Фрагмент для ознакомления
2
ВВЕДЕНИЕ
Переселение корейцев на территорию Российской империи началось во второй половине XIX века, и к началу XX века они сформировали значительную этническую группу, проживавшую преимущественно в Приморском крае. Корейская диаспора на Дальнем Востоке в 20-30-ых гг. XX века представляла собой динамично развивающееся сообщество, столкнувшееся с рядом социально-политических вызовов. В условиях нестабильности, вызванной революцией, гражданской войной и последующей коллективизацией, образование играло ключевую роль в сохранении национальной идентичности, языка и культуры, а также в адаптации к новым условиям жизни.
Актуальность темы исследования. Изучение истории образования корейской диаспоры на Дальнем Востоке в 20-30-ых гг. XX века имеет важное значение по нескольким причинам:
1) Восстановление исторической справедливости: история корейцев на Дальнем Востоке, особенно период 20-30-х гг., часто замалчивалась или искажалась. Исследование системы образования позволяет восстановить объективную картину жизни диаспоры и ее вклада в развитие региона.
2) Понимание процессов этнокультурной адаптации: анализ образовательной системы позволяет понять, как корейская диаспора адаптировалась к новым социокультурным условиям, сохраняя при этом свою идентичность.
3) Уроки для современной образовательной политики: опыт корейской диаспоры в организации образования в условиях многоязычия и поликультурности может быть полезен для современной образовательной политики в России и других странах.
Хронологические рамки исследования охватывают период с 1920-х по 1930-е гг. XX века. Начало 1920-х гг. ознаменовано окончанием Гражданской войны и установлением советской власти на Дальнем Востоке. Этот период характеризуется политикой коренизации, направленной на поддержку национальных меньшинств, что создало благоприятные условия для развития национальных школ. Конец 1930-х гг. отмечен началом массовых репрессий и депортацией корейцев в Среднюю Азию в 1937 году, что привело к ликвидации корейских школ и прекращению развития национальной системы образования. Таким образом, выбранный период представляет собой относительно автономный этап в истории корейской диаспоры на Дальнем Востоке, характеризующийся определенными политическими, экономическими и социокультурными условиями.
Изучение школьного образования в корейской диаспоре на Дальнем Востоке в 1920-30-е гг. представляет собой относительно малоизученную область в отечественной и зарубежной историографии. Однако, существует ряд работ, затрагивающих отдельные аспекты данной темы.
В советский период исследования, посвященные корейской диаспоре, как правило, носили идеологизированный характер. Подчеркивалась роль советской власти в развитии образования и культуры национальных меньшинств. В работах, посвященных истории Дальнего Востока, упоминались корейские школы как пример успешной реализации политики коренизации. Однако, критический анализ содержания образования, проблем финансирования и кадрового обеспечения, а также влияния политических репрессий на систему образования, как правило, отсутствовал. С распадом СССР и открытием архивов появилась возможность более объективного изучения истории корейской диаспоры. В работах современных российских исследователей (например, Г.Н. Кима, М.Н. Пака, В.Ф. Печерицы) предпринимаются попытки реконструкции истории корейских школ на Дальнем Востоке. Особое внимание уделяется изучению архивных материалов, позволяющих выявить особенности организации учебного процесса, содержания образования, а также роль корейской интеллигенции в развитии национальной школы. В этих работах также рассматриваются вопросы влияния политики коренизации и последующих репрессий на систему образования корейской диаспоры.
В южнокорейской историографии интерес к истории корейской диаспоры на Дальнем Востоке также возрастает. Корейские исследователи (например, Кан Дон Чжин, Ким Сын Хва) активно изучают архивные материалы, проводят полевые исследования, собирают воспоминания потомков корейцев, проживавших на Дальнем Востоке. В их работах особое внимание уделяется сохранению национальной идентичности и культуры корейцев в условиях советской действительности. Школьное образование рассматривается как один из ключевых факторов, способствовавших сохранению корейского языка, традиций и обычаев.
В западной историографии (например, работы Роберта Конквеста, Терри Мартина) история корейской диаспоры на Дальнем Востоке рассматривается в контексте общей политики советской власти в отношении национальных меньшинств. В этих работах анализируются причины и последствия политики коренизации, а также репрессий, направленных против корейцев. Школьное образование рассматривается как инструмент советской идеологии, направленный на формирование лояльности к советской власти.
Цель курсовой работы: изучить особенности системы школьного образования в корейской диаспоре на Дальнем Востоке в 20-30-ых гг. XX века.
Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:
1. Определить исторический контекст развития корейского образования на Дальнем Востоке в 20-30-ых гг. XX века.
2. Проанализировать организацию школьного образования корейцев в 20-30-ых гг. XX века.
3. Выявить основные проблемы и трудности, с которыми сталкивались корейские школы.
Объект исследования: система школьного образования в корейской диаспоре на Дальнем Востоке в 20-30-е годы XX века.
Предмет исследования: процесс функционирования и развития системы школьного образования в корейской диаспоре на Дальнем Востоке в 20-30-е годы XX века, а также его влияние на социокультурную адаптацию и сохранение национальной идентичности корейского населения.
Степень разработанности: общие работы по истории корейцев в России, такие как труды Ким Ен Уна, Бугая Н.Ф., Кузнецова А.М., Шина Г.В. содержат информацию о развитии образования в корейских поселениях. Эти работы рассматривают образование как один из факторов формирования и развития корейской диаспоры.
Исследования, посвященные политике коренизации, проводимой советским правительством в 20-30-е годы, затрагивают вопросы развития образования на языках национальных меньшинств, в том числе и на корейском. В этом контексте можно отметить работы Пака Б.Д., Толстокулакова И.А.
Методы исследования:
1. Историко-генетический метод: данный метод позволяет проследить эволюцию школьного образования в корейской диаспоре, выявить основные этапы его развития и определить факторы, повлиявшие на его формирование.
2. Историко-сравнительный метод: этот метод позволяет сопоставить систему образования в корейской диаспоре с системой образования в других этнических группах, проживающих на Дальнем Востоке, а также с системой образования в Корее.
3.Историко-системный метод: данный метод предполагает рассмотрение школьного образования в корейской диаспоре как целостной системы, включающей в себя различные элементы: учебные заведения, учебные программы, педагогический состав, ученики, а также внешние факторы, такие как государственная политика и общественное мнение.
Теоретическая значимость исследования заключается в том, что исследование школьного образования в корейской диаспоре позволяет глубже понять миграционные процессы, которые происходили в начале XX века. Это важно для теории миграции, так как показывает, как образование стало инструментом адаптации и интеграции мигрантов в новую культурную среду. Также анализ образовательных практик корейской диаспоры помогает выявить механизмы сохранения и трансформации культурной идентичности.
Практическая значимость исследования: понимание исторического контекста и особенностей школьного образования в корейской диаспоре может быть полезным для разработки современных образовательных программ, направленных на поддержку этнических меньшинств и сохранение их культурного наследия.
Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы.
ГЛАВА 1 ИСТОРИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ КОРЕЙСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА
1.1 Основные этапы миграции корейцев на Дальний Восток
С приходом русских на юг Дальнего Востока сразу же обозначилась проблема малочисленности населения. Эта нехватка носила системный характер, препятствуя развитию региона и реализации имперских интересов. Для решения этой проблемы правительство организовывало переселение людей из Сибири и других регионов России. Параллельно существовал и другой поток миграции – из соседних стран Восточной Азии, в частности, из Китая и Кореи. Китайцы приезжали на Дальний Восток России на заработки, рассматривая его как временное место пребывания. Корейцы же, напротив, стремились к постоянному переселению и обустройству на новых землях. В результате, трудовые ресурсы русского Дальнего Востока формировались из нескольких этнических групп, основными из которых были русские переселенцы, китайские рабочие-мигранты и корейские переселенцы.
Переселение корейцев на Дальний Восток России началось еще в середине XIX века. Первые документально подтвержденные случаи появления корейских беженцев в России относятся к 1864 году. Однако, существуют сведения о том, что корейские поселенцы обосновались в Посьетском округе еще в 1863 году. Основав первые поселения в районе Посьета, корейцы стремились найти защиту как от тяжелых условий жизни на родине, так и от враждебности со стороны китайцев . Большинство корейцев селились в Посьетском участке, между китайской границей и западным побережьем залива Петра Великого.
Фрагмент для ознакомления
3
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Бэ Ын Гиёнг. Советские корейцы в 20–30-е годы XX века: дис. ... канд. ист. наук. М., 1998. 180 c
2. Васильченко О.А. Корейцы на советском Дальнем Востоке (1923–1937 гг.) // Ученые записки Комсомольского-на-Амуре технического университета. 2010. № 1-2(1). С. 4–7.
3. Вологдина Е.С. Государственная политика в отношении корейских мигрантов на советском Дальнем Востоке в 20–30-х годах ХХ в. // Власть и управление на Востоке России. 2010. № 3. С. 178–181.
4. Ворожищева О.М. Корейская диаспора в странах Дальнего Востока: этно-историческая характеристика (вторая половина XIX – начало XX вв.): автореф. дис. ... канд. ист. наук. Томск, 2013. 23 с.
5. Гёюк ёлсим [Стремление к образованию] // Квонопшинмун. 1913. 5 июня. Л. 3. (на корейском языке)
6. Гёюки опсумён и сидэе сэнгзонхамуйл опзи мопхам [Без обучения не сможем пережить настоящее время] // Хэзошинмун. 1908. 27 февраля. Л.2. (на корейском языке)
7. Гёюкуи ёлсим [Стремление к образованию] // Дэдонггонгво. 1910. 1 июля. Л. 2. (на корейском языке)
8. Гёюкы балдалуин сёлбиоанзёне зойхам [Для развития образования необходимо оборудовать школы. Ч. 1] // Хэзошинмун. 1908. 4 апреля. Л.2 (на корейском языке)
9. Гёюкы балдалуин сёлбиоанзёне зойхам [Для развития образования необходимо оборудовать школы Ч.2.] // Хэзошинмун. 1908. 11 апреля. Л.2. (на корейском языке)
10. Горёин сабомхакгё дэвакзанг [Расширение корейской педагогической школы] // Сонгбонг. 1926 г. 18 июля. Л.4. (на корейском языке)
11. Ёнхэзу советхва онёнган горёин гёюксаопы балзон [Развитие образовательного дела у корейцев за пять лет Советской власти в Приморском крае] // Сонгбонг. 1927. 7 ноября. Л.1. (на корейском языке)
12. Киммангем И. Советское строительство среди корейского населения // Советское Приморье. 1926. № 1-2. С. 199–206.
13. Мокхвоу Сэхакгё [Новая школа в Посьете] // Квонопшинмун. 1912. 23 декабря. Л.2. (на корейском языке)
14. Накгио-хувонгум [Пожертвование на школу] // Квонопшинмун. 1913. 5 июня. Л. 4. (на корейском языке)
15. Нам С.Г. Российские корейцы: история и культура (1860–1925 гг.). М.: ИВ РАН, 1998. 188 с.
16. Народное образование на Дальнем Востоке в 1923-1924 году. Хабаровск: Б. и., 1925. 38 с.
17. Нёзагёюк [Обучение женщин] // Хэзошинмун. 1908.28 февраля. Л.1. (на корейском языке)
18. Овонгдонг Гэсонгхакгё /[Школа Гэсонг в Овонгдонг] // Квонопшинмун. 1913. 22 сентября. Л. 2. (на корейском языке)
19. Овонгдонг хонгдонгхакгё [Школа Хондонг в с. Удими] // Квонопшинмун. 1913. 15 сентября. Л. 2. (на корейском языке)
20. Отчет Владивостокского Епархиального Комитета Православного Миссионерского Общества за 1903 год. Школьное дело среди 206 корейцев // Владивостокские Епархиальные Ведомости. 1904. № 11. С. 230–240.
21. Пай С.С. Просвещение корейцев на Дальнем Востоке России в контексте реформы народного образования в 1920- е гг. // Вглядываясь в прошлое: дальневосточное общество в XIX – XX вв. Слабнина Л.А. Владивосток, 2012. С. 211-220.
22. Пикалов Ю.В. Становление школьного образования на Дальнем Востоке РСФСР в 1922–1941 годы // История и культура Приамурья. 2007. № 1. С. 86–97.
23. Половинчук Е.Н. Из истории народного образования в Приамурье. Благовещенск: Амурское кн. изд-во, 1957. 304 с.
24. Программы для национальных корейских школ // Дальневосточный учитель. Хабаровск. 1936. № 3. С. 4.
25. Соаонгрёнг синэ савоихвакгёуи нэёнг [О педагогической школе в центре Никольск-Уссурийска] // Сонгбонг. 1925. 18 марта. Л.3
26. Сон Т.А. Система образования корейского населения на Дальнем Востоке России//Валхвэ, горёин гуриго ёнхвэзу [Бахай, Горёин и Приморский край]. Материалы международного научного симпозиума. Чэве тоньпхо чедань [Корейский фонд поддержки зарубежных соотечественников]. Сеул, 2009. С.107-111. (на корейском языке)
27. Федирко О.П. Образование и пропаганда на Российском Дальнем Востоке (Государственно-конфессиональные отношения в Советской России и СССР в 1917-1939 годах). Saarbrucken, Deutschland: LAP, 2012. 367 с.
28. Федирко О.П. Образование и просвещение на российском Дальнем Востоке в период гражданской войны: проблемы секуляризации и сакрализации. Благовещенск: Издательство БГПУ, 2010 113 с.
29. Федирко О.П. Очерки истории православного образования в дореволюционном Приамурье (1862-1918 гг.). Благовещенск: Из-во АмГУ, 2003. 142 с.
30. Федирко О.П. Религиозное и антирелигиозное образование и пропаганда в социокультурном пространстве российского Дальнего Востока в 20-30-е годы ХХ в. Благовещенск: Издательство БГПУ, 2011. 236 с.
31. Федирко О.П., Бэ Со-ён Корейцы юга Дальнего Востока России в 1920-1930 г.: колонизация и коллективизация // Общество: философия, история, культура. 2017. № 6. С. 81-84
32. Федирко О.П., Бэ Со-ён Особенности становления национальной корейской школы на Дальнем Востоке в 1920-1930-е годы // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2017. № 3. Ч. 1. С. 41-44.
33. Федирко О.П., Бэ Со-ён. Первые корейские школы на Дальнем Востоке России в середине XIX – начале ХХ вв. // Общество: философия, история, культура. 2017. № 1. С. 84.
34. Хакгё ыёнг гванго [Сбор пожертвований на школу] // Квонопшинмун. 1913. 13 ноября. Л. 2. (на корейском языке)
35. Хакгёы зонгшинуйн гёгоасое зойхам [Школам необходимы учебные пособия] // Хэзошинмун. 1908. 13 мая. Л.3. (на корейском языке)
36. Хезенонгпёнгуи хакгёсолип [Создание школы в с. Осиповке] // Квонопшинмун. 1913. 15 сентября. Л. 3. (на корейском языке)
37. Хонганг Вохунгхакгё [Школа Вохунг в Николаевске] // Квонопшинмун. 1912. 10 июня. Л. 3. (на корейском языке)
38. Хон Чжом Сук. Корейские церковные школы на русском Дальнем Востоке в конце XIX – начале ХХ вв. // Вестник Московского университета. 2009. № 2. С. 14–24.
39. Хэсамуй ханингеозуминуй гёюквие дэхван ипяксео [Объявление корейцам во Владивостоке о финансовой поддержке в получении образования] // Дэдонггонгво. 1909. 9 сентября. Л.3. (на корейском языке)
40. Чуфунгэ ду хакгёга натанам [Появление двух школ в Суйфуне)] // Квонопшинмун. 1913. 15 сентября. Л. 4. (на корейском языке)
41. Школьное дело в корейских селениях //Владивосток. 1886. 1 мая. Л. 2