Магистерская работа по юриспруденции на тему Правовой статус религиозных организаций

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность. Вопрос взаимоотношений религиозных организаций и государства всегда был актуален на протяжении всей российской истории, что объясняется многонациональным и многоконфессиональным характером российского государства. Эти взаимоотношения государства и различного рода религиозных организаций и объединений складывались сложно и противоречиво, от практического слияния государства с основной православной конфессией, до полного неприятия и фактического непризнания какой-либо религиозной жизни, что было характерно для советского периода истории нашего государства, особенно на начальном его этапе.
В современной России идет процесс становления и развития гражданского общества, признающего право на совесть и вероисповедание, но и устанавливающего самостоятельность религиозных институтов от государственного управления и невмешательства религии в дела государства. В связи с этим весьма существенное значение приобретает проблема правового регулирования как межконфессиональных, так и государственно-церковных взаимоотношений. Современное законодательство признает за религиозными организациями гражданскую правосубъектность, тем самым эти самые религиозные организации и сообщества обладают всем комплексом прав и обязанностей, позволяющим им в полной мере участвовать в гражданском обороте. В то же время, религиозные организации, как субъекты правовых отношений, обладают определенной спецификой, обусловленной особенностью их правового статуса. Неординарность такого правового субъекта как религиозные организации представляет особенный научный интерес для их изучения, поскольку именно в преломлении обычных гражданско-правовых норм относительно особенных субъектов подобных правоотношений появляется возможность более детального и полного восприятия сущности и содержания этих законодательных положений.
Вторым аспектом, обусловившим актуальность настоящего исследования, является проблематика участия религиозных организаций в отдельных сферах правоотношений, и в качестве наиболее важной выбрана сфера земельных правоотношений. Здесь интерес представляет специфичность целей использования земельного участка, который не только используется для размещений зданий и сооружений религиозных организаций, но и для использований такими организациями в хозяйственных и коммерческих целях, но при этом, как правило, религиозные организации претендуют на безвозмездность передачи им таких земельных участков, мотивируя это тем, что раньше эти участки принадлежали этой религиозной организации, а также повышенной общественной значимостью самих этих организаций. Данная проблематика представляется достаточной актуальной и требующей своего научного осмысления.
Данные обстоятельства обусловили актуальность выбора в качестве объекта нашего исследования общественные отношения, связанные с правовым статусом религиозных организаций как особых участников правоотношений.
Предметом исследования в работе являются нормы права, регулирующие правовой статус религиозных организаций, а также практические и теоретические вопросы, которые возникают при анализе и применении указанных норм права.
Основная цель работы – это проведение комплексного анализа теоретических положений, существующего на данный момент законодательства, правоприменительной практики и разработка практических рекомендаций в области правового регулирования статуса религиозных организаций, особенное внимание при этом уделено участию религиозных организаций в земельных правоотношениях.
В процессе постановки поставленной цели были определены следующие задачи, необходимые для разрешения поставленной цели:
1. Определить понятие религиозной организации и установить ее функциональные признаки;
2. Рассмотреть гражданскую правосубъектность религиозных организаций;
3. Рассмотреть виды религиозных организаций и их место в системе юридических лиц;
4. Исследовать особенности правового статуса религиозных организаций
5. Проанализировать особенности учреждения, прекращения и реорганизации религиозных организаций, а также их ответственности;
6. Установить особенности предоставления земельных участков религиозным организациям.
Основу для методологического исследования составили общенаучные методы познания – анализ, синтез, метод комплексного подхода, а также ряд частно-научных методов, таких как сравнительное правоведение, технико-юридический и иные методы.
Теоретическую основу исследования составили труды ученых в различных областях права – административного, гражданского, трудового, взаимосвязанных с правовым регулированием деятельности религиозных организаций, таких как: А.А. Агафонова, А.В. Баскова, Д.Н. Бахрах, Н.В. Витрук, Ю.Ю. Воробьева, А.Б. Габуев, С.П. Гришаев, В.В. Долинская, А.А. Дорская, Б.А. Ершов, А.А. Исаева, М.А. Кулагин, М.А. Некрасов, Ю.В. Оспенников, К.В. Петухов, О.Н. Петюкова, А.К. Погасий, С.Ю. Пятин, П.В. Сергеев, А.А. Со, Т.В. Сойфер, И.А. Тарасевич, М.В. Хлыстов, О.А. Чернега, Д.В. Черняева, В.Е. Чиркин, В.В. Чубаров и др.
Нормативно-правовую основу исследования составляют Конституция РФ, Гражданской кодекс РФ, Федеральный закон от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях», Федеральный закон от 26.09.1997 № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях», а также другие правовые акты, относящихся к теме исследования.
Положения, выносимые на защиту.
1. Предложения выделить «традиционные религии», установив для них режим наибольшего правового благоприятствования будет противоречить конституционным принципам о светскости российского государства и о недопустимости ущемления прав отдельных лиц в том числе и по признаку конфессиональной принадлежности;
2. Необходимо внести изменения в ст.16 ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях», и закрепить в ней положение, согласно которому централизованные религиозные организации не будут иметь права на имущество местных религиозных организаций, которое не было передано таким местным религиозным организациями централизованными организациями;
3. Необходимо дополнить п.1 ст.9 ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» словами: «… а также имеющими иную возможность для совместного совершения религиозных обрядов и церемоний, в том числе и посредством сети Интернет или других технических средств информационно-коммуникативного характера».

ГЛАВА 1. ПРАВОВАЯ ПРИРОДА И ВИДЫ РЕЛИГИОЗНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ КАК СУБЪЕКТОВ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА


1.1 Понятие религиозной организации и ее функциональные признаки

Источниками права, характеризующими статус религиозных организаций, их права и обязанности, является целый массив нормативных правовых актов различных отраслей права. Авторы собрания нормативных правовых актов "Религиозные объединения. Свобода совести и вероисповедания. Религиоведческая экспертиза" выделяют пять групп документов: 1) законы и иные правовые акты, непосредственно не относящиеся к регулированию деятельности религиозных объединений, но содержащие нормы, ограничивающие вмешательство государства в их деятельность и обеспечивающие реализацию права на свободу совести и вероисповедания, а также равенство прав граждан независимо от их отношения к религии; 2) законы, регламентирующие соблюдение и порядок реализации прав верующих в учреждениях и организациях с некоторыми ограничениями для пребывающих там граждан - воинских частях, местах лишения свободы, больницах; 3) законы и иные нормативные акты, регламентирующие порядок осуществления отдельных видов деятельности религиозных организаций - образовательной, благотворительной и т.д.; 4) законы и иные нормативные акты, регулирующие финансово-хозяйственную деятельность религиозных организаций и их имущественное положение; 5) законы, предусматривающие юридическую ответственность за нарушение законодательства о свободе совести .
Как и в других аспектах правоотношений, главенствующую позицию в совокупности нормативно-правовых актов, в нашем случае посвященных вопросам правового регулирования деятельности религиозных организаций, занимает положение ст.28 Конституции РФ , закрепляющее принцип свободы совести и вероисповедания. Непосредственным базовым правовым актом, регулирующим правовой статус религиозных организаций, является Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ (далее – ФЗ № 125, Закон о свободе совести).
В Федеральном законе ФЗ -№ 125 даны основные понятия, связанные с деятельности религиозных объединений, а также другие положения, тем или иным образом связанные с конституционным правом на свободу совести и вероисповедания. Понятие религиозной организации как общественного объединения содержится в п.1 ст.8 ФЗ «О некоммерческих организациях», согласно которому религиозными организациями (объединениями) признаются добровольные объединения граждан, объединившихся в установленном законом порядке для удовлетворения их, в данном случае, духовных потребностей. Довольно сходное понятие изложено и в п. 1 ст. 123.26 ГК РФ , но современная формулировка более детальна и подробна, чем прежняя, однако, как и прежняя, она является бланкетной и отсылает к Закону о свободе совести и о религиозных объединениях. Та же отсылка содержится и в п. 2 ст. 123.26 ГК РФ, где сказано: «Настоящий Кодекс определяет гражданско-правовое положение религиозных организаций... Правовое положение религиозных организаций определяется также Законом о свободе совести и о религиозных объединениях».
Из этих определений видно, что в этих нормативно-правовых актах законодатель не стал детально рассматривать особенности и характерные признаки религиозных объединений, рассмотрев их лишь как разновидность общественных объединений, образующихся на основе общности интересов участников таких объединений.
Наиболее полное определение, содержащее критериальные признаки религиозной организации, содержится в ст.6 ФЗ-№ 125. Из данного определения можно выделить следующие сущностные признаки религиозного объединения:
1. Религиозное объединение может быть создано исключительно на добровольной основе;
2. Религиозное объединение может быть создано как гражданами России, так и иными лицами, но с оговоркой, что эти лица проживают на территории РФ постоянно и на законных основаниях;
3. Целью религиозного объединения является совместное исповедание и распространения веры;
Помимо этих признаков Закон выделяет такие признаки как вероисповедание, совершение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний, обучение религии и религиозное воспитание своих последователей. Эти признаки следует отнести к категории функциональных, так как они описывают функциональную деятельность религиозных объединений и организаций.
В качестве недостатков ФЗ № 125 можно назвать отсутствие отдельной нормы, в которой бы давалось объяснение и официальное толкование тех терминов и понятий, которые приводятся в тексте Закона.
Так например, признак добровольности не вызывает никаких вопросов, он указывает на недопустимость принудительного вовлечения кого либо в деятельность религиозного объединения, в том числе и принудительного финансирования деятельности религиозных объединений. Разумеется, может возникнуть возражение, что причисление новорожденных или малолетних к числу сторонников той или иной конфессии не может расцениваться как добровольное волеизъявление, но, тем не менее, представляется, что добровольность здесь необходимо понимать как недопущение каких либо препятствий и в случае осознанного и добровольного выхода любого лица из числа приверженцев какой либо религии или конфессии, независимо от возраста. Вопрос этот является дискуссионным, но не входит в предмет нашего исследования.
Понятие иных лиц, постоянно и законно проживающих на территории РФ, раскрывается через содержание ст.8 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» от 25.07.2002 № 115-ФЗ , в которой даны основания для признания таких лиц постоянно и законно проживающими. Основным документом, подтверждающим указанный статус иных лиц, является вид на жительство.
Совместное вероисповедания в качестве цели вполне объяснимо с точки зрения признаний религиозных объединений некоммерческими организациями, как удовлетворение совместных духовных потребностей (ст.2 ФЗ «О некоммерческих организациях»). В то же время, распространение вероисповедания нельзя отнести ни к социальным, ни к благотворительным, культурным, образовательным, научным, управленческим и иным целям, направленным на достижение общественных благ.
В то же время, отсутствие терминологических определения таких понятий как «вероисповедание», «религия», «религиозное воспитание», «богослужение», «отправление религиозных обрядов», по крайней мере, относительно целей применения этих терминов в указанном Законе, можно признать явной недоработкой законодателя.
Отдельного внимания заслуживает такой субъект, как иностранная религиозная организация. В соответствии с упомянутым Законом (ст.13 ФЗ № 125) иностранная религиозная организация не может заниматься культовой и иной религиозной деятельностью на территории Российской Федерации и на нее не распространяется статус религиозного объединения, установленный упомянутым Федеральным законом.
Религиозная организация, имеющая религиозный центр за границей и зарегистрированная на территории Российской Федерации в качестве централизованной религиозной организации, по смыслу п. 1 ст. 13 комментируемого Закона уже не является иностранной религиозной организацией (соответствующее разъяснение содержится в п. 10 Методических рекомендаций о применении органами юстиции некоторых положений Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» ).
Согласно ст.2 ФЗ № 125 религиозные объединения могут создаваться в виде религиозных организаций и религиозных групп, об особенностях которых будет сказано несколько позже. В силу того что в правовых системах государств мира применительно к организованным формам отправления культа используются различные термины («religious association», «religious organization», «religious society» и пр. ), в данной работе такие понятия, как религиозные организация, общество, объединение, сообщество и пр., будут использоваться как синонимы, если не указано иное.
Таким образом, в качестве определения понятия «религиозная организация» мы будем использовать определение, изложенное в ст.6 ФЗ № 125, поскольку в этом законодательном определении более подробно изложены те признаки, которым должна отвечать некоммерческая унитарная организация, признаваемая религиозной, с учетом разъяснений, приведенных в письме Минюста РФ от 24.12.1997 г. Определение «религиозной организации», приведенное в ст.8 ФЗ № 125, является, по сути, усеченным определением «религиозного объединения», с той лишь особенностью, что такое объединение является юридическим лицом в соответствии с российским законодательством.
Необходимо указать и на такое обстоятельство, что понятие «религиозная организация» формально не охватывает какое либо религиозное сообщество или конфессию в целом, а лишь отдельное входящее в него структурное подразделение. Как совершенно справедливо отмечает И.А. Тарасевич: «исходя из анализа части первой ГК РФ и Закона о свободе совести можно сделать вывод, что действующие сейчас на территории России религиозные сообщества не представляют собой единого субъекта права» . Так, например, если в настоящее время в качестве централизованной религиозной организации указывать Российскую православную церковь (РПЦ), а точнее – Московский патриархат (МП), то это не обозначает, что статус юридического лица автоматически присваивается всем структурным подразделениям РПЦ. Более подробно этот вопрос будет рассмотрен в следующих параграфах настоящей главы, при анализе структуры МП РПЦ как религиозной организации.
Также, в научной литературе рассматривается такой аспект правового статуса отдельных религиозных организаций, как признание их в качестве «традиционных», что должно повлечь предоставление особых преференций для таких организаций со стороны государства . На наш взгляд, такое предложение будет противоречить прежде всего конституционным принципам о светскости российского государства и о недопустимости ущемления прав отдельных лиц в том числе и по признаку конфессиональной принадлежности. Предоставление льгот и преференций представителям одной, пусть и самой крупной конфессии будет рассматриваться в любом случае как ущемление прав представителей других конфессий.
Данная точка зрения высказывается и другими исследователями, в частности А.А. Исаева подчеркивает, что «сегодня в России и так имеет место отступление от конституционно провозглашенного принципа нейтральной и равноудаленной от каждого религиозного объединения позиции государства в пользу установления определенного рода преференциального положения отдельных организаций» .
Таким образом, в данном параграфе сформулировано понятие «религиозная организация», которое в целях достижения задачи поставленных в нашем исследовании, можно определить как: некоммерческая унитарная организация, объединяющая на добровольных началах граждан Российской Федерации и иных лиц, признаваемых в соответствии с законодательством о статусе иностранных лиц, постоянно и законно проживающими на российской территории, с целью удовлетворения общих духовных потребностей совместного вероисповедания обладающее соответствующими этой цели признаками, закрепленными в законодательстве РФ.
Сущностные признаки религиозной организации:
1. Исключительная добровольность создания;
2. Создание гражданами России или иными лицами, но при условии их законного и постоянного проживания на территории РФ;
3. Целевое предназначение - совместное исповедание и распространения веры
Из последнего сущностного признака выводятся признаки функциональные: совместное вероисповедание, совершение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний, обучение религии и религиозное воспитание своих последователей.


1.2 Гражданская правосубъектность религиозных организаций

Религиозные организации являются субъектами различных правоотношений, что следует и из самого факта признания их таковыми в законодательстве. В связи с этим представляется остановиться на анализе правосубъектности религиозных организаций в самой большой области правоотношений – гражданско-правовой. Выбор данной сферы обусловлен и тем, что правосубъектность различных субъектов определяется в основном именно нормами гражданского права, а потом находит свое применение и в других отраслях права . В частности, это касается понимания деления субъектов по организационно-правовому критерию на физических и юридических лиц, с последующим делением по другим критериальным признакам.
Применительно к правосубъектности религиозных организаций в ст. 8 Закона ФЗ-№ 125 содержится обязательное требование о том, что одним из обязательных признаков религиозной организации является регистрация в установленном законом порядке в качестве юридического лица. Понятие юридического лица дано в п. 1 ст. 48 ч. ГК РФ. Применительно к религиозным организациям, их правовому статусу, необходимо учитывать положения п. 3 ст. 50 ГК РФ, который обозначает религиозные организации как одну из самостоятельных форм более общего понятия «некоммерческие организации». В связи с этим стоит отметить, что до 2014 года, когда в часть первую ГК РФ были внесены изменения в части определения видового разнообразия юридических лиц , правовой статус религиозных организаций как особого вида общественных организаций регулировался ст.117 ГК РФ, ныне утратившей силу.
Рассматривая изменения, которые претерпел Гражданский кодекс Российской Федерации в последнее время, справедливо было бы отметить, что ранее упомянутая выше ст. 117 была структурным элементом § 5 «Некоммерческие организации». В действующей редакции § 5 ГК РФ признан утратившим силу, и ему на смену отчасти пришел § 6 «Некоммерческие корпоративные организации» (включающий ст. 123.1 - 123.16). Но отнести религиозные организации к данной группе некоммерческих организаций нельзя, так как главным критерием для корпоративных организаций является критерий участия членов такой организации в делах управления организацией, что совершенно неприменимо к религиозным организациям.
Помимо некоммерческих корпоративных организаций в ГК РФ говорится о некоммерческих унитарных организациях - им посвящен § 7 Кодекса. Именно к некоммерческим унитарным организациям в ныне действующем ГК РФ относятся религиозные организации (ст. 123.26 - 123.28 ГК РФ). В то же время стоит отметить, что продолжающий действовать Федеральный закон от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» хоть и подвергся значительным изменениям, но в этой части отредактирован не был и в нем статус общественных религиозных организаций (объединений) по-прежнему рассматривается в одной статье (п. 1 ст. 6 указанного ФЗ). Также стоит отметить и то, что определение некоммерческих унитарных организаций (в отличие, к примеру, от вышеупомянутых некоммерческих корпоративных организаций) в посвященном их статусу разделе не содержится, есть лишь определение унитарных юридических лиц в п. 1 ст. 65.1 ГК РФ. Таким образом, в соответствии с действующим ГК РФ учредители религиозной организации не становятся ее участниками и не приобретают прав членства. О каких именно правах идет речь, а также о том, какими правами учредители все же обладают, далее в этой статье не говорится.
Надо отметить, что проблематика правового статуса юридических лиц в связи с изменениями Гражданского кодекса РФ достаточно объемна и дискуссионна, в связи с чем могут возникнуть разные трактовки и правосубъектности религиозных организаций.
Тем не менее, первый вопрос, который возникает при определении правосубъектности любого юридического лица, это, прежде всего, вопрос о частно-правовом или публично-правовом характере образования юридического лица. Если обратиться к мнениям ученых-цивилистов, то, по мнению В.Е. Чиркина, религиозные объединения не могут быть юридическими лицами публичного права . Стоит согласиться с указанной точкой зрения, так как согласно доктрине гражданского права можно обнаружить больше оснований отнести религиозные организации к частным объединениям , чем к публичным, так как цели, с которой создаются религиозные объединения – а именно совместное исповедание и распространения веры -, до настоящего времени не признаются публичными функциями. Поэтому, религиозные организации, не наделенные какими либо властными полномочиями и правом действовать от имени и по поручению таких публичных образований как государство, субъект федерации или муниципальное образование, относятся к группе частных субъектов права.
Если рассмотреть гражданскую правоспособность такой разновидности религиозных объединений, как религиозные группы, то здесь стоит обратить внимание на имущественные права такой формы религиозного объединения, которые согласно в п. 1 ст. 7 ФЗ- № 125, ограничиваются лишь правом пользования тем имущество, которое предоставлено для деятельности религиозной группы ее участниками. Из этого можно сделать вывод, что религиозные группы не признаются в качестве самостоятельных субъектов права, не обладают правомочием юридического лица на владение имуществом на праве собственности от своего имени. Поэтому можно сделать вывод о том, что и гражданской правоспособностью религиозные группы не обладают.
Учитывая данные особенности правосубъектности религиозной группы и религиозной организации в качестве признания или непризнания их как юридических лиц, можно сделать вывод о том, что для участия в гражданском правообороте необходим статус религиозной организации, что, в свою очередь, позволит и более эффективно защищать свои права в судебных и внесудебных инстанциях. Как показывает практика, религиозные группы в настоящее время создаются в качестве промежуточного этапа для последующей реорганизации в форму религиозной организации со всеми вытекающими последствиями.
Что же касается непосредственно субъектов гражданских правоотношений, то, в качестве примера можно привести канонические подразделениями Русской Православной Церкви, такие как, самоуправляемые Церкви, экзархаты, епархии – которые можно отнести к централизованным религиозным организациям; синодальные учреждения, миссии, представительства и подворья – учреждения, и благочиния, приходы, монастыри, братства и сестричества, духовные учебные заведения – местные религиозные организации. При этом, согласно Уставу РПЦ , в качестве субъектов, или самостоятельных юридических лиц в гражданских правоотношениях могут выступать как сама РПЦ, так и митрополии, экзархии, приходы, монастыри, братства и сестричества, духовные учебные заведения, зарегистрированные в качестве юридических лиц.
При анализе правового статуса этих юридических лиц наблюдается определенная гражданско-правовая проблема. Так, согласно п.26 главы ХХ Устава РПЦ, все приобретенное указанными субъектами имущество становится собственностью Русской Православной Церкви. В связи с этим говорить о полной финансовой и материальной самостоятельности прихода, с гражданско-правовой точки зрения, нельзя, что может породить определенные правовые проблемы при определении надлежащего ответчика в судебном разбирательстве. Здесь можно усмотреть аналогию с государственными и муниципальными унитарными предприятиями, осуществляющими свою деятельность на праве хозяйственного ведения и оперативного управления, а с учетом последних изменений в ГК РФ, унитарными могут быть как коммерческие, так и некоммерческие организации.
Предполагается, что данная проблема требует дополнительного изучения и законодательной регламентации с учетом опыта правового регулирования деятельности унитарных предприятий.
На основании вышеизложенного можно сделать следующие выводы:
1) ранее религиозные организации наряду с общественными организациями были формами некоммерческих организаций. Теперь же общественные организации относятся к некоммерческим корпоративным организациям, а религиозные организации - к некоммерческим унитарным организациям. В ныне действующем ГК РФ статус религиозных организаций регулируется обособленно от общественных организаций;
2) ныне действующее определение религиозной организации в ГК РФ более подробное, детальное в сравнении с прежним, а также тем, которое дано в ФЗ от 26.09.1997 № 125-ФЗ;
3) в законодательстве на данный момент подход к характеристике правового статуса общественных организаций и религиозных организаций не единообразен. В Гражданском кодексе Российской Федерации скорее подчеркиваются различия, и если раньше их правовой статус характеризовался совместно, то теперь религиозным организациям и общественным организациям посвящены разные статьи Кодекса. В законодательстве о некоммерческих организациях, напротив, прежний подход сохранен ;
4) Несмотря на то, что ГК РФ и ФЗ «О некоммерческих организациях» подверглись существенному пересмотру в вопросах статуса юридических лиц и их видового разнообразия, тем не менее, ситуацию правового регулирования статуса религиозных организаций это мало изменило: по-прежнему больший объем норм, устанавливающих правосубъектность религиозных организаций, содержится в специальном законе – ФЗ № 125, а в ГК РФ регулирование носит в основном бланкетный, или отсылочный характер.
Что касается содержания гражданско-правового статуса религиозных организаций, то есть совокупности прав и обязанностей религиозных организаций в случае их участия в гражданско-правовых отношениях, то они закреплены в нормах ГК РФ, регулирующих деятельность юридических лиц в целом, и уставных документах религиозных организаций, которые не могут противоречить нормам действующего светского законодательства. В качестве примера можно привести вышеуказанный Устав РПЦ.
Стоит заметить, что до сих пор не отменен Гражданский устав РПЦ , принятый Священным Синодом 31 января 1991 года, отдельные положения которого посвящены имущественным вопросам. Как отмечает А.Б. Габуев, положения Устава РПЦ, Типового устава прихода РПЦ и Гражданского устава РПЦ противоречат нормам российского законодательства о невозможности существования двух и более собственников (недолевых и несовместных) на одно имущество . Конечно, можно сказать, что в повторяющейся из документа в документ фразе «является имуществом Русской Православной Церкви» не содержится указание именно на право собственности. Но в этом случае стоит вспомнить, что, во-первых, нет вещного права более полного, чем собственность; во-вторых, ограниченные вещные права возникают только по воле собственника, которым здесь является приход, и наделение епархии, например, правом оперативного управления превратило бы ее в учреждение.
Вопрос выходит за рамки одной лишь теории, когда положения церковных уставов кладутся в мотивировку судебных решений.
Так, например, местная религиозная организация Прихода Димитриевской церкви села Поселки Кузнецкого района Пензенской области Пензенской Епархии РПЦ (далее - приход РПЦ) обратилась в Арбитражный суд Пензенской области с иском о признании права собственности на здание Храма св. Димитрия Солунского в селе Поселки (далее - Храм) по приобретательной давности. Ответчиком выступала администрация Кузнецкого района Пензенской области. Суд первой инстанции требования удовлетворил. Между тем с 1992 года община, проводившая богослужения в Храме, не принадлежала к РПЦ. Настоятель и прихожане по собственной инициативе перешли в лоно Российской православной свободной церкви. В 1998 году община присоединилась к другой централизованной религиозной организации - Истинно православной церкви. Именно последняя инициировала пересмотр дела в апелляционном, а затем и в кассационном порядке.
Постановлением Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 12 марта 2013 года дело было направлено на новое рассмотрение в суде первой инстанции с рекомендацией о необходимости исследования церковных уставов и привлечения в качестве третьего лица Пензенской Епархии РПЦ. При новом рассмотрении дела в первой инстанции в качестве третьего лица также была привлечена Истинно православная церковь. Право на Храм снова было признано за Приходом РПЦ. Решение было оставлено без изменений в апелляционной и кассационной инстанциях. При этом суды не расценили в качестве нарушения непрерывности давностного владения факт выхода общины из юрисдикции РПЦ и факт создания Прихода РПЦ как юридического лица лишь в 2008 году. В мотивировочной части решения давались ссылки в том числе на церковные уставы: «В п. 39 Гражданского устава Прихода Димитрия Солунского предусмотрено, что в случае прекращения деятельности прихода, равно как и смены вероисповедальной принадлежности или перехода в другую юрисдикцию, здания, сооружения, предметы культа и иное имущество... переходит к правопреемнику в лице Пензенской Епархии РПЦ. В связи с этим переход настоятелей храма под другую юрисдикцию... а также принятие в 2008 году Кузнецким районным судом Пензенской области решения о прекращении деятельности религиозной организации с. Поселки Кузнецкого района Пензенской области в качестве юридического лица и исключении ее из ЕГРЮЛ... не привели к прерыванию давностного владения в целях признания права собственности на спорное здание» . Кроме того, судом была сделана ссылка на положение пункта 17 Гражданского устава РПЦ о владении имуществом прихода на основе подотчетности.
Логика суда здесь следующая: поскольку имущество прихода РПЦ является одновременно имуществом соответствующей епархии, в случае ликвидации прихода или его выхода из структуры РПЦ имущество продолжает оставаться на «балансе» епархии как «правопреемника» до тех пор, пока не будет создана новая местная религиозная организация, которая тоже станет правопреемником ликвидированного прихода и продолжит давностное владение. Все это не согласуется с положением об отсутствии универсального правопреемства при ликвидации юридического лица (ст. 61 ГК РФ) и требованием непрерывности давностного владения (ст. 234 ГК РФ).
Обращение судов к уставам религиозных организаций обосновывалось статьей 15 Закона о свободе совести, признающей право религиозных организаций действовать в соответствии со своими внутренними установлениями, с которым корреспондирует обязанность государства эти внутренние установления уважать. Здесь следует заметить, что, во-первых, это относится только к внутренним установлениям, не противоречащим законодательству Российской Федерации; во-вторых, исходя из статьи 123.26 ГК РФ уставы и внутренние установления - не тождественные понятия . Норма этой статьи об осуществлении религиозными организациями своей деятельности на основе уставов вступила в силу лишь спустя два года после завершения дела.
Надо отметить, что предусмотренную уставами утрату приходом права собственности на имущество при переходе в другую юрисдикцию одни авторы оценивают скорее положительно, чем отрицательно, видя в ней средство против церковных расколов . По тем же соображениям другие авторы предлагают наделять местные религиозные организации не правом собственности, а правом оперативного управления с объемом правомочий, аналогичным объему правомочий бюджетного учреждения .
Как представляется, свобода совести и принцип светского государства, закрепленные в Конституции Российской Федерации, требуют имущественной самостоятельности приходов как юридических лиц и признания приоритета гражданского законодательства в регулировании вопросов собственности. Приравнивать приходы к бюджетным учреждениям нельзя уже хотя бы в силу положения пункта 1 статьи 8 Закона о свободе совести, определяющего религиозную организацию как добровольное объединение граждан, созданное для совместного исповедания и распространения веры, в то время как учреждением согласно пункту 1 статьи 123.21 ГК РФ признается унитарная некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций.
Это имеет особое значение с учетом того, что согласно статье 10 Закона о свободе совести устав религиозной организации должен отвечать требованиям гражданского законодательства. Нарушение этого требования является основанием для принудительной ликвидации религиозной организации.
Таким образом, можно утверждать, что вопросы принадлежности имущества централизованной или местной религиозной организации требуют своего законодательного урегулирования. Здесь заслуживает внимание предложение А.Б. Габуева о дополнении ст.16 ФЗ - № 125 положением, согласно которому централизованные религиозные организации не будут иметь права на имущество местных религиозных организаций, которое не было передано последним такими централизованными организациями .
При анализе гражданской правосубъектности религиозных организаций необходимо принимать во внимание и то обстоятельство, что коммерческая и иная хозяйственная деятельность таких организаций должна соответствовать и требованиям религиозной доктрины, канонического права, так как их несоблюдение позволит утверждать о нарушении положения ст.123.26 ГК РФ о том, что «религиозные организации действуют в соответствии со своими уставами и внутренними установлениями, не противоречащими закону». В теории же под внутренними установлениями обычно понимают нормы религиозного права, положения локальных актов религиозной организации , обычаи, традиции и правила поведения . Например, статус внутренних установлений у мусульман имеет Книга правил, «откровения Всевышнего Аллаха «аль-Кур'ана», Сунна Посланника Аллаха Мухаммеда, нормы Шариата .
Таким образом, рассмотрение вопроса исходя из замысла законодателя, фактического содержания закона и даже с компаративистских позиций позволяет утверждать, что включение в Гражданский кодекс РФ положений о внутренних установлениях религиозных организаций свидетельствует о придании им гражданско-правового значения, которое не ограничивается регулированием их основной деятельности (скорее, наоборот) и может оказывать влияние на любые права и обязанности религиозной организации, проистекающие из гражданского законодательства .
В качестве вывода к данному параграфу стоит отметить, что гражданская правосубъектность религиозных организаций, несмотря на отмеченный выше приоритет норм специального законодательства (ФЗ- № 125) перед нормами ГК РФ, должна все таки регулировать нормами гражданского законодательства, и положения уставных документов религиозных организаций не должны противоречить нормам ГК РФ. Тем не менее, эти религиозные установления также должны учитываться в качестве нормообразующих установлений, определяющих правосубъектность религиозных организаций в гражданских правоотношениях, в первую очередь, связанных с осуществлением этими организациями хозяйственной и коммерческой деятельности.
Выявленная проблема определения имущественных прав на имущество местных религиозных организаций может быть разрешена путем внесения изменений в ст.16 ФЗ-№ 125, где необходимо внести положение, согласно которому централизованные религиозные организации не будут иметь права на имущество местных религиозных организаций, которое не было передано последним такими централизованными организациями.


1.3 Виды религиозных организаций и их место в системе юридических лиц

Как было отмечено ранее в настоящем исследовании, законодательством (ст.8 ФЗ № 125) установлены следующие виды религиозных организаций:
1. Местная религиозная организация - религиозная организация, состоящая не менее чем из десяти участников, достигших возраста восемнадцати лет и постоянно проживающих в одной местности либо в одном городском или сельском поселении.
2. Централизованная религиозная организация - религиозная организация, состоящая в соответствии со своим уставом не менее чем из трех местных религиозных организаций.
Также, данная норма выделяет и такой вид как учреждение или организация, созданные централизованной религиозной организацией, а также учреждение профессионального религиозного образования.
Примерами религиозных групп, действующих на территории России, могут послужить "Караимы", "Учение истины АУМ", "Церковь последнего завета", различные неохристианские ("Церковь Христа", "Новоапостольская церковь" и др.) и сатанинские ("Церковь сатаны", "Южный крест" и др.) группы и пр.; а религиозных организаций - Русская православная церковь (Московского Патриархата), Русская православная старообрядческая церковь, Римско-католическая церковь, Армянская апостольская церковь, Христиане веры евангельской - пятидесятники, Адвентисты седьмого дня, Пресвитерианская церковь, Новоапостольская церковь и пр.
Лучше всего проиллюстрировать типовое устройство религиозной организации на примере Русской Православной Церкви, где, согласно уставным документам этой централизованной религиозной организации, в качестве субъектов, или самостоятельных юридических лиц могут выступать как сама РПЦ, так и митрополии, экзархии, приходы, монастыри, братства и сестричества, духовные учебные заведения, зарегистрированные в качестве юридических лиц.
В качестве «низовой» местной религиозной организации РПЦ выступает приход. Так, например, в Типовом Уставе прихода РПЦ указано, что «Местная религиозная организация православный приход .... ...епархии Русской Православной Церкви, в дальнейшем тексте настоящего Устава именуется "Приход", является добровольным объединением совершеннолетних граждан Российской Федерации, объединившихся в целях совместного исповедания и распространения православной веры.
Приход принадлежит централизованной религиозной организации Православная религиозная организация ... епархия Русской Православной Церкви, в дальнейшем тексте настоящего Устава именуемой Епархия, входит в структуру и юрисдикцию данной Епархии, является ее каноническим подразделением.
Приход находится под начальственным наблюдением и высшим руководством Епархиального архиерея Епархии, в дальнейшем тексте настоящего Устава именуемого "Епархиальный архиерей", и под руководством назначенного Епархиальным архиереем Настоятеля данного Прихода, именуемого в дальнейшем тексте настоящего Устава "Настоятель".
Приход осуществляет свою деятельность в соответствии с Уставом Русской Православной Церкви, принятым Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 2000 г. (в дальнейшем тексте настоящего Устава именуемого «Канонический Устав Русской Православной Церкви» и другими внутренними установлениями Русской Православной Церкви, в соответствии с постановлениями Поместного Собора, Архиерейского Собора, определениями Священного Синода Русской Православной Церкви, указами и распоряжениями Патриарха Московского и всея Руси, уставом Епархии, указами и распоряжениями Епархиального архиерея, а также настоящим Уставом.
Приход соблюдает законодательство Российской Федерации.
Приход в своей деятельности подотчетен Епархиальному архиерею. Приход исполняет решения Епархиального собрания и Епархиального совета Епархии.
1.5 Приход является юридическим лицом, обладает на праве собственности, безвозмездного пользования или на ином имущественном праве обособленным имуществом. Приход несет самостоятельную ответственность по своим обязательствам.
Приход не отвечает по обязательствам Епархии и Епархия не отвечает по обязательствам Прихода.
Приход может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.
Приход открывает банковские, в том числе валютные, счета в банках и иных кредитных организациях» .
В территориальном отношении Русская Православная Церковь подразделяется на Самоуправляемые Церкви, Экзархаты и епархии. Самоуправляемые Церкви, входящие в состав Московского Патриархата, осуществляют свою деятельность на основе и в пределах, предоставляемых специальным Патриаршим Томосом (грамотой), издаваемым в соответствии с решениями Поместного или Архиерейского Собора. Решение об образовании или упразднении Самоуправляемой Церкви принимается Архиерейским Собором, им же определяются ее территориальные границы и наименование. Экзархат представляет собой объединение епархий по национально-региональному принципу. Такое объединение возглавляет Экзарх в сане архиепископа или митрополита, избираемый Священным Синодом и назначаемый Патриаршим Указом. Таким образом, Русская Православная Церковь представлена всеми видами религиозных организаций, местными, централизованными и отдельными учреждениями.
В связи с этим может возникнуть вопрос о правовом статусе этих структурных единиц – епархий, экзархатов, самоуправляемых церквей. Можно ли их причислить к самостоятельным юридическим лицам, или они все-таки несамостоятельные структурные подразделения РПЦ, по типу филиалов и представительств. Здесь стоит согласиться с мнением С.П. Гришаева о том, что включение этих и иных подобных религиозных учреждений в состав религиозной организации в качестве элемента структуры более логично по сравнению с вхождением в состав религиозной организации самостоятельных юридических лиц. В ФЗ-№ 125 не раскрывается понятие «отделение» и его отличия от филиалов и представительств. Очевидно, это синонимичные понятия. В качестве отделений могут, например, выступать такие образования, как монастырь, подворье в православии .
Если обратить к организационным формам других религиозных конфессий, то, к примеру, ислам не имеет единой централизованной религиозной организации типа церкви. Тем не менее, в исламе, как и в РПЦ, существуют специальные образовательные учреждения – медресе, готовящие служителей культа. На базе ислама формируется единая общность—умма. Первичной же организационной единицей в исламе выступает религиозная община, которая регистрируется в качестве юридического лица. Например, решение о регистрации местной религиозной организации мусульман г.Михайлова и Михайловского района Рязанской области было принято 21 июля 2017 года. Соответствующая запись о новой некоммерческой организации была внесена 25 июля в Единый государственный реестр юридических лиц . Кроме того, в настоящее время в России существует более 60 Духовных управлений мусульман. Каждое из них осуществляет свою деятельность в собственной республике или регионе и самостоятельно выстраивает отношения с региональными и местными властями. Тем не менее организационно они оформлены в рамках трех крупных региональных объединений, официально представляющих интересы мусульманского сообщества перед лицом федеральной власти, и зарегистрированных в качестве централизованных религиозных организаций:
1. Совет муфтиев России (СМР).
2. Центральное Духовное управление мусульман (ЦДУМ).
3. Координационный Центр мусульман Северного Кавказа (КЦМСК).
Примером местной мусульманской религиозной организации в г. Пенза будет «Соборная мечеть» .
Таким образом, для исламских религиозных организаций реализуется та же схема структурирования, как и для РПЦ.
Таким образом, для всех конфессии в РФ предусмотрено два вида религиозных организаций – централизованные и местные. Также выделяются и приравниваются к религиозным организациям учреждения, созданные централизованной религиозной организацией, а также учреждение профессионального религиозного образования. В настоящее время также усиленно обсуждается концепция «традиционной» религиозной организации, которая имеет как своих сторонников, так и противников. Так, по мнению И.А. Тарасевич «наделение отдельных религиозных сообществ особым юридическим статусом, традиционным на данном этапе развития российского общества, крайне важно для укрепления религиозной, а значит, и национальной безопасности России» . В Государственную Думу был внесен соответствующий законопроект .
Но есть и противники такого видового выделения отдельных конфессий, полагая, что это приведет к ущемлению прав представителей иных, «нетрадиционных» конфессий, и что приводит к своего рода подмене режима нормативно-правового регулирования государственно-конфессиональных отношений, основанного на Конституции РФ и законодательстве, режимом конкордатного регулирования, когда отдельные религиозные объединения получают те или иные льготы и имущественные привилегии .
Последняя точка зрения нам представляется более обоснованной, так как она базируется на конституционном принципе светскости российского государства. На сегодняшний день Конституция Российской Федерации прямо закрепляет принцип светского государства и отделения религиозных объединений от публичной власти. Поэтому реализация свободы совести и свободы вероисповедания не должна зависеть от приобретения статуса юридического лица общностью граждан или признания за такой организацией особого привилегированного статуса. Отдельные лица и их группы должны быть свободны в практике отправления избранного ими культа, и эта свобода должна также выражаться в равноправии различных конфессий, при условии, разумеется, что цели деятельности таких организаций не вступают в противоречие с базовыми ценностями государства и общества, закрепленными на конституционном уровне.
Поэтому представляется, что равноправие организационно-правовых форм религиозных организаций всех конфессий нужно сохранить в законодательстве с целью обеспечения конституционно предусмотренной возможности свободной реализации физическими лицами права на отправление своего культа. Но при этом необходимо более детально разработать и закрепить элементы правового статуса, как это имеет место, например, в отношении общественных объединений.


ГЛАВА 2. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РЕЛИГИОЗНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ

2.1 Статус религиозных организаций

В предыдущей главе был исследован вопрос о правосубъектности религиозных организаций. Правосубъектность любого лица неразрывно связана с его правовым статусом. Само понятие «статус» происходит от латинского слова status - состояние, положение. Юридическая энциклопедия под редакцией М.Ю. Тихомирова определяет «статус» как правовое положение (совокупность предусмотренных законодательством прав и обязанностей) . Аналогичное определение данному термину дается и в Большом энциклопедическом словаре .
Понятие «правовой статус» рассматривается учеными, проводящими исследования в различных областях права. В теории государства и права данный термин рассматривается как одно из ключевых общетеоретических понятий. Стандартно в рамках данной дисциплины рассматриваются понятие и элементы правового статуса физических лиц (личности) и юридических лиц (организаций, органов, учреждений и т.п.). В конституционном праве традиционно рассматривается правовой статус личности, Российской Федерации и субъектов, входящих в ее состав. В административном праве анализу подвергается административно-правовой статус физических и юридических лиц с одной стороны и органов государственной власти с другой. В гражданском праве делается упор на правовой статус лиц как равноправных участников гражданских правоотношений. Частично этот вопрос был рассмотрен выше, но, как представляется, правовой статус религиозных организаций необходимо рассмотреть более комплексно, в его взаимосвязи с участием религиозных организаций не только в гражданско-правовой сфере, но и в отношениях, регулируемых другими отраслями права.
Прежде чем делать выводы о том, какие компоненты входят в содержание понятия «правовой статус религиозной организации», необходимо проанализировать, как рассматривали понятие «правовой статус» другие ученые, прежде всего ученые специалисты в области конституционного и администртивного права, так как именно в этих областях права наиболее полно исследуется понятие правового статуса.
Так, например, В.С. Четвериков под правовым статусом понимает компетенцию и полномочия органа власти . Д.Н. Бахрах пишет: «...правовой статус - это правовое положение личности или цели, задачи, функции, организационно-правовая структура и компетенция» . Основные элементы правового статуса он делит на три блока: целевой (назначение), структурно-организационный (процедуры образования и ликвидации субъекта права), компетенционный (совокупность властных полномочий субъекта). Н.Г. Салищева в статусе органов исполнительной власти выделяет такие компоненты, как целевой блок, организационный блок, компетенционный блок, ответственность. «Целевой блок определяет цели, задачи и функции органа исполнительной власти, организационный блок - порядок формирования (учреждения) данного органа, его структуру и штат государственных служащих; компетенционный блок содержит перечень полномочий (прав и обязанностей) органа исполнительной власти в целях обеспечения выполнения возложенных на него функций» . Н.М. Конин правовой статус понимает как совокупность прав, свобод и обязанностей гражданина, компетенцию организации (юридического лица) . А.А. Акмалова и В.М. Капицин дают такое определение термину «правовой статус»: это юридически зафиксированное положение субъекта (личности, организации, государства, государственного органа) в государстве, обществе, мировом сообществе. Он закрепляет фактический (социальный) статус субъекта, его реальное положение в обществе. Правовой статус есть признанная государством совокупность полномочий государственного органа или должностного лица, с помощью которых они выполняют свои социальные функции . В.В. Долинская в состав правового статуса включает такие элементы, как: 1) правовые основы деятельности лица; 2) условия, при которых лицо становится субъектом права (вопросы организации данного лица); 3) правосубъектность лица; 4) условия прекращения его деятельности .
Проанализировав вышеприведенные точки зрения, мы можем сделать вывод о том, что правовой статус различных органов и организаций, государственных и негосударственных, рассматривается современными учеными в узком (классическом) и широком смыслах. В узком он представляет собой совокупность прав и обязанностей органа или организации, собственно компетенцию. В широком смысле в понятие правового статуса помимо компетенции включаются также такие элементы, как: 1) правосубъектность; 2) ответственность; 3) цели деятельности; 4) организационно-правовая структура; 5) политическая и государственно-правовая характеристики; 6) место в системе аналогичных субъектов; 7) основы взаимоотношений с аналогичными субъектами.
Не оспаривая мнение сторонников «узкой» точки зрения о том, что обязательным элементом правового статуса любого субъекта правоотношения является его компетенция в классическом понимании данного термина, т.е. рассматривая ее как совокупность прав, обязанностей, предметов ведения и целей деятельности , тем не менее, более предпочтительной представляется «широкая» трактовка данного понятия, в соответствии с которой под правовым статусом понимаются как общий правовой статус (установленный Конституцией), так и существующие на его основе и реализуемые в конкретных правоотношениях отраслевой правовой статус (определяемый нормами конкретной отрасли права), межотраслевой (определяемый комплексными правовыми институтами) и специальный правовой статус (связанный с реализацией норм ответственности) .
Несомненно, что широкая точка зрения на данный вопрос более полно отражает реальное положение религиозной организации в общей совокупности некоммерческих организаций, которые хотя и образуются в соответствии с нормами гражданского права, но главной целью своего существования обозначают достижение не коммерческих, а скорее публично-значимых целей, общих для целых групп общества. На наш взгляд, правовой статус религиозных организаций проявляется не только в их собственной компетенции как участников гражданского правооборота, но и во взаимоотношениях с другими некоммерческими организациями, иными институтами гражданского общества и отдельными гражданами, независимо от их конфессиональной принадлежности.
Однако включение всех вышеперечисленных элементов, предлагаемых различными учеными, в понятие правового статуса религиозной организации, на наш взгляд, является неприемлемым.
Рассмотрим подробнее элементы, предлагаемые для включения их в понятие правового статуса религиозной организации.
1. Правосубъектность религиозной организации. Н.В. Витрук писал, что «правосубъектность - самостоятельная правовая категория, существующая наряду с правами и обязанностями и свидетельствующая о правовой способности лица иметь права и обязанности, быть их носителем на любой стадии их проявления, в том числе самостоятельно (своими действиями) либо через законных представителей приобретать, осуществлять, изменять и прекращать, а также отвечать за неправомерную реализацию и исполнение» .
Определение, данное Н.В. Витруком данному понятию, соответствует общепринятому определению понятия «правоспособность», т.е. он рассматривает его как общую, абстрактную возможность иметь предусмотренные законом права и обязанности, способность быть их носителем. А.В. Малько и Н.И. Матузов, напротив, считают, что правосубъектность - понятие сложное, собирательное, которое включает в себя следующие элементы: 1) правоспособность; 2) дееспособность; 3) деликтоспособность, т.е. способность отвечать за гражданские правонарушения (деликты); 4) вменяемость - условие уголовной ответственности для физического лица . Е.О. Адарченко считает, что правосубъектность юридических лиц заключается прежде всего в их компетенции, которая представляет собой определенный круг задач, функций, прав и обязанностей, форм и методов их работы .
Если правосубъектность рассматривать как компетенцию религиозных организаций, включение данной составляющей в понятие правового статуса такой организации теряет смысл, поскольку именно ее рассматривают в качестве главного компонента содержания правового статуса сторонники «узкой» точки зрения. Если же рассматривать данное понятие с точки зрения, предложенной А.В. Малько и Н.И. Матузовым, то включать его в понятие правового статуса религиозных организаций, несомненно, имеет смысл. Далее мы будем исходить именно из этой точки зрения.
2. Ответственность религиозной организации. Является очевидным, что ответственность является одним из существенных элементов правового статуса для любого лица, в том числе – и для религиозной организации. Несмотря на то, что ст.26 ФЗ № 125 прямо не указывает религиозные организации как субъекты ответственности за нарушения данного Закона, анализ этого Закона и других законодательных актов, который будет приведен в параграфе 3 настоящего исследования, позволяет утверждать, религиозные организации могут нести ответственность за свое противоправное или недобросовестное поведение. Таким образом, можно сделать вывод о том, что ответственность религиозной организации является важным элементом ее правового статуса, поскольку существенно влияет на реализацию данным субъектом правоотношения своих полномочий.
3. Цели деятельности религиозной организации. Несомненно, что как и другие организации, религиозные организации создаются с определенными целями, для решения определенных задач, стоящих перед такой организацией. Как было отмечено ранее на основе анализа ст.6 ФЗ № 125, целью создания любого религиозного объединения является совместное исповедание и распространения веры, причем, такая цель присуща исключительно религиозным объединениям, а значит – и религиозным организациям. Следовательно, данный элемент требует своего включения в состав правового статуса религиозной организации.
4. Организационно-правовая структура религиозной организации. Необходимость выделения в правовом статусе такого элемента, как организационно-правовая структура религиозной организации, на наш взгляд, не подлежит сомнению. Любая некоммерческая организация, корпоративная или унитарная, представляет собой четко структурированное образование, соподчиненную систему, обусловливающую единство данного органа и способствующую решению стоящих перед ним задач.