Курсовая работа по конституционному праву на тему Необходимая оборона: понятие, условия ее правомерности

Институт необходимой обороны, как один из важнейших в российском уголовном праве, закреплен не только в УК РФ, но и в нормах Конституции РФ. В частности, ст. 45 Конституции РФ содержит положения о защите личности своих прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом. Одним из таких способов является необходимая оборона.
Понятие "необходимая оборона" регламентируется статьей 37 Уголовного кодекса Российской Федерации. Это защита себя, своих прав, прав других лиц и законных интересов общества и государства от посягательств, сопряженных с насилием, опасным для жизни, или с угрозой применения такого насилия. Любое действие, подпадающее под это определение, считается правомерным, независимо от последствий. Если защита от агрессии осуществлялась не перед лицом угрожающего жизни насилия или угрозы насилия, не превышение пределов самообороны является обязательным условием для освобождения от уголовной ответственности.
Особое внимание нужно уделить проблеме доказывания необходимой обороны. На практике зачастую при превышении пределов необходимой обороны оборонявшийся переходит в категорию обвиняемого, а нападавший становится потерпевшим. Следствием этого может стать обвинительный приговор за превышение пределов. Все это вызывает неоднозначную реакцию в обществе. Именно поэтому данный институт нуждается в доработке.
Пределы самообороны по частям 2 и 2.1 статьи 37 Уголовного кодекса Российской Федерации:
1. Действия обороняющегося соответствуют характеру и опасности нападения;
2. Нападение было настолько внезапным, что обороняющийся не мог объективно оценить степень опасности или характер нападения.
Наличие легального определения необходимой обороны, к сожалению, не способствует формированию единого взгляда на нее в теории уголовного права. Некоторые авторы трактуют сущность необходимой обороны как "правомерную защиту от общественно опасных посягательств".
Эту точку зрения высказывали А. Н. Попов, В. И. Ткаченко, А. В. Наумов и другие. Более подробное определение понятия "необходимая оборона" было дано следующими авторами: Н.С. Таганцев в своей работе определил необходимую оборону как неослабное причинение вреда охраняемым законом интересам лица, нападающего на вас или другое лицо. В.И. Ткаченко также указывал, что только необходимая оборона может обеспечить предотвращение посягательств на общественные отношения, отмечая, что необходимая оборона с точки зрения позитивного действия представлена решительным пресечением нападений и контрнападений. Очевидно, что приведенная выше научная позиция характеризует необходимую оборону только как активное действие [9,90].
Это означает, что необходимая оборона имеет двойственную природу, зависящую от наличия или отсутствия угрозы для жизни посягающего. С другой стороны, при наличии насилия или непосредственной угрозы насилия со стороны посягающего, лицо может причинить вред посягающему при защите себя и своих прав или прав других лиц (часть 1 статьи 37 Уголовного кодекса Российской Федерации).
Постановление Пленума Верховного суда РФ № 19 разъясняет, что в этом случае обороняющийся вправе причинить посягающему лицу вред любого характера и объема (в том числе лишить его жизни).
Это положение распространяется и на подпункт 1 пункта 2 статьи 37 УК РФ - в случаях, когда обороняющийся "не мог объективно оценить степень и характер опасности посягательства в силу непредвиденных обстоятельств нападения". С другой стороны, защита от нападения в рамках необходимой обороны возможна и при отсутствии насилия или угрозы насилия, но только при условии, что пределы необходимой обороны не превышены. Вышеупомянутое решение Пленума Верховного суда РФ определяет нападение как оборону в пределах, установленных законом, и устанавливает, что жизнь обороняющегося или другого лица не должна быть поставлена под угрозу совершения общественно опасных насильственных действий (например, нанесение побоев, причинение легкого вреда здоровью). В этом случае возникает вопрос о соразмерности между актом нападения и актом защиты.
Немецкий философ И. Кант в свое время писал, что "акты насилия при самообороне следует рассматривать не как невинные, а как ненаказуемые".
Современные научные взгляды на правовую природу самообороны разделились; одни ученые считают, что поведение лица при самообороне не содержит состава преступления, другие полагают, что правовая природа самообороны исключает признаки преступления. Законодателем четко решил этот вопрос.
Положения об обязательной обороне содержатся в главе 8 Уголовного кодекса Российской Федерации в разделе "Обстоятельства, исключающие преступность деяния". Дословный перевод статьи 37 УК РФ, озаглавленной "Необходимая оборона", начинается с фразы «не является преступление...". Подобная дефиниция уже как бы заранее подразумевает то, что статья предназначена для обороняющегося, а не для нападавшего. Исходя из нее, обороняющийся вынужден доказывать, что его действия на самом деле были необходимой обороной, а не превышением ее пределов. Мы же считаем, что право необходимой обороны должно возникать с момента не фактической, а реальной опасности причинения вреда, то есть тогда, когда еще ничего не происходит, но человек понимает, что посягательство может произойти. Например, при страхе или испуге, вызванных демонстрацией оружия, жестикуляцией, словесной угрозой и т. п. Возникают также сложности с определением момента окончания посягательства. Мы считаем, что моментом окончания посягательства должен быть момент фактического окончания преступления. Во-первых, это случаи, когда нападавший добровольно отказался причинять какой-либо вред жертве [7,37].
Таким образом, необходимая оборона формально характеризуется отсутствием события преступления.
Сравним систему необходимой обороны в уголовном праве Российской Федерации и других стран.
Ссылаясь на уголовное законодательство штата Нью-Йорк, можно сделать следующие основные выводы о системе необходимой обороны:
a) при защите себя или третьего лица;
б) для защиты помещений или имущества;
в) для предотвращения или сдерживания кражи;
г) для предотвращения побега из-под ареста или задержания. Условиями, необходимыми для оправдания необходимой обороны, являются:
• Наличие или угроза незаконного применения физической силы со стороны другого лица;
• Действия правонарушителя не должны быть спровоцированы обороняющимся;
• Обороняющийся не должен нападать первым.
Уголовный кодекс штата Нью-Йорк также определяет обстоятельства, при которых смерть нападающего допустима. Такими обстоятельствами являются применение нападающим физической силы, угрожающей жизни, или когда обороняющийся обоснованно полагает, что такая сила была преднамеренной и неизбежной. Однако, если обороняющийся может защитить себя и избежать вреда, отступив, он не должен предпринимать действий по убийству нападающего [11,42].
Это правило не применяется в следующих случаях:
• Нападение происходит в жилище обороняющегося, и первым нападающим является агрессор;
• Обороняющийся — это лицо, которое в силу своих служебных обязанностей является защитником общественного порядка.
Следует отметить, что Уголовный кодекс США на уровне правоприменительной практики признает превышение пределов необходимой обороны.
В этом контексте в качестве примера приводится случай, когда гражданин припарковался рядом с автомобилем подростка на заправочной станции и потребовал сделать музыку из машины потише. Когда молодые люди проигнорировали заявление гражданина, гражданин достал ружье из своей машины и выстрелил в одного из молодых людей. Позже в суде гражданин объяснил, что он упредил угрозу своей жизни, когда увидел ружье в машине молодых людей, и это объяснение удовлетворило присяжных, которые оправдали его.
Уголовный кодекс Франции аналогичным образом предусматривает систему необходимой обороны, которая включает условия для обоснования необходимой обороны, такие как наличие и неразумность нападения, соответствие средств защиты тяжести нападения и времени защиты. Такие же условия для обоснования необходимой обороны предусмотрены и в уголовном праве Германии. Но, например, в первом случае необходимая оборона может возникнуть не только в случае посягательства на физическую неприкосновенность, но и в случае посягательства на нравственность, а во втором случае, даже если граждане превышают пределы необходимой обороны от неожиданности, страха или ужаса, они не подлежат наказанию [5,90].
Таким образом, сравнительный анализ систем необходимой обороны в российском, американском, французском и немецком уголовном праве позволяет сделать вывод о том, что, хотя соответствующие системы в целом построены по одной модели, существуют нюансы, возникающие на уровне правоприменительной практики. Опыт более детального определения обстоятельств, исключающих уголовную ответственность за причинение смерти виновному в Уголовном кодексе Соединенных Штатов Америки, можно считать положительным и применимым к Уголовному кодексу Российской Федерации.
1.2 Развитие уголовного законодательства о необходимой обороне
Развитие институтов необходимой самообороны в отечественном праве прошло следующие этапы.
Первое появление института необходимой самообороны можно найти в договоре, заключенном князем Олегом с Византией в 911 году. Общинно-патерналистский период был основан на самообороне, поэтому конфликты интересов традиционно решались превосходством физической силы. Законодательные памятники этого периода понимают необходимую оборону как право человека на активную защиту. Ненужное причинение вреда агрессору не допускается, если только оно не является разумно необходимым для предотвращения агрессии, но правовая система того времени не предусматривала должным образом необходимую оборону, которая квалифицируется как самооборона.
Следующий важный документ, в котором самооборона получила отдельное развитие как система уголовного права, содержится в Законе о Соборном уложении 1649 года, который расширил круг ее целей по сравнению с предыдущими законодательными документами (была признана правомерная защита интересов других лиц, то есть была понята необходимость противодействия преступлениям, совершенным против общественной безопасности). Это происходило в рамках отождествления с естественными правами человека, чтобы отличить их от мести [6,73].