Курсовая работа по истории на тему Крымская война: причины, основные события и итоги

1 Предпосылки и причины крымской войны 1853 -1856

1.1 Историография вопроса

Изучению Крымской войны ученые уделяют большое внимание, больше всего их занимают вопросы связанные с истоками войны, а именно ее причинами.
Современная историография Крымской войны – это огромнейший материал, в котором переплетен целый ряд мнений, где-то похожих друг на друга, а где-то совершенно разных.
Выделяется три основных: одна часть историков связывают причины войны с агрессивным настроем западных держав стремившимися уничтожить целостность Османской империи и полностью подорвать авторитет России, вторые придерживаются абсолютно противоположного мнения, считая, что агрессия происходила со стороны России, которая желала заполучить черноморские проливы и части некоторых стран, а приверженцы третьей теории не ставят на передний план ни одну из держав, обвиняя их одинаково.
Впервые о причинах войны заговорили свидетели тех действий, иностранные современники Крымской войны утверждали, что причиной возникновения союза стала «защита территориальной целостности Турции» от русской агрессии, что отражает один из важных исторических мифов Новой истории, а именно миф о справедливой войне всех сил Запада за освобождение Центральной Европы и Ближнего Востока от влияния мрачной России возглавляемой (императором Николаем I). Эта теория хорошо отражена в монографиях француза К. Базанкура «Крымская экспедиция» (1858) и англичанина А. Кинглека «Вторжение в Крым» (1868).
С этой же теорией согласен историк О.Р. Айрапетов в своей работе он пишет о страхе Франции и Англии за Турцию в русско-турецких сражениях, особенно в Синопе. Историк приводит в пример письма Наполеона III Николаю I: «Пушечные выстрелы в Синопе болезненно отозвались в сердцах всех тех, кто в Англии и Франции обладает живым чувством национального достоинства», «кричащие» вырезки из иностранных газет, гласящих народу о «резне в Синопе».
В своих работах он пишет о том, что Россия, видя разваливавшуюся Османскую Империю, пыталась поскорее превратиться ее в Дунайские княжества, Сербию, Болгарию, как бы в самостоятельные государства, но под русским протекторатом. А европейские государства, по мнению историка, не торопили раздел, а скорее наоборот, так, например Великобритания не была заинтересована в разделе «турецкого наследия», так как торговала с ней.
Такого же мнения придерживается и Т.А. Капустина, она пишет, что в войне, Россия видела благоприятный момент, чтобы вернуть все что она потеряла в Восточном вопросе с конца 1830-х годов, она считает, что Николая I, слишком сильно заботил авторитет России, что даже очутившись в полной политической изоляции, он не отошел от своих планов, а придал войне освободительный характер.
Историки дореволюционной России пытались доказать то, что одной из причин создания коалиции союзников совпадает с желанием Англии и Франции разрушить авторитет и целостность Российской Империи, которая по их мнению, могла очень помешать их дальнейшим планам. Эта концепция характерна самым крупным исследователям в России до 1917 г., таким как М.И. Богданович, Н.Ф. Дубровин, A.M. Зайончков.
Их работы дают очень ценный материал для исследований истории Крымской войны, не только потому, что они сами были свидетелями военных действий, но потому, что их мнение является очень субъективным, так как каждый смотрел на войну под большим влиянием своей страны.
В настоящее время мнение некоторых исследователей совпадает с мнением дореволюционных историков.
К ним относится, например, Л.В. Выскочков, в своей монографии о Николае I, он не смог обойти стороной и Крымскую войну. Л.В. Выскочков писал, что Николай Павлович не стремился завоевывать Турцию, считая, что приобретения России на Балканах или Проливах приведет к ухудшению ее международного положения и внутренней прочности. Так же в своей монографии он большое место отдает диалогам Николая I с английским правительством. Негодуя над откровенностью царя, которой воспользовалась Англия. Так же историк оправдывал российские планы оккупации Дунайского княжества тем, что до Николая Павловича не довели факт накала антироссийских настроений в Европе. Во всем этом он видит главную ошибку Николая Павловича, ставшую причиной перерастанием религиозных споров в военный конфликт.
В учебнике «История международных отношений: От Вестфальского мира до окончания Первой мировой войны», прослеживается мнение, похожее на рассуждения Л.В. Выскочкова о «кознях» против России в Европе. В учебнике сказано, что у Великобритании с Францией было все давно спланированно, и они собирались вступить в войну только после крупной победы (разгром турецкого флота под командованием Нахимова), разыграв возмущения по поводу этого «акта вандализма», они присоединились к конфликту с Россией, заявив, что несут национальный и освободительный характер, который на самом деле был предлогом, так как они видели в этой войне собственные цели (в частности, стремление оградить свои интересы и укрепить позиции на Ближнем Востоке).
Мнения В.Н. Виноградова и С.Л. Печурова очень схожи с рассуждениями Л.В. Выскочкова. Историки также видят интерес Запада в создании союза для устранения России, при этом «зачинщиком» коалиции они считают Великобританию. В своей работе С.Л. Печуров называет Великобританию «главным подстрекателем», а В.Н. Виноградов и вовсе на доказывает это на всем протяжении своей работы, он пишет о том, что в первую очередь война нужна была британскому правительству, а союз с Францией создан как «противовес» с Россией.
Еще один яркий пример можно увидеть в размышлениях Л.В. Мельниковой, которая оценивает разногласия Франции и России, которые использовали как повод к войне права духовенства в Святой Земле.
В.Н. Виноградов и Н.С Киняпина, в своих работах очень развернуто размышляют, не тему «что хотела получить от войны каждая из стран». Виноградов считал, России нужны проливы, а ее противникам первенство в Европе, так как одержать в этой схватке не удавалось, то решили прибегнуть к «последнему доводу королей», а именно к войне.
Н.С. Киняпина, считает почти так же, как и В.Н. Виноградов, она пишет, о том, что Запад испугался «внешнеполитического роста» России и поэтому захотел ее хотел ослабить. Николаю I нужны были стратегически важные для России территории, и он ждал падения Османской империи. Главным ее отличием от остальных историков, является отношение к этой войне, она считает ее преддверием первой мировой войны по количеству участвовавших в ней держав и охвату территорий, затронутых военными действиями.
Очень интересны рассуждения В.В. Дегоева, проанализировав отношения Англии с Францией начиная с 1844 года (с кризиса вокруг Таити), он решил, что именно с того времени они «находились в перманентно напряженном состоянии, порой в непосредственной близости от грани срыва». Он считал, Великобритания больше всего боялась высадки Франции с целью захвата Лондона. И именно из-за этого страха Лондон и пошел на сближение с Парижем, это был своего рода тактический ход: убрать своего врага «номер один» с помощью России, которую перед Францией он показал не в самом лучшем свете.
Американский историк У.Б. Линкольн, высказывает абсолютно противоположное, но схожее мнение в своей монографии, посвященной Николаю I. В ней он пишет, что не Великобритания боялась Франции, а Франция боялась Великобритании и их самым главным опасением было растущая сила и воинственность Лондона у французской столицы. Здесь уместна идентичная логика, рассмотренная на примере труда В.В. Дегоева.
Если опереться на труды двух последних рассмотренных историков, то не составит труда предположить и то, что Франция и Великобритания могли опасаться друг друга, что и привело к их союзу.
На этот счет существует множество мнений и предположений. Как писали В.Я. Гросул после проведения Международной конференции, посвященной «Крымской войне 1853-1856 гг.»: «Панорама Крымской войны еще далеко от действительности».
Поэтому, вне всякого сомнения, по поводу Крымской воны 1853-1856 гг. будут появляться еще множество различных новых мыслей и доказательств. Существующие же, на сегодняшний день различия во взглядах историков по большей части исходят из предпочтений или влияния определенной стороны, что мешает найти однозначный ответ.