Курсовая работа по теории государства и права на тему Правовое государство и гражданское общество

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА
1.1. Сущность правового государства

Идея верховенства закона возникла давным-давно, но она нашла свое более четкое выражение в работах Руссо в его теории общественного договора, во взглядах французских политиков и их новой концепции прав человека и гражданина и, прежде всего, в работах немецких ученых.
Термин «правовое государство» активно обсуждается в последнее время. Некоторые ученые даже оспаривали эту концепцию, которая, по-видимому, является результатом путаницы и непонимания того, что она на самом деле означает. Правовое государство - это государство, которое управляется конституцией и законами, которые применяются ко всем гражданам без исключения. Как правило данная концепция характеризуется рядом признаков.
Во-первых, это государство институтов, которые гарантируют разделение властей через систему сдержек и противовесов, предотвращая посягательство любой власти на другую.
Во-вторых, это государство, построенное на мире, терпимости и гармонии, и отличается уважением и защитой плюрализма, уважением различных мнений и защитой всех членов сообщества, независимо от их религиозной или интеллектуальной принадлежности.
В-третьих, это государство, которое защищает права и гарантирует свободы, где все равны в своих правах и обязанностях. Так же, следует отметить, что это государство, к которому прибегают граждане, когда их права нарушаются. Она гарантирует религиозную свободу своим гражданам и закрепляет терпимость и уважение к другим в обществе. Оно защищает права женщин и меньшинств.
На наш взгляд, эти принципы составляют сущность гражданского государства. Вместе с тем это не синоним светского государства. В гражданском обществе религия является ключевым вкладчиком в систему ценностей и социальные нормы. Религия также является предметом конституционного регулирования в Российской Федерации. На наш взгляд, следует не позволять никому манипулировать религией, чтобы служить политическим интересам или выгодам для конкретной фракции.
Государство несет ответственность за поддержание верховенства закона на основе справедливости, равенства и честности. С другой стороны, граждане несут ответственность за соблюдение законов в своей повседневной жизни.
Можно определить, что государство - это не та реальность, которая скрывается за маской политической практики. Это сама по себе маска, которая мешает нам видеть политическую практику такой, какая она есть.
Некоторые следуют за блестящим и иконоборческим французским мыслителем Мишелем Фуко (1926–84), утверждая, что государство может быть «не более чем сложной реальностью и мифизированной абстракцией». Что имеет значение для Фуко – это не столько государство, сколько гораздо более общая практика «искусства управления» и соответствующая идея правительственности. Государство – это всего лишь одно место практики управления (понимаемое как управление «поведением поведения»). Сосредоточивать внимание исключительно на государстве – значит не суметь охватить весь спектр и интенсивность управленческих практик, которые пронизывают и опосредуют всю политическую систему (Фуко 1994). Важно, чтобы мы не упускали из виду эти довольно неортодоксальные взгляды. Однако большинство политологов, политических социологов и политических экономистов считают, что существуют политические структуры, институты и практики, которые имеет смысл попытаться объяснить под рубрикой государства. Хотя их попытки сделать это очень разнообразны, существует удивительно широкая область согласия относительно того, что составляет основные элементы современного государства. В этой главе мы попытаемся установить наиболее важные черты этого общего понимания современного государства.
Представляется целесообразным подумать об анализе состояния, характерно задав два вида вопросов. Первый и более нормативный или оценочный вопрос заключается в следующем: каким должно быть государство и что оно должно делать?
Во-первых, это побуждает нас рассмотреть надлежащие условия для установления и поддержания любой политической власти, для определения надлежащих отношений между государством и его членами и приемлемых пределов действий государства. Во-вторых, это было главной заботой политических философов.
Второй и более основанный на фактах или эмпирический вопрос задает вопрос: на что на самом деле похожи государства? Это вопрос, который чаще всего задают политологи и политические социологи. На практике эти два подхода не могут быть так четко разделены. Для многих комментаторов описание и оценка пересекаются. Как для сторонников, так и для противников то, на что действительно похожи государства, подразумевает что-то о том, какими мы можем (разумно) предположить, что они должны быть. Тем не менее, наше основное внимание здесь будет уделено второму типу вопросов, хотя и с признанием того, что более оценочные утверждения никогда не бывают далеки от истины.
Первоначально мы можем думать об этих объяснениях довольно грубо в терминах тех, которые фокусируются в первую очередь на организационных средствах, используемых современным государством, и тех, которые концентрируются на его функциях. До сих пор наиболее авторитетным источником для первого из этих подходов является работа немецкого политического социолога и историка экономики Макса Вебера (1864–1920). Активный в первые годы двадцатого века, Вебер установил многие параметры государственности, которые все еще являются общими для дискуссий столетие спустя. Отправной точкой для Вебера, которая контрастировала с гораздо более ранним мышлением, было то, что государство не может быть определено в терминах его целей или функций, а скорее должно быть понято в терминах его отличительных средств. Таким образом, он утверждал: государство не может быть определено в терминах его целей. Едва ли существует какая-либо задача, которую не взяла бы на себя какая-либо политическая ассоциация, и нет такой задачи, о которой можно было бы сказать, что она всегда была исключительной и специфичной для тех ассоциаций, которые обозначаются как политические. В конечном счете современное государство можно определить только с точки зрения специфических средств, свойственных ему, как и любому политическому объединению, а именно, применение физической силы. Для Вебера современное государство было особой формой государства, которое само по себе было особой формой более общей категории политических объединений. Принудительная политическая организация с непрерывным функционированием будет называться «государством» в той мере, в какой ее административный персонал успешно поддерживает претензии на монополию на законное применение физической силы при исполнении своего приказа.
Государство является понятием политологического публичного права, представляет собой сообщество лиц, более или менее многочисленных, постоянно занимающих определенную часть территории, независимых, почти так, от внешнего управления и обладающих организованным правительством, которому подавляющее большинство жителей оказывают привычное подчинение.
Но порядок не ради него самого, а «ради защиты, сохранения и развития», которые оправданы лишь в той мере, в какой они служит потребностям общества в соответствии с идеалами общества, в частности идеалами справедливости и свободы, и ограничивается ими.
Сохранение и развитие человеческого потенциала не менее важны, чем природные ресурсы. Государство должно обеспечивать образование, общественные парки, музеи, детские площадки, способствовать развитию науки, поощрению искусства. Хотя другие агентства могут выполнять эти задачи, но ни одно из них не может быть столь эффективно и масштабно и с такими полномочиями, как государство.
Внутри страны государство имеет верховенство над всеми своими гражданами и ассоциациями, находящимися под его юрисдикцией. Каждый индивид в государстве должен послушно подчиняться его воле.
Мы по-прежнему полностью привержены ценностям, которые определяют нас как нацию и народ: ценностям мира, умеренности, сострадания, солидарности, плюрализма, принятия других, настойчивости, открытости и доброй гражданственности. Именно эти ценности действительно означают быть иорданцем. Они неотделимы от нашего наследия, и мы будем продолжать прививать их нашим молодым поколениям.
Верховенство права не может быть поддержано без наличия квалифицированного, беспристрастного и эффективного судебного аппарата.
Граждане прибегают к судебной системе, потому что они уверены в ее способности обеспечить им правосудие и защитить их права как можно быстрее. Если мы потеряем это, доверие людей к судебной системе будет поколеблено. Прозрачная и справедливая судебная система является вершиной и базовой основой в структуре правового государства, исследование которой мы продолжим в следующем параграфе курсовой работы.