Курсовая работа по уголовному праву на тему Специальный субъект преступления 2.1. Понятие и признаки специального субъекта преступления 2.2. Особенности квалификации преступлений со специальным субъектом Заключение

В практике квалификации преступлений правильное определение специального субъекта помогает избежать распространённых ошибок, таких как квалификация преступления по общему составу при наличии специальных обстоятельств, или отсутствие учета профессионального статуса, что может существенно исказить правовое понимание деяния. Это особенно важно в сложных ситуациях, когда от точности юридического анализа зависит не только меру наказания, но и законность всего уголовного процесса.
Анализ правоприменительной практики позволяет отметить наличие следующих правил квалификации преступлений со специальным субъектом.
1. Исполнителем этих сочинений может выступать только субъект, наделенный закрепленными в законе необязательными свойствами. Если такие свойства могут быть сформулированы в общем виде, то может потребоваться анализ других правил для определения их сущности и содержания.
Так, в одном случае преступник был осужден по ч. 3 ст. 159 УК. Квалификация деяния У. по соответствующей статье осуществлялась с учетом того, что деяние было осуществлено специальным субъектом преступления, занимающим должность республиканского государственного служащего.
У., на чью компетенцию был возложен контроль за соблюдением ветеринарно-санитарных требований, задался целью хищения чужих денег с использованием злоупотребления доверием. Реализуя полномочия должностного лица органа ветеринарного контроля, нарушительница довела до сведения потерпевшего сведения о наличии в ее действиях нарушений, за которые в силу положений КоАП РФ предусмотрена ответственность в виде штрафа, превышающего двадцать тысяч рублей. Человек, в отношении которого У. проводил проверочные мероприятия, заявил, что готов выплатить штраф наличными и непосредственно в руки должностного лица. Средства были переданы У., после чего он дал обещание жертве не преследовать ее в судебном порядке. У. был признан виновным по ч. 3 ст. 159 УК РФ. В связи со статусом спецсубъекта ему было назначено дополнительное наказание в виде лишения права занимать аналогичные должности .
2. К субъекту, участвовавшему в совершении преступления без соответствующих факультативных характеристик субъекта, применяются специальные квалификационные правила. По общему правилу, совершение такого преступного посягательства потребует квалификации как действия организатора, подстрекателя или соучастника со ссылкой на ст. 33 УК РФ.
3. совершение преступления ненадлежащим специальным субъектом исключает возможность квалификации в составе, где наличие специального субъекта является обязательным признаком. Но при совпадении других признаков преступления допускается квалификация на другие составы.
Что касается квалификации преступлений, совершенных в соучастии, то этот процесс представляется более сложным, чем квалификация преступлений с общим субъектом. Большая часть трудностей связана с ситуацией участия в совершении преступления нескольких лиц, ряд из которых лишены признаков специального субъекта.
Таким образом, яркий пример случая, в котором квалификация затруднена в силу объективных причин, связан с так называемым посредственным исполнением объективной стороны, когда субъект с необязательными признаками фактически выступает в качестве инструмента посягательства. Еще в дореволюционной науке в этой связи подчеркивалось, что посредственный исполнитель должен привлекаться к ответственности в пределах своего деяния, но не в рамках особого состава, поскольку лишен необходимых факультативных признаков: «нотариус или следователь, воспользовавшийся психическим заболеванием для составления поддельного документа, будет нести ответственность как виновник простого, а не служебного подлога» .
Определенную аргументацию на данном этапе дают мнения о том, что косвенное исполнение объективной стороны особого состава общим субъектом может привести к привлечению к ответственности за преступления, где по смыслу уголовного права необходим специальный субъект .
Исходя из этого, можно сформулировать вывод о том, что если у человека нет признаков бездарного исполнителя, то совершенное им деяние в прямом смысле (с учетом отсутствия такого важного признака состава преступления, как его субъект) не является преступлением, и такой исполнитель в силу положений, закрепленных ч. 2 ст. 33 УК РФ, будет нести ответственность в пределах фактически совершенных им действий.
Если свойствами спецсубъекта обладает лицо, которое не может быть признано субъектом преступления, для корректной квалификации может потребоваться всестороннее полное изучение всего перечня этих характеристик.
Таким образом, наличие глубокой зависимости между указанными признаками и личностью преступника исключает возможность посредственной казни (как, например, в случае дезертирства).
Если нет такой глубокой связи между юридическими признаками, присущими фигуре специального субъекта, и свойствами его личности, то не следует исключать возможность посредственного исполнения. Такие посягательства квалифицируются в зависимости от условий, которые делают необоснованным возложение ответственности на невиновного агента. Ярким примером здесь станет назначение наказания женщине, успешно совершившей подстрекательство к совершению изнасилования лица, не имеющего признаков общего субъекта преступления из-за, например, его невменяемости (или недостижения возраста привлечения к уголовной ответственности за этот состав). В этом случае именно зачинщик будет отвечать, как исполнитель.
Проблемы в квалификации могут возникнуть и в том случае, если субъект с необходимыми факультативными характеристиками подстрекает лицо, не обладающее такими свойствами (общий субъект), к совершению преступного деяния, либо своими действиями формирует условия для реализации преступного намерения. При этом, даже если в действиях специального субъекта нет признаков объективной стороны соответствующего состава, именно он будет привлекаться к ответственности в качестве исполнителя. Общий субъект будет привлечен к ответственности в статусе сообщника [2, с. 134].
В науке, однако, существуют особые трактовки по этому вопросу, но в отношении такой категории составов, как преступления военнослужащих. Если в качестве исполнителя выступает общий субъект, в то время как лицо, проходящее военную службу, будет являться соучастником преступления в качестве организатора, подстрекателя или сообщника, то, по мнению В. Г. Павлова, деяние последнего не может квалифицироваться как посягательство на специального субъекта. Исполнители в этом случае будут привлечены к ответственности за преступления против личности. Военнослужащие ответят как подстрекатели по ч. 4 ст. 34 УК [4, стр. 215].