Реферат по русской литературе на тему Дуэльные ситуации в творчестве Александра Сергеевича Пушкина

Введение
Дуэль, как известно, — это строго регламентированный так называемым дуэльным кодексом поединок между двумя людьми. История русской дуэли — история дворянского сословия. Дуэль — очень важная составная часть эволюции самосознания русского человека, дворянина прежде всего. Право на поединки было знаком независимости от государственного деспотизма.
Героический, романтизированный период русской дуэли охватил примерно пятьдесят лет в начале XIX века. Это было время, когда сформировались и даже в течение какого-то периода господствовали очень жесткие и чрезвычайно благородные нормы поведения представителей дворянского сословия. Эти полвека принесли России огромное количество трагедий, сказавшихся на истории культуры и особенно литературы, но высокая по своим моральным качествам дуэльная традиция — это еще и история защиты достоинства как необходимого условия свободы, это история чести и благородства, которая никогда не перестанет волновать человечество.
Дуэлей в истории России после первой половины ХIХ века было очень много, они иногда случались даже в ХХ веке, но классическая русская дуэль, жестокая и величественная, перестала существовать вместе с мечтой дворянства о создании справедливого общества, построенного на законах дворянской чести, на уважении людьми достоинства друг друга (всплеск дуэльной активности обоснованно совпал с деятельностью тайных обществ, вошедших в историю как декабристские). Именно поэтому дуэль всегда будет оставаться объектом ностальгического интереса всех тех, для кого важны честь, достоинство, справедливость и благородство.
О дуэлях написано немало, поединки в творчестве А. Пушкина тоже рассматривались литературоведами и историками.
 
1. Дуэли в творчестве А.С. Пушкина (на примере произведений «Капитанская дочка», «Выстрел», «Евгений Онегин»)
1.1. «Капитанская дочка»
Рассмотрим своеобразие поединка в повести А.С. Пушкина «Капитанская дочка».
В «Капитанской дочке» (1836 г.) поединок изображен иронически, ирония чувствуется уже в эпиграфе из Я. Княжнина: «Ин изволь, и стань же в позитуру. Посмотришь, проколю как я твою фигуру!».
Интересно, что начинается дуэльная ситуация с совершенно уморительных стихов, написанных якобы Гриневым:
Ты, узнав мои напасти,
Сжалься, Маша, надо мной,
Зря меня в сей лютой части,
И что я пленен тобой.
Дальше дуэльная история развивается в эпизоде, который не может не вызвать улыбку. Приведем его целиком: «Я тотчас отправился к Ивану Игнатьичу и застал его с иголкою в руках: по препоручению комендантши он нанизывал грибы для сушенья на зиму. “А, Петр Андреич! — сказал он, увидя меня. — Добро пожаловать! Как это вас бог принес? По какому делу, смею спросить?” Я в коротких словах объяснил ему, что я поссорился с Алексеем Иванычем, а его, Ивана Игнатьича, прошу быть моим секундантом. Иван Игнатьич выслушал меня со вниманием, вытараща на меня свой единственный глаз. “Вы изволите говорить, — сказал он мне, — что хотите Алексея Иваныча заколоть и желаете, чтоб я при том был свидетелем? Так ли? смею спросить”. — “Точно так”. — “Помилуйте, Петр Андреич! Что это вы затеяли? Вы с Алексеем Иванычем побранились? Велика беда! Брань на вороту не виснет. Он вас побранил, а вы его выругайте; он вас в рыло, а вы его в ухо, в другое, в третье — и разойдитесь; а мы вас уж помирим. А то: доброе ли дело заколоть своего ближнего, смею спросить? И добро б уж закололи вы его: бог с ним, с Алексеем Иванычем; я и сам до него не охотник. Ну, а если он вас просверлит? На что это будет похоже? Кто будет в дураках, смею спросить?”»
Иван Игнатьич, потенциальный секундант, вместо согласия принять участие в благородном мероприятии решает, что лучшим вмешательством с его стороны может стать донесение Ивану Кузьмичу, коменданту крепости.
Швабрин и Гринев решили драться без секундантов. Оружием избрали шпаги. Но Иван Игнатьич все-таки выполнил свою миссию: донес коменданту (точнее, его жене), так что дуэль не успела даже начаться: «Солдаты нас окружили, и мы отправились в крепость вслед за Иваном Игнатьичем, который вел нас в торжестве, шагая с удивительной важностию». Сама описанная процессия представлена в тексте иронически.
Ирония усиливается в связи с тем, что все «следственные» мероприятия, в том числе и произнесение приговора, А. Пушкин «поручает» Василисе Егоровне, преданной жене коменданта, а оружие у дуэлянтов отбирает Палашка, крепостная девушка, служанка. Попутно Василиса Егоровна корит своего мужа за нерешительность: «Иван Кузьмич, что ты зеваешь? Сейчас рассади их по разным углам на хлеб да воду, чтоб у них дурь-то прошла; да пусть отец Герасим наложит на них эпитимью, чтоб молили у бога прощения да каялись перед людьми»
Позже становится понятно, что Василиса Егоровна, по-женски почувствовав неладное, сама все у Ивана Игнатьича выведала и всем распорядилась.
Прерванная дуэль, описанная весьма лаконично, возобновилась на следующий день, когда главный герой «сидел… за элегией и грыз перо в ожидании рифмы».