Курсовая работа по рекламе и PR на тему гонзо-журналистика в российской медиасфере

2.1. Развитие гонзо-журналистики в России

Концепция гонзо-журналистики появилась в 1960-х годах благодаря Хантеру Томпсону, писателю и журналисту.
По легенде, Томпсон, работавший в журнале The Boston Globe, получил задание осветить скачки. Однако он не успел подготовить статью вовремя и отправил редактору отрывочные и бессвязные заметки из своего блокнота. В этих заметках были не столько описания скачек, сколько впечатления от зрителей, которые показались Томпсону похожими на сборище пьяниц и матерщинников [1, с.3].
Редактор Билл Кордозо принял статью, хотя она не соответствовала заданию. Однако субъективный взгляд журналиста был интересен и затрагивал актуальные этические проблемы. Кроме того, Томпсон представил событие в совершенно новом свете, что стало шоком для читателя. До этого ни один журналист не позволял себе такого.
Редактор не ошибся: новая манера подачи информации вызвала большой резонанс и была названа «гонзо» (от англ. «безумный», «рехнувшийся», «чокнутый»).
В последующие 50 лет многие журналисты и даже писатели (Джорбан Кобос, Уильям Гудвин, Мэтт Тайбби, Алан Кабал) пробовали работать в стиле гонзо. Их привлекала возможность игнорировать привычные каноны медийных жанров и высказывать своё мнение, становясь не только очевидцами, но и реальными героями публикаций, выражая исключительно своё мнение.

«Субъективность важнее объективности», «не события создают репортёра, а репортёр события» — эти лозунги стали основой гонзо-журналистики.
Развитие направления ускорило появление интернета, так как у каждого появилась возможность выражать своё мнение в индивидуальном стиле. Однако гонзо-журналистика до сих пор не признана официальным направлением в медиасфере, хотя и получила широкое распространение среди журналистов [1, с.3].
Такая свобода действий привлекает многих авторов и на российской медийной площадке. С конца 2000-х годов журналисты и обозреватели заговорили о явлении гонзо-журналистики в России. Вот интернет-ресурсы, в той или иной степени связанные с явлением гонзо: онлайн-газета «Lenta.ru» (рубрика «Офтопик»), онлайн-газета «Газета.Яи» (рубрика «Портфель»), Gonzo National Press-Club, Доктор Гонзо Journal (LiveJournal), Данила Блюз (Livejournal), Портал о рок-музыке и кино Rock-Review.Ru, онлайн-журнал YE!NOT. В телевизионных СМИ наиболее образцовыми являются: программа «Мастер спорта» на телеканале «Россия-2», «Байки без кляпа» на телеканале «02-тв», интернет-программа «МинаевLIVE», «Реутов-ТВ» на телеканале «2х2». К гонзо-журналистике относят тексты авторов «Новой газеты» Юлии Латыниной, Артемия Троицкого, Ольги Романовой, Андрея Колесникова и др [1].
Конечно, можно сказать, что автор несколько преувеличивает, но сама такая точка зрения показательна. И нужно отметить, что отзывы об этом явлении отличаются часто радикальным неприятием гонзо-стиля в интерпретации российских авторов.
Анализ публикаций российских гонзо-журналистов приводит к выводу, что в России явление гонзо получило возможность для развития прежде всего благодаря блогосфере, однако оно не разрослось до масштабного явления. Кроме того, русские авторы гонзо-статей используют лишь часть принципов новой журналистики, игнорируя другие, не менее важные.

К признакам гонзо-журналистики относят субъективный стиль повествования, возможное использование обсценной лексики, иронию и даже сарказм, нарушение сюжета, нетрадиционное, несхематичное описание событий, где главный объект становится второстепенным, а на первое место выходит автор со своими мыслями, идеями и переживаниями.
Что делают российские гонзо-журналисты? В своих публикациях они оттачивают дерзкий, неформальный стиль, выдвигая на первое место своё фривольное «Я» (например, скандальный российский гонзо-журналист Даниил Шеповалов обычно подписывался как «Величайший Гуманист Всех Времен и Народов», хотя его тексты невозможно процитировать в научном журнале), сообщая окружающим своё критическое видение событий. Однако, иронизируя по поводу окружающего мира со всеми его несовершенствами, журналисты забывают иронизировать над собой, что является серьёзным отступлением от гонзо-стиля [1, с.3].
Кроме того, любой гонзо-текст, несмотря на его альтернативность, всё же претендует на место в журналистской сфере, требует конкретной постановки вопроса или проблемы. В идеале гонзо-журналисты должны обозначать скрытые, непривычные для осмысления, но важные проблемы с помощью необычной, очень личной интерпретации вполне традиционных инфоповодов и событий (описание скачек Томпсона).
Российские же гонзо-журналисты теряются в стремлении отточить неповторимый стиль и выразить свой внутренний мир. Их публикации отличаются радикальностью, истеричностью, пустотой, после прочтения которых читатель ловит себя на мысли, что ему сложно воспроизвести то, о чём шла речь.
Российский журналист Дмитрий Соколов-Митрич трактует явление гонзо на российской площадке так: «Наши гонзо — это фарисействующие борзописцы. В основном женщины и, как правило, незамужние или находящиеся в состоянии перманентного развода. У них развита редкая разновидность дальтонизма: они видят только красное, чёрное и белое. Остальные оттенки и полутона их глаз не различают. Недостаток профессионализма восполняется героической интонацией, нехватка информации — избытком эмоций, отсутствие взвешенности — дурной искренностью» [2].
Нужно отметить, что «недогонзо-журналистика» пользуется популярностью среди читателей, в описаниях гонзо-стилистики авторы отступают от изначальных норм (несмотря на всю альтернативность жанра, у него есть свои законы), и читатели не придают этому значения, путая личный дневник с публикацией в гонзо-стиле.
В России есть журналисты, которые умеют писать в неформальном стиле. Один из таких авторов — Валерий Панюшкин, который ведёт блог в журнале «Сноб».
Он выбирает те же темы, что и другие журналисты, но его статьи всегда конкретны и анализируют реальные проблемы. Например, в статье «Причины самоубийства» он рассказывает о случае, когда онкологический больной покончил с собой из-за отсутствия обезболивающих.
В. Панюшкин не просто указывает на проблему, но и добавляет: «Должны же мы, журналисты, пишущие на социальные темы, как-то объяснить сотрудникам Роскомнадзора, что обязательно, обязательно, обязательно-обязательно надо писать о больных раком, которые кончают с собой из-за боли. Потому что, если мы не будем писать об этом, проблема обезболивания никогда не будет решена. Потому что однажды сами сотрудники Роскомнадзора, запрещающие упоминать причину самоубийства и писать, как именно человек покончил с собой, — рано или поздно сами эти сотрудники Роскомнадзора рискуют заболеть раком и умирать в муках, и им тоже не будет обезболивания».
В. Панюшкин критикует Роскомнадзор за запрет говорить и писать о причинах самоубийства, что помогает замалчивать социальные проблемы, приводящие к срыву. В конце статьи он просит Роскомнадзор запретить ему писать о Дне Победы, так как этот праздник «является причиной самоубийства А. Гитлера».