Курсовая работа по История Зарубежная на тему Жанн Ланн- маршал Наполеона

Генералы Великой армии Наполеона, участвовавшие в походах по всей Европе и в том числе, и на Россию в 1812 году, прошли долгий и нелегкий путь к золотым эполетам, украшенным серебряными звездами. Среди них были молодые дворяне, сыновья зажиточных буржуа, опытные офицеры и старослужащие унтер-офицеры королевских войск, а также отважные добровольцы Национальной гвардии из различных департаментов. Их военная карьера началась в эпоху революционных войн, развернувшихся во Франции с 1792 года против коалиции иностранных держав.
Многие из этих людей не выпускали оружия из рук вплоть до июня 1815 года, когда император Наполеон окончательно сошел с исторической арены. Многие из них погибли на полях сражений, были отстранены от командования, вновь призваны на службу или, напротив, перешли на сторону врага, изменив французским знаменам. Почти все они были награждены различными степенями ордена Почетного легиона и получили награды от дружественных Франции государств, включая Россию, которая в определенные периоды времени входила в их число.
Однако только самым выдающимся из них была оказана высшая честь — пожалование маршальского жезла, символа высочайшего воинского достоинства.
Жан Ланн, один из величайших маршалов Наполеона, родился 10 апреля 1769 года в небольшом городе Лектур в провинции Гасконь. Его детство и юность прошли в атмосфере сельской жизни и провинциального быта, которые сформировали многие черты его характера: упорство, прямолинейность и стойкость. Родители Ланна принадлежали к мелкой буржуазии — сословию, находившемуся между крестьянами и обеспеченными землевладельцами, что объясняет их стремление обеспечить детям минимальное образование и возможность самостоятельного заработка.
Семья Ланна имела глубокие корни в провинциальной Гаскони. Его прадед, Пьер Лан (1641–1721), был крестьянином, занимавшимся сельским хозяйством. Сын Пьера, дед Жана Ланна, Жан Лан (1683–1746), работал арендатором-издольщиком. Однако отец будущего маршала, Жан Ланн-старший (1733–1812), сумел добиться определённого успеха: он владел небольшим участком земли в окрестностях Лектура и занимался торговлей, что обеспечило семье относительно стабильное существование. В 1759 году он женился на Сесилии Фуреньян (1741–1799), дочери мелкого торговца, ставшей матерью восьмерых детей.
Жан был пятым ребёнком в семье. Среди его братьев и сестёр выделяются: Бернар (1762–после 1829), который выбрал духовное поприще, но не смог построить карьеру чиновника; Жан (1764–?) и Бернар (1766–?), погибшие в боях революционных войн; младший брат Бернар (1771–?), унтер-офицер кавалерии, который после службы поселился неподалёку от Лектура. Две сестры Жана, Жанна и Мария, вероятно, умерли в младенчестве.
Семья Ланнов вела довольно скромный образ жизни, и отец уделял мало внимания воспитанию и образованию своих детей. Основные знания Жан получил благодаря старшему брату Бернару, который, будучи священником, взял на себя обязанность обучать младших братьев. Однако даже этот скромный уровень образования оказался весьма посредственным. По воспоминаниям современников, Жан Ланн в юности умел лишь читать, писать и знал основы арифметики.
Физический труд и жизнь в суровых условиях гасконской провинции закалили будущего маршала. Окружающая среда Гаскони, с её богатой воинской историей и традициями, также оказала влияние на формирование характера Ланна. Гасконцы славились своими задиристыми нравами, горячей эмоциональностью и склонностью к авантюрам. Эти качества будут впоследствии проявляться в личности Ланна на протяжении всей его жизни.
С ранних лет Ланн был вынужден трудиться, чтобы внести свой вклад в семейный бюджет. анн-отец не уделял много внимания образованию будущему сподвижнику императора. Образованием будущего герцога Монтебелло решил заняться его старший брат Бернар, священник. По воспоминаниям адъютанта маршала и одного из самых известных мемуаристов наполеоновской эпохи М. Марбо, «когда разразилась Революция, Ланн умел читать, правильно писать и знал четыре правила арифметики» . Позднее Марбо, также вспоминал, что Ланн был: «…человек остроумный и весёлый, но совершенно необразованный. Тем не менее, Ланн всегда стремился к знаниям и был одним из немногих, кто в то время стремился учиться» .
Первые годы службы в революционной армии сыграли решающую роль в формировании личности Ланна. Здесь он нашёл себя: стремление к дисциплине, боевому товариществу и военной славе совпадало с его природной страстью к лидерству. Именно в армии он встретил людей, которые повлияли на его дальнейшую судьбу: Шарль Ожеро, будущий маршал Франции, и Пьер-Шарль Пузе, шеф батальона, который станет для Ланна не только наставником, но и близким другом. Пузе погибнет в сражении в 1809 году на глазах Ланна, что станет одним из самых трагических моментов в его жизни.
Ланн с самого начала выделялся среди товарищей не только храбростью, но и ярким эмоциональным темпераментом. По словам современников, он ненавидел войну как таковую, но выполнял свои обязанности с непреклонной решимостью. Его чрезмерная эмоциональность, свойственная гасконцам, сочеталась с практическим умом и врождённым стратегическим чутьём.
1.2 Подъем по карьерной лестнице
Существует легенда, что в молодости Жан Ланн служил в королевской армии и достиг чина старшего сержанта. Якобы он был вынужден покинуть службу после дуэли, в ходе которой убил фельдфебеля, оскорбившего его — согласно некоторым версиям, из-за женщины. После возвращения в родной Лектур сосед его отца будто бы бросил Ланну насмешливую реплику: «Дурак, зачем тебе снова становиться красильщиком? В этой профессии нет будущего... Иди в армию, может, из тебя выйдет хороший полководец» . Однако эта история — всего лишь красивая выдумка. В отличие от многих других будущих маршалов Наполеона, Ланн никогда не служил в королевской армии.
Более того, тяга к военному делу проявилась у него далеко не сразу. В 1791 году, когда из Лектура отправлялся 1-й батальон волонтёров департамента Жер, Ланн не последовал за ним, хотя ничто не препятствовало ему записаться в ряды добровольцев, если бы он действительно стремился к военной службе. Только после того, как летом 1792 года Национальный Конвент издал знаменитый декрет «Отечество в опасности!», Ланн проникся патриотическими чувствами и вступил во 2-й батальон волонтёров Жера. Этот момент стал началом его пути в армию.
Однако военное ремесло не стало для Ланна естественным призванием, как, например, для маршала Жанно де Монсея, который с юности сбегал из дома, чтобы служить в армии. Возможно, именно поэтому Ланн, в отличие от многих других офицеров, питал искреннюю ненависть к войне. Гасконская эмоциональность, свойственная ему, усиливала это чувство, заставляя его особенно остро переживать жестокость и бессмысленные потери на поле боя.
Тем не менее, в армии талантливый и энергичный Ланн быстро выделился. Уже 20 июня 1792 года, всего через несколько дней после вступления в батальон, 23-летний Ланн был избран суб-лейтенантом (младшим лейтенантом). Скорее всего, это назначение объяснялось не только его грамотностью, но и известным в Лектуре задиристым нравом. Именно в этот период он познакомился с двумя людьми, сыгравшими важную роль в его жизни: лейтенантом Ожеро, который позже тоже станет маршалом, и шефом батальона Пьером-Шарлем Пузе, будущим бригадным генералом. Пузе оставался его другом до самой смерти: в 1809 году он погибнет на глазах Ланна за несколько минут до смертельного ранения самого маршала.
С 1793 по 1795 год Ланн служил на Пиренейском фронте в составе Восточно-Пиренейской армии, сражаясь против испанцев. Его первое сражение стало настоящим испытанием. Позже он вспоминал: «Меня обуял огромный страх, но я его взял за глотку и задушил, чтобы он мне больше никогда не мешал» . Ланн быстро завоевал репутацию храброго и решительного офицера. 1793 год стал переломным в его карьере: всего за несколько месяцев он прошёл путь от лейтенанта до полковника. Уже 25 сентября его повысили до лейтенанта, 31 октября он стал капитаном и командиром гренадерской роты, а 25 декабря получил чин шефа бригады (полковника).
Одним из самых ярких эпизодов этого периода стала атака редута, занятого испанцами, с 19 пушками. Ланн возглавил штурмовую группу из 500 гренадеров и успешно захватил укрепление, показав выдающиеся командирские способности. Однако во время боёв он получил несколько ранений, которые потребовали лечения. Ланна отправили в Перпиньян для восстановления, и именно там судьба подарила ему первое большое личное счастье.