в отечественном уголовном праве / А. В. Крылова // Молодой ученый. – 2023. – № 46. – С. 298–301.
12. Любавина, М. А. Специальный субъект преступления в современном уголовном законодательстве: проблемы теории и правоприменительной практики / М. А. Любавина // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. – 2022. – Т. 16. – № 2. – С. 234–242.
13. Павлов, В. Г. Квалификация преступления со специальным субъектом: монография / В. Г. Павлов. – М.: Юрлитинформ, 2023. – 192 с.
14. Прохоров, Л. А. Специальный субъект преступления в российском уголовном праве / Л. А. Прохоров, М. Л. Прохорова // Вестник Астраханского государственного технического университета. – 2023. – № 1. – С. 95–100.
15. Рябкова, О. В. Разграничение конструктивного и квалифицирующего признака специального субъекта при квалификации отдельных видов преступлений / О. В. Рябкова // Уголовное право. – 2022. – № 4. – С. 67–74.
16. Сабитов, Р. А. Квалификация преступлений, совершенных в соучастии специальным субъектом / Р. А. Сабитов // Современное право. – 2023. – № 3. – С. 124–129.
17. Тарасова, Е. В. Особенности квалификации преступлений со специальным субъектом / Е. В. Тарасова // Актуальные проблемы российского права. – 2024. – Т. 19. – № 6. – С. 115–123.
18. Улезько, С. И. О субъекте преступлений против военной службы (актуальные вопросы) / С. И. Улезько // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. – 2023. – № 3. – С. 157–164.
19. Хасенов, А. Р. Проблемы соучастия в преступлении со специальным субъектом и их решение / А. Р. Хасенов // Вестник Костромского государственного университета. – 2023. – Т. 29. – № 1. – С. 248–253.
20. Чурилов, С. Н. Должностное лицо как субъект преступления в современном российском уголовном праве / С. Н. Чурилов // Общество и право. – 2022. – № 4. – С. 56–63.