Магистерская работа по политологии на тему Эволюция политического сознания масс Веймарской Республики

Введение

Актуальность работы. Веймарская республика возникла в условиях поражения Германии в мировой войне. Травма мировой войны существенно предопределила отношение немецких правых к республике и памяти войны. Веймарская республика принесла Германии не только демократизацию политической системы, массовизацию политической жизни, многоплановость культурных проявлений, но и стремление к политической альтернативе, антидемократической атаке демократического, что делало политическую культуру динамичной и агрессивной. Германский национализм Веймарской республики был многоликим. В нем проявлялось сочетание преемственности кайзеровского времени и современности, с его антисемитским атрибутом, усиленным и актуализированным в годы республики, и персонифицированным в лицах Веймара. В области политической пропаганды использовался образ устрашения, который во многом усиливался обращением к советской политической системе Советской России в качестве наглядного воплощения «господства еврейства». Уделение внимания исключительно национал-социалистическому движению объясняется его политической победой над демократией. Однако националистический проект модерна не ограничивался только национал-социализмом и имел иные каналы политической трансляции импульса, заданного Великой войной, точнее сказать переживаниями этой войны, которые теплились в душах их участников. Если германский национализм XIX в. стремился к политической интеграции и оформлению единого германского государства, то национализм Веймарской республики был направлен на трансформацию государственной системы, изменению политического ландшафта с тем, чтобы преодолеть боль и стыд поражения, обновить содержание германского государства, сделав его националистическим. Такой процесс приводил к сочетанию различных идеологических моделей и использованию противоречивых политических союзов.
Цель работы – показать процесс эволюции политического сознания масс Веймарской республики в условиях выбора между демократическими и национальными ценностями
Задачи: изучить влияние итогов на формирование политического сознания;
рассмотреть насколько Веймарская конституция соответствовала ожиданиям народных масс;
проанализировать выборы Рейхстага и Президента, политические партии и их программы.
изучить партии демократической, либерально-консервативной, радикальной направленности;
выделить факторы неполитического характера, повлиявшие на эволюцию политического сознания масс Веймарской Республики.
Объект проблемы – политическая история Веймарской Германии; предмет - эволюция политического сознания.
Степень научной изученности проблемы. Проблемы, связанные с освещением советско-германских отношений в годы Веймарской республики, нашли свое отражение в публикациях А.Е. Иоффе, С.Р. Сухорукова, И.С. Галкина, Н.И. Копычева Л. В работах этих авторов показана эволюция исследования проблемы советско-германских отношений 1917 - 1933 годов в советской исторической литературе. Были выделены основные этапы становления советской историографии советско-германских отношений в годы Веймарской республики и проанализированы ее различные аспекты. Названные авторы приходят к выводу о том, что советская историческая наука проделала большую работу в изучении советско-германских отношений в период Веймарской республики.
Исследования по партийно-политическим структурам Веймарской Германии, появившиеся в 1980-х гг., содержали острую критику буржуазно-демократических основ парламентско-партийной системы и политики правящих кругов, неспособности ведущих политиков к компромиссам. Имелись зарисовки некоторых глав кабинетов, главным образом, в контексте анализа отдельных политических партий (СДПГ, ГДП, ГНП, ПЦ), революционных событий (1918–1919 гг., 1923 г.). Клише «сторонники буржуазной демократии» определяло характеристику всей их деятельности как малоэффективной, обусловившей приход Гитлера к власти.
В начале 1990-х гг. в связи с демократизацией России снова проявился угасший было интерес к истории Веймарской Германии. Во многом этому способствовала конференция, проведенная в 1996 г. в Челябинске, где российские историки-германисты предприняли научную попытку сравнения двух демократий – Веймарской и Боннской. На обновленных теоретико-методологических основах за счет внедрения принципа методологического плюрализма расширился круг источников и изучаемых проблем, появились новые глубокие исследования по истории Веймарской Германии.
До начала 1990-х гг. единственной работой обобщающего плана по Веймарской Германии была монография Я.С. Драбкина. В новых условиях в общегерманском контексте историю Веймарской республики рассматривали А.Ю. Ватлин, коллектив западносибирских ученых под руководством Ю.В. Галактионова, А.И. Патрушев. Попытка пересмотра негативной оценки советскими историками политики ведущих партий веймарского периода и их лидеров была предпринята М.Е. Ериным, А.Р. Давлетовым, С.М. Горшковым, С.М. Ткачевым. Особый интерес представляет монография О.Ю. Пленкова по исследованию национальных мифов в Веймарской Германии.
В отечественной историографии имеются немногочисленные исследования в этой области. Среди них, в первую очередь, следует назвать монографию В.А. Артемова и Е.В. Кардашовой о первом рейхспрезиденте Веймарской Германии, социал-демократе Фридрихе Эбертее В работе показана трагедия политика, который в условиях острых классовых противоречий попытался стать надпартийным, народным президентом, к чему общество было не готово.
Одной из особенностей развития современной гуманитарной науки является тенденция к междисциплинарному синтезу знаний и появлению исследований на стыке нескольких фундаментальных дисциплин. Изучение различных форм, тенденций, специфики массового политического поведения немцев в первой половине ХХ века, осуществляемое в рамках политической психологии, важно не только для объективного, разностороннего понимания истории Германии, но и для создания методологической базы исследования политического поведения. Нацизм как социально-политический, идеологический и морально-психологический феномен не может быть объективно рассмотрен вне категорий политического поведения народных масс и анализа массового сознания.
По ряду причин тема исследования взаимодействия политического поведения человека в массовом обществе и идеологии нацизма не получила должного научного осмысления в советской историографии. Данная ситуация связана с апологетикой действий народных масс в советской исторической науке и анализом политической активности только в рамках классового сознания. Однако, В. Райх, немецкий психолог-коммунист, одним из первых проанализировал и связал воедино политическое поведение масс, фашизм и тоталитаризм. Исходным пунктом его видения фашистской диктатуры как результата структуры психологии масс является то, что «как политическое движение фашизм отличается от других реакционных партий тем, что в качестве его носителя и поборника выступают народные массы. Фашизм - это не чисто реакционное движение, он представляет собой сплав мятежных эмоций и реакционных социальных идей» Райх связывает германский фашизм с иррациональным политическим поведением народных масс. Истоки нацизма лежат в особом слое человеческой психики, а массовое нацистское движение является политическим проявлением иррациональной совокупности характерологических реакций человека- массы.
Методологическая основа исследования. При написании работы были использованы такие методы, как анализ, синтез, индукция, исторически-правовой и др. методы.
Структура работы. Работа состоит из введения, основной части, разделенной на три главы и параграфы, заключения, списка литературы и приложений.
I Условия формирования политического сознания масс Веймарской республики.

1.1.Итоги I мировой войны. Версаль

На Парижской мирной конференции (открылась в Версале 18 января 1919 г., представлены 27 государств) судьба Германии решалась без неё . Всё послевоенное устройство Европы и мира, в том числе и судьба Германии, определялось Советом четырёх (В. Вильсон, Д. Ллойд Джордж, Ж. Клемансо и В. Орландо) и «Большой тройкой» (В. Вильсон, Д. Ллойд Джордж, Ж. Клемансо), т.е. США, Великобританией и Францией. Государственный секретарь США в 1915 - 1920 гг. Роберт Лансинг утверждал, что доминирующей фигурой на Парижской мирной конференции, «самым сильным из сильных людей, участвовавших в парижских переговорах», был французский премьер Жорж Клемансо . Немцам это обстоятельство не сулило ничего хорошего. Ж. Клемансо был настроен решительно антигермански и собирался поставить в Париже Германию на колени. По словам Р. Лансинга, на заседаниях Парижской мирной конференции царил непримиримый деспотизм Клемансо. Изначально он обозначил главную территориальную претензию Франции за счёт Германии: её восточная граница должна проходить по Рейну.
«Официальное открытие Парижской мирной конференции, - отметил в своей монографии по истории международных отношений в Европе в 1919 -1939 гг. российский историк Д. С. Демидов, - состоялось 18 января 1919 г. То был памятный день в европейской истории. В этот день в 1701 г. бранденбургский курфюрст провозгласил себя королём Пруссии и на германскую и европейскую сцену вышла новая сила - прусский милитаризм. В тот же день, 18 января 1871 г., в Версале победитель во франко-прусской войне О. фон Бисмарк провозгласил создание Германского рейха, второй германской империи, той самой, которая развязала Первую мировую войну» .
Открывая конференцию, президент Франции Раймон Пуанкаре заявил: «Господа, ровно 48 лет назад в Версальском дворце была провозглашена Германская империя. Сегодня мы собрались здесь, чтобы разрушить и заменить то, что было создано в тот день» . Могущественное трио собиралось каждое утро и во второй половине дня в отеле «Бишофсгейм» или в кабинете Ж. Клемансо. Английский дипломат (в будущем автор крупных трудов по истории дипломатии и дипломатическому искусству) Г. Никольсон красочно описывал, как, склонившись над расстеленной на полу географической картой, в спорах и сомнениях «великая троица» делила европейские и неевропейские территории, «словно три ведьмы в «Макбете». Оценивая ту роль, которую играли лидеры Антанты и США в процессе мирного урегулирования, один из корреспондентов справедливо отмечал: «Никакие три короля или императора никогда не имели такой власти над судьбами народов, как «большая тройка» в Париже .
Немецкую делегацию (её возглавлял министр иностранных дел у. фон Брокдорф- Ранцау) пригласили в Зеркальный зал Версальского дворца только в конце работы конференции (7 мая) и, не прислушиваясь к её возражениям, вручили ей текст договора . «Конференция открылась 18 января 1919 г. - говорилось в официальном издании НКИД СССР 1925 г. - Более трёх месяцев она работала без участия немцев. Лишь 18 апреля 1919 г. немцы были приглашены явиться в Версаль, чтобы получить там составленный союзниками и объединившимися державами текст мирных прелиминариев» . 21 апреля состав германской делегации был определён в Берлине. Во главе её был назначен германский министр иностранных дел, будущий посол Германии в Москве, граф у. фон Брокдорф-Ранцау, а далее следовали: министр Ландсберг, Гизбертс, Лайнерт, доктор Мельхиор и профессор Шюкинг. «По приезде в Версаль в ночь на 29 апреля немецкая делегация была строго изолирована, а в непосредственный контакт с самой конференцией она вступила лишь 7 мая и при этом - в первый, последний и единственный раз вплоть до самого подписания мира».
Условия Версальского мирного договора превышали самые худшие опасения германской стороны (сама германская делегация прибыла в Версаль 29 апреля и у. фон Брокдорф-Ранцау надеялся, что германский вопрос Антанта в Париже рассмотрит в духе «14 пунктов» В. Вильсона). По возвращении из Версаля германские делегаты во главе с у. фон Брокдорф-Ранцау заявили, что «условия мира невыносимы, поскольку Германия не может принять их и продолжать достойно существовать».
Германия теряла восьмую часть территории (13,5% её довоенной площади) с населением в 7,3 млн. человек (10% довоенного населения), из которых 3,5 млн. - были немцами.
По В. Молодякову, «точные данные о том, что получили от Германии другие страны, таковы:
Польша: 3 854 971 чел. и 8,53% бывшей площади Германской империи;
Франция: 1 874 014 чел. и 2,69 %;
Дания: 166 348 чел. и 0,74 %;
Литва: 141 238 чел. и 0,49 %;
Бельгия: 60 003 чел. и 0,19 %;
Чехословакия: 48 446 чел. и 0,06 %;
Данциг (объявлен «вольным городом» под управлением Лиги Наций): 330 630 чел. и 0,35 %;
Саар (передан под управление Франции по мандату Лиги Наций на 15 лет): 569 376 чел. и 0,36 %.
В сумме это 13,41 % довоенной площади Германии с населением в 7 045 026 чел. Из них этнические немцы - точнее, те, кто во время переписи населения 1910 г. назвал своим родным языком немецкий, - составляли примерно половину (3 558 023 чел.). В данную статистику не попали 3,5 млн. судетских немцев, оказавшихся гражданами Чехословакии, поскольку до войны они были подданными Австро-Венгрии» . Из-за Версаля Германия потеряла 6,476 млн. немцев .
Справочные немецкие издания называют территориальные потери Германии в 73485 км2 с населением в 7 млн 325 тыс. человек. Если в 1914 г. население Германии составляло 67892000 человек, то в 1921 г. - только 59360000, территории - 540587 км2 и 467302 км2 соответственно . По Г. Нндхарту, Германия потеряла 13% территории и 10% населения . Эльзас-Лотарингия возвращалась Франции, Северный Шлезвиг - Дании (после плебисцита). Бельгия получила Эйпен и Мальмёди и область Морене, ще 80% населения были немцами. По Г. А. Винклеру, «наиболее тяжёлыми среди многочисленных территориальных уступок, которые союзники потребовали от Германии, была потеря территорий на востоке империи» . Польше отходили основные территории провинции Познань и Западной Пруссии, а также небольшие территории в Померании, Восточной Пруссии и Верхней Силезии. Чтобы обеспечить польскому государству выход к морю, в районе устья реки Висла и г. Данцинга был создан коридор («польский» или «данцигский» коридор), отделивший Восточную Пруссию от остальной Германии. «Самые большие трудности возникли при определении границ вновь создаваемой Полыни - отмечают российские авторы в первом томе «Системной истории международных отношений». - Союзники решили создать «сильную Польшу», способную противостоять и Советской России, и Германии. С этой целью Польша должна была получить после проведения референдумов на протяжении 1920 - 1921 гг. территории, которые Пруссия приобрела и ходе исторических разделов Полыни в XVIII в. Кроме того, Германия лишилась части Восточной Пруссии и провинции Позен, из которых был сформирован так называемый Польский (Данцигский) коридор, который обеспечивал новому государству выход к морю. Германская Восточная Пруссия таким образом была «разрезана» территорией Польши. В результате приобретения коридора под польской юрисдикцией оказались районы, в которых проживало более 2 млн. немцев. Новая Польша оказалась многоэтничным образованием, в котором помимо поляков проживали весьма крупные общины украинцев, белорусов и немцев, нелояльные к Польскому государству.
Кроме того, из-под юрисдикции Германии были изъяты и переданы под контроль Лиги Наций крупные восточнопрусские порты на Балтике - Данциг (Гданьск) и Мемель (Клайпеда). 11 января 1923 г. Литва предприняла военную операцию с целью занятия Мемеля, хотя это был город с преобладающим немецким населением. Расквартированный в городе французский контингент под флагом Лиги наций под давлением литовских вооружённых сил был вытеснен из города. Прибывшая затем комиссия представителей союзных держав после изучения обстановки на месте представила свои рекомендации, на основании которых 16 февраля 1924 г. Мемельский край с портом Мемель был сохранён за Литвой с обязательством предоставить ему автономию. Вопрос был окончательно урегулирован с подписанием послами Франции, Великобритании, Италии и Японии Мемельского статута 8 мая 1924 г.»
Немецкий город Данциг был объявлен «вольным городом» под верховным управлением Лиги Наций, но включался в польские таможенные границы. В особую политико-географическую зону был выделен Саар, который передавался на 15 лет под управление Лиги Наций. Угольные шахты Саара передавались временно Франции . Левобережье Рейна оккупировали войска Антанты, а на правом берегу была создана демилитаризованная зона шириной в 50 километров. Мемель (Клайпеда) переходил под контроль Лиги Наций (в 1923 г. передан Литве). Германия теряла все колониальные владения. 3 млн. км2 и 13 млн. населения Второго рейха передавались на основе системы мандатов Лиги Наций державам-победителям . Ей запрещалось объединение с Австрией . Аншлюс Австрии запрещала статья 80-я Версальского мирного договора. Во время переговоров один из французских делегатов по этому поводу заметил: «Подумайте, что если когда-нибудь Австрия присоединится к Веймарской республике, то тем самым с избытком будут компенсированы для Германии территориальные потери, понесённые ею: Эльзас и Лотарингия и польские земли!» . К сожалению, в 1938 г. эти слова были забыты.
Но как единое государство Германия сохранялась, хотя Франция требовала провести границу по Рейну и образовать Рейнскую республику. Взамен Великобритания и США предложили другое решение: левый берег Рейна и 50-километровая зона вдоль его правого берега получили статус демилитаризованных . Германия обязана была, как и по условиям Компъенского перемирия, нести так называемые «оккупационные расходы» на содержание войск Антанты на своих же оккупационных территориях . С 11 ноября 1918 г. по 30 апреля 1921 г. на эти цели Берлин израсходовал 3640 млрд, золотых марок, в том числе 278067610 долларов уплатил США, 2304850470 франков - Франции, 52881298 фунтов стерлингов - Великобритании, 378731390 бельгийских франков - Бельгии и 15207717 французских франков - Италии .
Территорию, подлежащую оккупации, победители решили разделить на три зоны: для первой, со столицей в Кёльне, был установлен пятилетний срок оккупации, для второй (Кобленц) - десятилетний, для третьей (Майнц) – 15-летний с оговоркой, что эти сроки могут быть сокращены в случае аккуратного выполнения Германией репарационных обязательств. По поводу этого решения вокруг военного вопроса в кулуарах Парижской конференции среди «Большой тройки» и в Совете четырёх шла напряжённая борьба. Сам Ж. Клемансо писал позднее: «В тот самый день, когда я должен был представить текст договора в палату депутатов, Ллойд Джордж атаковал меня, пригрозив, что уедет, если я не соглашусь сократить срок оккупации Рейнской области с 15 до двух лет. Я ответил, что, если он не откажется от своих угроз, я подам в отставку, предварительно объяснив всё парламенту. Если бы Вильсон не поддержал решительно мою позицию, договор в тот день мог бы оказаться перечёркнутым».
Одним из камней преткновения при выработке решений по статьям мирного договора с Германией стала судьба Саарской области. Ж. Клемансо настаивал на включении Саара в состав Франции, но натолкнулся на противодействие В. Вильсона и Д. Ллойд Джорджа. Ссылку французской делегации на то, что с 1793 по 1815 гг. Саарская область была французской, они единодушно отвергли, а итальянский премьер-министр В. Орландо язвительно заметил: «Если стать на эту точку зрения, то Италия может претендовать на всю территорию Римской империи»29. В итоге договорились об особом статусе Саарской области: она переходит на 15 лет под контроль Лиги Наций, её угольные копи будут управляться французами, а через 15 лет судьба Саара (либо возвращение её Германии, либо переход к Франции, либо сохранение контроля Лиги Наций) будет решена референдумом.
Территориальные потери Германии (73,5 тыс. квадратных километров с населением в 7,3 млн. человек) лишали Германию 10% её ежегодных производственных мощностей, 20% объёмов добычи каменного угля, 75% запасов железной руды и 26% выплавки чугуна . Немецкие справочные издания опять же более точны. Они утверждают, что по условиям Версаля Германия теряла в своём ежегодном потреблении 75% цинка, 74,8% железной руды, 28,3% каменного угля, 7,7% свинцовой руды, 4% калия, а также 19,7% ежегодного урожая картофеля, 18,2% ржи, 17,2% ячменя, 12,6% пшеницы и 9,6% овса . Реки Рейн, Эльба и Одер объявлялись свободными для прохода иностранных судов. Германия была обязана передать победителям почти весь военный и торговый морской флот, 800 паровозов и 232 тыс. железнодорожных вагонов (другие источники называют 5 тыс. паровозов и 150 тыс. вагонов), а также поставить в течение 10 лет около 400 млн. тонн угля. Страны- победительницы получили на пять лет режим наибольшего благоприятствования в торговле с Германией . Свободным объявлялось воздушное пространство Германии. 17 июня 1919 г. немецкие моряки сами потопили свой военный флот, интернированный в британской гавани Скапа-Флоу .
Германия обязана была выплатить огромную сумму репараций . Вокруг вопроса о репарациях также развернулся ожесточённый торг, в котором участвовали не только «Большая тройка», но и малые державы. Спор шёл о сумме репараций и о распределении этой суммы между победителями. Британский премьер соглашался отдать 50% репараций Франции, 20% - всем остальным и 30% требовал для Великобритании. Он предложил взыскать с Германии 35 миллиардов долларов, тогда как Ж. Клемансо и его министр вооружений Луи Лушер требовали установить общую сумму репараций не менее 50 млрд . По В. Н. Горохову, «Франция претендовала на 58%, оставляя для Англии 25%. Англия ограничивала долю Франции 50%, увеличивая свою долю до 30%. США предлагала компромиссный вариант: 56% Франции и 28% - Англии»/ В. Вильсон стал запугивать Ж. Клемансо угрозой большевизма, а в конце заседаний заявил, что Германии необходимо дать возможность восстановить как можно скорее свои экономический потенциал, для чего следовало снизить размер репараций. В ответ Ж. Клемансо разгневанно заявил: «Речь идёт о мире, опрокинутом вверх дном, - немцы диктуют нам условия. Нет уж, на это я согласиться не могу» ..
В конце концов Совет четырёх достиг компромисса и по этому вопросу. Было решено общую сумму репараций в текст мирного договора с Германией не включать, а поручить установить её специальной репарационной комиссии, а Германию заставить подписать договор без указания суммы, с тем, что она будет включена в его текст позднее. «Экономические условия договора были не менее жёсткими - заметил Н. В. Павлов - Германия потеряла 50% запасов железной руды, 25% каменного угля, 17% посевных площадей под картофель и 13% - под зерновые. Львиная доля этой территории отошла к вновь образованной после 123-летнего раздела Польше. Были арестованы и секвестированы германские заграничные активы в размере 7 млрд, долл., а также конфискованы многие германские патенты. В течение 10 лет Германия обязывалась поставить Франции до 14 млн. т. угля, Бельгии - 80 млн., Италии - 77 млн. Она должна была также передать союзным державам половину всего запаса красящих веществ и химических продуктов»38. Как видно, оценки Н. В. Павлова несколько расходятся с вышесказанным, но они не выходят из общего контекста характеристики последствий Версальского договора для Германии.
Общую сумму ущерба победители предполагали определить до 1 мая 1921 г. До этого срока Берлину следовало выплатить 20 млрд, марок золотом39, ценными бумагами и товарами, в основном в виде угля, красителей и другой продукции химико-фармацевтической промышленности, скота (в том числе 140 тыс. молочных коров). Процентное соотношение репарационных платежей для каждого государства выглядело так: доля Франции составила 52% (на 6% меньше ею планируемой), Великобритании - 22% (на 8% меньше требуемой), Италии - 10%, на остальных победителей пришлось 16%40.
В ходе международных переговоров 1920 - 1921 гг. для Германии была определена огромная сумма репарационных выплат - 132 млрд, золотых марок. «Версальский договор, - подчёркивал американский историк С. Озмент, - возлагал всю ответственность за войну только на Германию. По нему были назначены военные репарации за связанный с войной ущерб, нанесённый на всех оккупированных немцами территориях, включая стоимость военных пенсий союзников. Это являлось необычной репрессивной мерой. Изначально репарации были оценены в 480 миллиардов марок - более 1700% ежегодного национального дохода Германии. Союзники уменьшили эту цифру в два этапа: до 269 миллиардов в январе 1921 г. и 132 миллиардов следующей весной. Платежи должны были растянуться на тридцать лет» .
Чтобы проводить выплаты по установленному графику на протяжении 30 лет, Германия должна была ежегодно передавать победителям сумму, троекратно превышавшую годовой валовый национальный продукт . С другой стороны, реальные выплаты Германии державам-победительницам оказались на порядок ниже - около 13 млрд, марок (они продолжались до 1932 г.). Тем не менее, на всём протяжении Веймарской республики репарационный вопрос создавал благодатную почву для реваншистской пропаганды, расписывавшей ужасы «кабалы для наших детей и внуков» . Позднее Уинстон Черчилль едко заметит, что «экономические статьи договора [Версальского - В. К.] были злобны и глупы до такой степени, что становились явно бессмысленными» .
По подсчётам Дж. М. Кейнса, фактический ущерб, причинённый войной державам- победительницам, не превышал 42 млрд. 400 млн. золотых марок (если исходить из существовавшего тогда курса: 1 фунт = 20 маркам)/ Платёжеспособность Германии определялась её национальным достоянием, составившим после окончания войны около 263 млрд, марок. Общий платёжный баланс Германии в 1919 г. оценивался Дж. Кейнсом в 40 млрд, золотых марок. Германия располагала, в принципе, достаточными средствами, чтобы выплатить до 1 мая 1921 г. причитавшиеся с неё 200 млрд, марок, но выплатила только 5 млрд, марок золотом .. Союзническая конференция в Париже приняла 29 января 1921 г. постановление, по которому ежегодные репарационные платежи должны были увеличиваться с 2 млрд, золотых марок в 1921 - 1923 гг. до 6 млрд, в 1932-1963 гг. Всего за 42 года Германия должна была выплатить 226 млрд, золотых марок плюс 12% стоимости её экспорта47.
29 апреля 1921 г. в Лондоне вновь собралась конференция по репарационному вопросу, на этот раз без представителей Германии. К тому времени репарационная комиссия подготовила окончательный план репарационных платежей. Он лёг в основу союзнического ультиматума, который 5 мая был вручён Ллойд Джорджем германскому послу в Лондоне Штамеру.
Новый Лондонский ультиматум (назовём его вторым) подтверждал мартовские санкции против Германии и требовал признания Парижских постановлений. В случае отклонения ультиматума союзники угрожали начать 12 мая оккупацию Рурской области.
Предложенный вторым Лондонским ультиматумом план репарационных платежей в основном повторял требования первого, мартовского ультиматума, но содержал значительные уступки в пользу Германии. Общая сумма репарационного долга определилась уже не в 226, а в 132 млрд, золотых марок. Весь долг делился на 3 серии государственных долговых обязательств: а) обязательства на 12 млрд, золотых марок с погашением в течение 34 лет, начиная с 1 мая 1921 г.; б) обязательства на 38 млрд, золотых марок со сроком погашения в 36 с половиной лет, начиная с 1 ноября 1921 г.; в) обязательства на 82 млрд, золотых марок подлежали выдаче и размещению только после определения репарационной комиссией платёжеспособности Германии. Кроме того, германское правительство обязывалось уплачивать в счёт долговых обязательств по первым двум сериям 2 млрд, золотых марок в виде постоянного аннуитета и, начиная с 1 мая 1921 г., ещё 26% стоимости германского экспорта в виде переменного аннуитета. Срок первого платежа в 1 млрд, золотых марок был назначен на 31 августа 1921 г. В совокупности ежегодные репарационные платежи на первых порах должны были составлять около 3,5 млрд, золотых марок - сумму немалую, если учесть экономические и финансовые трудности Германии.
И все же второй Лондонский ультиматум существенно облегчал репарационные обязательства Германии как по линии снижения общей суммы репараций, так и по линии уменьшения аннуитетов, особенно в ближайшие годы. Важное значение имело также аннулирование задолженности в 12 млрд, золотых марок, не выплаченных Германией к 1 мая 1921 г. в счёт пресловутых 20 млрд. .
Второй Лондонский ультиматум был принят рейхстагом после бурных дебатов в ночь на 11 мая 1921 г. 220 голосами против 172. Накануне правительство К. Ференбаха уступило место правительству И. Вирта.
Версальский договор практически разоружал Германию. Сухопутная армия Германии сокращалась до 100 тыс. человек, при 4 тыс. офицеров, а флот - до 16 тыс. человек. (И это в то время как на её западных границах находилась французская армия численностью в 671 тыс. человек, а на востоке
армия Польши численностью в 266 тыс. человек). Её флот мог включать 6 лёгких броненосцев, 6 лёгких крейсеров, по 12 эсминцев и торпедных катеров . Устанавливалось, что контингент германских войск (7 пехотных, 3 кавалерийские дивизии и флот) «будет предназначен исключительно для поддержания внутреннего порядка и для пограничной службы» . Распускался Генеральный штаб и Военная академия. Всеобщая воинская повинность отменялась, армия должна была комплектоваться путём добровольного найма. Германии запрещалось иметь на вооружении тяжёлую артиллерию, авиацию, танки, подводные лодки и суда водоизмещением боле 10 тыс. тонн . 16 тыс. немецких самолётов, произведённых во время мировой войны и до неё, а также 27 тыс. авиамоторов подлежали передаче странам Антанты, а все остальные самолёты немцы должны были уничтожить (всего в ходе Первой мировой войны Германия произвела 47,3 тыс. боевых самолётов, в то время как Россия лишь 3,5 тыс.) . По Р. Эвансу, должно было быть уничтожено шесть миллионов немецкий винтовок, более 15 000 самолётов, свыше 130 000 пушек и огромное число другого военного снаряжения .
«Всеобщая воинская повинность в Германии отменялась - отметил Н. В. Павлов. - Сухопутная армия, укомплектованная добровольцами, не должна была превышать 100 тыс. человек, включая контингент офицеров не свыше 4 тыс. человек. Генеральный штаб распускался, запрещалось иметь всё тяжёлое вооружение. Все укрепления уничтожались, за исключением южных и восточных. Военный флот был сведён к 6 броненосцам, 6 лёгким крейсерам, 12 контрминоносцам и 12 миноносцам. Иметь подводный флот запрещалось. Остальные германские военные корабли подлежали передаче союзникам или утилизации. Численный состав ограничивался 15 тыс. человек. В качестве возмещения за суда, потопленные немецкими подводными лодками, Великобритания получала в форме приза большую часть германского торгового флота. Германии запрещалось иметь военную и морскую авиацию и дирижабли. Однако она освобождалась от оккупации. При этом следует подчеркнуть, что, в отличие от Второй мировой войны, на немецкой территории четыре года после начала боевых действий в Европе не было ни одного вражеского солдата. Для соблюдения выполнения военных условий договора создавались три международные контрольные комиссии» .
Ст. 201 Версальского мирного договора гласила: «В течение шести месяцев с даты вступления в силу настоящего договора на всей территории Германии запрещается производство или экспорт самолётов, частей самолётов, авиационных моторов или частей моторов» . В части, касавшейся военных вопросов, Версальский мирный договор содержал положение о том, что полное разоружение Германии должно было явиться предпосылкой к общему ограничению вооружений всех стран. Это дало впоследствии повод Берлину ссылаться на невыполнение союзниками обещаний об общем ограничении вооружённых сил всей нации и под этим предлогом отказаться от военных постановлений договора.
Кроме того, 835 немецких высших офицеров во главе с самим кайзером были объявлены преступниками. По этому вопросу также появились разногласия. Ж. Клемансо и Д. Ллойд Джордж настаивали на том, чтобы Вильгельм II и другие высшие чины Германской империи были преданы суду Международного трибунала за развязывание войны и преступления, совершённые на оккупированных территориях. В. Вильсон и В. Орландо отрицали правомочность такого трибунала и утверждали, что союзники имеют только одну возможность - требовать, чтобы германских военных преступников судил немецкий суд .
Несмотря на колебания В. Вильсона и В. Орландо, Совет четырёх принял решение потребовать у Голландии выдать бежавшего туда Вильгельма II, который должен быть предан суду Международного трибунала. Предполагалось, что трибунал будет состоять из пяти судей, назначенных правительствами США, Великобритании, Франции, Италии и Японии, и что Вильгельму II будет предъявлено обвинение в грубейшем нарушении принципов международной морали и нерушимости заключённых договоров. Положение о международном трибунале было включено в текст Версальского договора, но так и осталось на бумаге как декларация, протокол о намерениях. Японские представители ужаснулись только при одной мысли, что коронованная особа (император), которую они считали священной, может быть судима, да и все остальные не проявили особого энтузиазма.
Наконец, 231-я статья Версальского договора возлагала на Германию единоличную ответственность за развязывание Первой мировой войны.
«С вопросом о репарациях, - отмечают современные российские авторы, - связан политически важный вопрос об исторической ответственности за Первую мировую войну. Именно для обоснования наложенной на Берлин контрибуции в Версальский договор была включена ст. 231, в которой эта ответственность целиком возлагалась на Германию. Эта статья на долгие годы стала одной из самых травматических и ненавистных для немцев. Её наличие сыграло роль в накапливании потенциала реваншизма в германском общественном мнении.
Германия обязывалась отказаться от Брест-Литовского мирного договора с Советской Россией (3 марта 1918 г.), признать и уважать независимость всех территорий, входивших в состав бывшей Российской империи к 1 августа 1914 г. Статья 116 мирного договора признавала за Россией право получения у Германии соответствующей части репараций62. По