Курсовая работа по Гражданское право на тему Договор банковского счета: понятие, правовая природа, виды

ЗАКЛЮЧЕНИЕ И ПРЕКРАЩЕНИЕ ДОГОВОРА БАНКОВСКОГО СЧЕТА
2.1 Заключение договора банковского счета

Одним из вопросов, возникающих при исследовании правовой природы договора банковского счета, является вопрос природы права на его заключение, который имеет существенное значение для выяснения возможности квалификации договора банковского счета в качестве публичного и, соответственно, для определения объема прав и обязанностей банка.
Поэтому в первую очередь необходимо рассмотреть природу права заключения договора вообще и договора банковского счета в частности. В доктрине природа указанного права формулировалась или как элемент правоспособности, как секундарное или как субъективное право .
Сделаем несколько предварительных замечаний. Поведение субъектов может оцениваться правопорядком как возможное, соответствующая оценка будет составлять некоторое право субъекта. Данное понимание права (в широком смысле) в принципе абстрагировано от разделения его на субъективное, секундарное и т.п. – для дальнейших рассуждений нам будет в ряде случаев достаточно только общего определения. Поведение субъектов может оцениваться правопорядком как необходимое (обязательное), соответствующая оценка есть обязанность субъекта.
Если субъект обладает некоторыми правами или обязанностями, то будем говорить, что он находится в некотором состоянии. При изменении этих прав или обязанностей состояние субъекта меняется.
Состояния субъекта, с одной стороны, это совокупность относящихся к нему прав (обязанностей). С другой стороны, это является обстоятельством и соответственно может быть юридическим фактом. Если рассмотреть в качестве юридического факта просто существование субъекта, возникает любопытная возможность сформулировать то состояние, которое ему соответствует в указанном выше смысле. Это состояние, как представляется, будет ни чем иным, как правоспособностью.
Рассмотрим возможные выводы, которые следуют из данного понимания правоспособности. Дело в том, что практически общим местом в юридической литературе является указание на взаимосвязь права на заключение договора с гражданской правоспособностью, однако разными авторами эта взаимосвязь понимается по-разному.
Вопросы же отграничения правоспособности от смежных «состояний», анализ понятия «динамической правоспособности» рассмотренной в свое время М.М. Агарковым остаются мало разработанными . Причина этого в целом понятна: рассмотрение этих вопросов должно базироваться на общей теории правоотношения, относительно которой в настоящее время нет определенности. Если способность заключения договоров вообще, как частного случая совершения сделок, ученые практически однозначно относят к правоспособности, ссылаясь в частности на легальное определение (ст. 17-18 ГК РФ), то вопрос установления границы конкретизации этого общего права в пределах правоспособности остается открытым. А между тем его решение является, очевидно, той базой, которая необходима для правильной квалификации договора банковского счета и его многочисленных разновидностей в качестве публичных, и в последующем определении объема обязанностей банка.
Необходимо отметить, что для любого элемента правоспособности справедливым будет то, что та поведенческая возможность, которая ему соответствует, не носит исключительного характера – она присуща всем субъектам данного правопорядка постольку, поскольку они являются субъектами.
Однако при дальнейшей конкретизации мы приходим к ограничению круга субъектов. Так, ст. 846 ГК РФ упоминает о видах договора банковского счета. Причем банковскими правилами устанавливается ограниченный круг субъектов, которые могут заключать договора данного вида. Например, рассматривая в качестве такого вида банковского счета текущий счет, мы приходим к выводу, что заключить данный договор могут не все субъекты, а только физические лица.
В указанной выше терминологии можно сказать, что одного существования субъекта уже недостаточно для способности заключения данного вида договора банковского счета, необходимо еще и наличие некоторого значимого свойства – отнесения к физическим лицам. Множество субъектов, обладающих данным свойством, есть множество физических лиц. Это множество определяется некоторым состоянием, которым применительно к рассматриваемому вопросу будет наличие поведенческой возможности, недоступной другим субъектам – заключения договора банковского счета данного вида. Но эта возможность является уже не элементом правоспособности, так как не в равной степени присуща всем субъектам, но и не чем иным, как допустимым правом она быть не может. Очевидно, аналогичное рассуждение можно провести и относительно любого подвида того или иного вида договора банковского счета, с той лишь разницей, что множества субъектов, свойств и соответствующих прав будут меняться.
Какова же природа этих прав? В исследованиях данного вопроса, предпринятых ранее, предлагались разнообразные варианты. М.М. Агарков, склонный первоначально относить права данного вида к секундарным, позднее отошел от такого понимания, придя к выводу, что они составляют собой проявление динамической правоспособности .
Данная позиция была критически воспринята практически всеми учеными, хотя, как кажется, и необоснованно. Во всяком случае, трудно не признать, что критика данной концепции Р.О. Халфиной и С.Н. Братуся не достигает цели . А.Б.Бабаев после разбора существующих точек зрения и в ответ на мнение Ю.К.Толстого о том, что понятие динамической правоспособности ведет к нарушению конституционного принципа равноправия граждан, указывает: «в части статической составляющей правоспособности, признаваемой за всяким и каждым безотносительно к конкретным жизненным обстоятельствам, все равны перед законом и судом – как потенциальный акцептант, так и любой другой субъект права. Однако первому, в силу конкретных жизненных обстоятельств, предоставлена возможность, объективно недоступная другим субъектам. Не может же лицо, в самом деле, отвечать за то, что именно ему было сделано предложение заключить договор. Принцип равенства правоспособности имеет в виду равенство абстрактных юридических возможностей иметь, осуществлять и прекращать юридические возможности конкретного свойства, в том числе и те, которые получили обозначение секундарных прав. Последние допустимо рассматривать как с точки зрения динамической правоспособности, так и с точки зрения субъективного права» .
В приведенном высказывании существенна мысль о том, что в результате предложения заключить договор субъект получает некоторую возможность, объективно недоступную другим субъектам, и совершенно справедливо приводятся доводы, не позволяющие отнести эту возможность к правоспособности «вообще» или статистической правоспособности. К сожалению, и это на наш взгляд важно, А.Б.Бабаев совершает некоторый скачок в своих рассуждениях: возможность заключить договор у потенциального акцептанта с оферентом, выражаясь словами А.Б.Бабаева, это та поведенческая возможность, которая отличает его от всех других субъектов, которым она «объективно недоступна». Но вопрос о том, может ли такая возможность принадлежать одному субъекту, двум, некоторому множеству или