Научно-исследовательская работа по уголовному праву на тему Процессуальные особенности рассмотрения дел о защите чести, достоинства и деловой репутации по российскому и зарубежному законодательству

Так, делом, разрешившимся положительным образом для юридического лица и присуждением ему компенсации морального вреда, является дело по жалобе российского общественного объединения "Сутяжник" против Российской Федерации .
Разрешая жалобу юридического лица, Европейский суд указал на то. Что отменой решения решений нижестоящих судов послужил тот факт, что данный спор, возникший между объединением-заявителем и управлением-ответчиком, не был подведомственен арбитражным судам.
Таким образом, Европейский суд по правам человека заключил, что решение суда от 17 июня 1999 г., оставленное без изменения на следующий день, является законным. Последствия решения от 17 июня 1999 г. носили исключительно ограниченный характер, так как они затрагивали лишь участвовавшие в деле стороны, и вступали в противоречие с какими-либо иными судебными решениями.
Решение же было отменено не для ликвидации ошибки, существенной для судебной системы, а было отменено в интересах правового популизма. Таким образом, при наличии обстоятельств данного дела отмена решения от 17 июня 1999 г., которое было оставлено без изменения 18 октября 1999 г., являлась непропорциональной мерой, и уважение принципа правовой определенности должно было возобладать. Поэтому ЕСПЧ по данному делу пришел выводу, что имело место нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции, и постановил присудить компенсацию морального вреда в размере 500 евро объединению-заявителю.
Таким образом, судебная практика ЕСПЧ идет по пути удовлетворения требований организаций (коммерческих и некоммерческих) о компенсации в их пользу морального вреда, по делам об исках по возмещению вреда, причиненного в результате нарушения неимущественных прав. Кроме того данный пример из практики ЕСПЧ подтверждает неспособность в отдельных случаях государственных органов (в лице его судов) обеспечить наиболее полную защиту и восстановление нарушенных прав юридических лиц в своем государстве, а также подтверждают приоритет норм международного права над национальными и закрепляются в позитивном праве обязательство для исполнения государств - участников Конвенции.
Так статья 13 указанной выше Конвенции указывает, что каждый, чьи права и свободы, признанные Конвенцией, были нарушены должны иметь эффективное средство правовой защиты в государственном органе своей страны, даже если данное нарушении совершили лица, действовавшие в официальном качестве. То есть данное право выступает обязанностью государства по обеспечению эффективных средств возмещения и заглаживания вреда в случаях противоправного посягательства на права.
В связи с этим встает следующий риторический вопрос. Можно ли с учетом произошедших изменений, внесенных в ГК РФ, касающихся защиты прав деловой репутации юридического лица, обеспечить ее защиту в собственном государстве?
Думается, нет, так как новая редакция ст. 152 ГК РФ исключила право юридического лица на возмещение справедливой компенсации нематериального репутационного вреда (ст. 150 ГК РФ) в случае его нарушения.
Практика же применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод исходит из возмещения не только материального, но и нематериального (морального) вреда юридическим лицам.
Изменения же, внесенные в ГК РФ в 2013 году, исключили право юридического лица на взыскание в судах нашей страны нематериального вреда при нарушении его прав. Это подтверждает, что имеющиеся в РФ способы защиты неполноценны и недостаточны, так как не позволяют в полной мере удовлетворять требования взятые РФ международных ратифицированных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Кроме того, они нередко входят в противоречие с ней .
Следует заметить, что изучив Постановление Президиума ВАС РФ от 17.07.2012 N 17528/11, мы пришли к мнению о том, что в основном судам в своих решениях стоит приходить к выводу, что у юридического лица в случае нарушения его деловой репутации путем распространения порочащих сведений имеется возможность требовать возмещения материального или иначе репутационного вреда при условии доказательства деликатной ответственности, то есть существования противоправного деяния со стороны ответчика, в связи с этим появлению неблагоприятных последствий для истца, и причинно-следственной связи между действием и последствиями, за исключением условия о наличии вины ответчика, так как согласно ст. 1100 ГК РФ она не относиться к необходимым условиям ответственности за причиненный вред путем распространения порочащих .
Умаление деловой репутации юридического лица (например, распространение сведений о его недобросовестности в предпринимательской деятельности), как правило, негативно сказывается на репутации его руководителя. Последний в подобной ситуации имеет право на обращение в суд для осуществления защиты своих законных интересов и прав. Если его претензии будут признаны обоснованными, он может рассчитывать не только на опровержение порочащих его репутацию сведений, но и на получении компенсации морального вреда.
Данные обстоятельства при судебном разбирательстве ответчиком не оспаривались и были подтверждены показаниями 14 свидетелей.
Согласно предоставленной истцом справке из НУЗ СО "Петровская РБ" об исследовании крови на антитела к ВИЧ методом иммуноферментного анализа у истца отсутствовали антитела к ВИЧ. К тому же в 2014 и в 2015 году она не однократно являлась донором крови.
Суд первой инстанции, пришел к выводу о том, что П. учинила посягательство на честь, достоинство и доброе имя истца, то есть совершила действия, противоречащие нравственным нормам и правилам поведения, причинив тем самым нравственные страдания истцу, так как данные порочащие сведения были сообщены в небольшом городе, большому кругу лиц. В результате суд правомерно возложил на ответчика обязанность по компенсации морального вреда .
Резюмируя вышесказанное, мы можем сделать вывод, что нематериальные блага, а также их разновидность личные неимущественные права выступают самостоятельной правосубъектной формой, которые принадлежат гражданину прежде всего как человеку.
Отличие существа нематериального блага от имущественного состоит не в том, как осуществляется порядок правопреемства и дееспособности, а в наличие «нетоварности», принадлежности гражданину от рождения либо в силу закона.
Кроме того, материальные блага нельзя включать и в содержание правоспособности гражданина (ст. 18 ГК РФ). Защита исследуемых нематериальных благ, а также защита от посягательства или создающих угрозу посягательства материальных благ, должно осуществляться в строгом соответствие с порядком, установленным ГК РФ и другими законами.
Способы защиты обычных гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) могут применяться и для осуществления защиты нематериальных благ только лишь в случаях и пределах, соответствующих существу данного нематериального блага.

3. Особенности рассмотрения дел о защите чести, достоинства или деловой репутации на основе анализа судебной практики

Исследовав положения гражданско-процессуального законодательства, мы выяснили, что требования по защите неимущественных благ, относятся к подсудности районного суда. На это указывает ст. 24 ГК РФ.
Необходимо отметить, что защита исследуемых благ могут относиться на основании ст. 152 ГК РФ к подсудности военных судов, в случае, если данные нематериальные блага, касаются органов военного управления или воинских должностных .
Кроме того, согласно указаниям п. п. 9 ч. 3 ст. 402 ГПК РФ в нашей стране могут в суде рассматриваться дела и с участием иностранных граждан, при условии, что истец, в отношении которого разрешается дело о защите чести, достоинства и деловой репутации, имеет место жительства в нашем государстве.
Так, например, возвращая исковое заявление Д., суд руководствовался ст. 28 ГПК РФ, и исходил из того, что в исковом заявлении указано, что ответчица Б. зарегистрирована по адресу: "...", а адрес проживания ответчика является: "...", при этом доказательств действительного проживания ответчицы по указанному адресу в суд не представлено, а также не представлено документов, свидетельствующих о том, что ответчик является иностранцем. Суд не усмотрел оснований для того, чтобы применить положений п. 9 ч. 3 ст. 402 ГПК РФ .