Курсовая работа по праву на тему тактика расследования применения насилия в отношении представителя власти

ВВЕДЕНИЕ
Актуальность исследования. Преступность в нашем государстве является актуальной проблемой сегодняшнего дня. Преступность посягает во все отрасти общественной жизни и государственного управления, в том числе против представителей власти. По статистическим данным в 2021 году по статье 318 УК РФ было осуждено 5 687лиц. Несомненно, что в общем массиве совершения преступлений данный показатель составляет менее процента, однако данные преступления так же подлежат расследованию. Исследование особенностей расследования указанного преступления обусловило актуальность настоящего исследования.
Объектом исследования выступаю общественные отношения, возникающие в области расследования применения насилия в отношении представителя власти.
Предметом исследования выступают совокупность правовых норм, предусматривающих порядок расследования применения насилия в отношении представителя власти
Целью исследования является теоретический анализ расследования применения насилия в отношении представителя власти.
Задачами исследования выступает:
- рассмотреть состав применения насилия в отношении представителя власти;
- исследовать квалификацию преступлений связанных с применением насилия в отношении представителя власти;
- рассмотреть особенности выдвижения следственных версий и плана расследования применения насилия в отношении представителя власти;
- изучить особенности расследования преступлений, связанных с расследованием применения насилия в отношении представителя власти.
Методами, применяемыми в работе, выступают диалектический метод, метод анализа, синтеза, сравнительно правовой и формально юридический метод.
Структура работы включает введение, две главы, заключение и список использованной литературы.

1 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С ПРИМЕНЕНИЕМ НАСИЛИЯ В ОТНОШЕНИИ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ ВЛАСТИ
1.1 Состав применения насилия в отношении представителя власти

В теории уголовного права принято классифицировать объекты преступления «вертикально» на общие, родовые, специфические и прямые. Общим объектом является совокупность охраняемых уголовным законодательством общественных отношений, объем которых указан в части 1 статьи 2 УК РФ: права и свободы человека и гражданина, собственность, общественный порядок и общественная безопасность, окружающая среда, конституционный строй Российской Федерации, мир и безопасность человечества.
По мнению А. Г. Брагиной, конкретным объектом этих преступлений являются «общественные отношения, связанные с порядком государственного управления» .
А.Ю. Кизилов определяет специфический объект преступлений против порядка государственной власти как «отношения социальной подчиненности, обеспечивающие нормальную деятельность органов государственной власти и местного самоуправления в процессе организации общественной жизни» .
А.Р. Саруханян определяет специфический объект преступлений, предусмотренных главой 32 УК РФ, как совокупность общественных отношений, обеспечивающих установленный законом и регулируемый государством порядок в сфере управления. А.Б. Шрамченко считает, что конкретный объект преступлений против порядка управления - «общественные связи в сфере реализации порядка управления». Как видим, позиции А.Р. Саруханяна и А.Б. Шрамченко отличаются от других отсутствием указания на то, что расследуемые преступления нарушают отношения в сфере государственного управления, а не какие-либо другие. На первый взгляд такая особенность этих определений того или иного объекта преступлений против государственного строя может быть поводом для критики в их адрес, но следует учитывать, что тот или иной объект относится к родовому, является частью. Поэтому указание на то, что речь идет о государственном управлении, не требуется.
С учетом вышеизложенного можно описать конкретный объект преступлений против порядка управления, в том числе преступления, предусмотренного статьей 318 УК РФ, как совокупность общественных связей, возникающих в связи с осуществлением установленного законодательством РФ порядка управления.
Переходя к вопросу о непосредственных объектах изучаемых преступлений, следует отметить, что прямой объект, также принадлежащий виду, а также вид родовому, допускает более точное «очертание» состава преступления. границы общественных отношений охраняются соответствующим уголовным законодательством. принимая во внимание информацию о признаках жертвы преступления, предусмотренную статьей 318 УК РФ, указывая свое особое правовое положение как представителя государственной власти при осуществлении в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для осуществления управленческой деятельности, в теории уголовного права существует мнение о двойной объективности этого преступления.
При этом уголовно-правовая доктрина в случае нападения двумя объектами классифицирует прямые объекты по горизонтали на основные и дополнительные.
Разделение прямых объектов на первичные и вторичные основано на следующих суждениях. Основным непосредственным объектом признается «общественное отношение, причинение вреда которому составляет социальную сущность данного преступления и в защиту которого издается уголовно-правовая норма, предусматривающая ответственность за его совершение». В связи с этим очевидно, что основной прямой объект является частью конкретного объекта, покрывается им или иным образом - основной прямой объект относится к конкретному объекту данного преступления как части целого. В свою очередь, дополнительным непосредственным объектом преступления является общественное отношение, нападение на которое не составляет суть данного преступления, но которое нарушается этим преступлением или грозит нарушением наряду с основным объектом.
Описывая главный прямой объект оскорбления представителя власти (ст. 319 УК РФ), А.Ю. Кизилов уточняет, что это «общественные отношения, обеспечивающие авторитет органов государственной власти, что является обязательным условием их нормального функционирования» .
В качестве дополнительного прямого объекта насилия в отношении должностного лица (статья 318 УК РФ) данная группа авторов определяет интересы личности, а именно физическую неприкосновенность и здоровье должностных лиц или их близких.
При этом описываемая позиция, суть которой заключается в признании двойного характера преступлений, предусмотренных статьями 318 и 319 УК РФ, критикуется некоторыми авторами. Например, А.Г. Брагина считает недопустимым выделение в качестве дополнительного прямого объекта конституционно признанной высшей ценности - прав и свобод личности. А.Г. Брагина отмечает, что одновременное посягательство на оба объекта уголовно-правовой охраны влечет двойной вред, сумма которого составляет сумму общей "суммы", причиненной каждому из них " .
На наш взгляд, предложенное положение, безусловно, заслуживает внимания, так как необходимо согласиться с А.Г. Брагиной в некотором неверно с формальной стороной обозначения общественных отношений, обеспечивающих интересы личности, как дополнительного прямого объекта. Однако, с другой стороны, отнесение общественных отношений, обеспечивающих физическую неприкосновенность и здоровье человека, к дополнительному объекту не умаляет значимости последнего. Кроме того, по нашему мнению, методологически некорректно сравнивать телесную неприкосновенность и здоровье человека с управленческой деятельностью, ставить их в один ряд.