Курсовая работа по Международные отношения на тему Конкуренция США и КНР в Индо-Тихоокеанском регионе

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность исследования. США и Китай занимают важное место в общей системе международных отношений в силу, их конкуренция, возможно, будет во многом определять будущую систему международных отношений.
Если для США роль мирового лидера кажется уже привычной, то растущее экономическое, политическое и военное значение КНР побуждает и ее начинать проявлять свои глобальные амбиции.
Проявлением глобальных устремлений Китая является Инициатива «Один пояс, одни путь». Она призвана соединить Китай и Европу через Евразию посредством «восстановления» исторического Великого Шелкового пути и новых условиях XXI века. Морской Шелковый путь XXI века призван позволить КНР занять лидирующие позиции в Индо-Тихоокеанском регионе.
При этом Китай в последние годы сталкивается с разносторонним давлением со стороны США и их союзников, а также азиатских конкурентов, в первую очередь Индии и Японии. Китай, превращаясь в глобальную державу, воспринимается как опасность для США, и становится государством, которое требует к себе особого отношения.
КНР и США расходятся по ключевым позициям в решении наиболее спорных вопросов Индо-Тихоокеанского региона – от отношений с КНДР до проблемы Тайваня и Южно-Китайского моря. В \той связи анализ конкуренции этих держав в Индо-Тихоокеанском регионе представляется безусловно актуальным.
Объектом исследования является Индо-Тихоокеанский регион.
Предметом исследования является соперничество США и КНР в Индо-Тихоокеанском регионе.
Хронологические рамки исследования охватывают период с начала XXI века, когда стала обостряться конкуренция США и КНР и Индо-Тихоокеанском регионе, по 2020 год, когда отношения между странами вступили в полосу тяжелого и затяжного кризиса, а разногласия достигли максимального значения.
Научная новизна исследования в попытке комплексного анализа конкуренции США и КНР в Индо-Тихоокеанском регионе с учетом последних тенденций.
Степень изученности. Материалы по теме исследования целесообразно разделить на две группы. В первую включены отечественные исследователи, такие как В. Балакин , А. Волошина , А. Лычагин, И. Комаров , рассматривавшие фактор Тайваня в политике КНР, О. Клавдиенко , А. Лукин , И. Маметьев , анализировавшие ситуацию на Корейском полуострове, А. Клименко , рассматривавший военный фактор в политике КНР.
Вторую группу исследователей составили зарубежные эксперты, такие как Ли Гуаньцюнь , Х. Френч , Д. Гроссман , Ш. Кан , рассматривавшие проблему Тайваня во внешней политике КНР, А. Клифтон , Фанг Джин , М. Свейн , изучавшие инициативу «Один пояс, один путь» в контексте Индо-Тихоокеанского региона, Д. Верц , Дж. Вит , изучавшие фактор Северной Кореи в регионе, Д. Скотт , анализировавший региональную политику США,
Цель работы заключается в анализе конкуренции между США и КНР в Индо-Тихоокеанском регионе.
Задачи исследования:
- рассмотреть инициативу «Один пояс, один путь» как ключевой проект продвижения интересов КНР в Индо-Тихоокеанском регионе;
- обозначить проблему Тайваня как основную для КНР в регионе и в ее внешней политике;
- определить основные приоритеты политики США в Индо-Тихоокеанском регионе;
- рассмотреть проблему КНДР в региональной политике США;
- проанализировать противоречия в позициях США и КНР по вопросу Тайваня;
- обозначить тенденции и перспективы развития соперничества США и КНР в Индо-Тихоокеанском регионе.



 
ГЛАВА 1. ПОЛИТИКА КНР В РЕГИОНЕ

1.1 Инициатива «Один пояс, один путь» как ключевой проект продвижения интересов КНР в Индо-Тихоокеанском регионе

Идея Индо-Тихоокеанского региона относится ко второй половине XX века. «По мнению австралийского эксперта Рори Медкалфа, он восходит к 1960-м годам и даже к периоду колониального прошлого. Еще в 2007 году его использовали в своих работах индийские политологи. В том же, 2007 году премьер-министр Японии Синдзо Абэ, выступая в индийском Парламенте, говорил в своей речи «Слияние двух океанов», о «динамической связи» Индийского и Тихого океанов и призывал создать «дугу свободы и процветания», включив в нее страны не только Восточной и Юго-Восточной, но и Южной Азии» .
В последнее десятилетие «понятие «Индо-Тихоокеанский регион» достаточно прочно закрепилось не только в мировом политологическом дискурсе, но и официальных документах, а также в публичных выступлениях государственных должностных лиц США и Австралии. В 2013 году словосочетание «Индо-Тихоокеанский регион» было включено в Белую книгу по обороне, издаваемую австралийским правительством. В США понятие «Индо-Пацифика» (Indo-Pacific region) стало использоваться с 2008 года администрацией Б.Обамы, но достаточно редко - сам американский президент предпочитал использовать термин Азиатско-Тихоокеанский регион (Asia-Pacific region). Однако после смены власти в 2016 году понятие «Индо-Тихоокеанский регион» прочно вошло в официальный оборот администрации Президента Д.Трампа, который нуждался в идейном обосновании своей политики на азиатском направлении» .
Для Китая ключевым в настоящее время является проект «Один пояс, один путь», в рамках которого планируется достижение стратегических целей страны в том числе в Индо-Тихоокеанском регионе.
7 сентября 2013 года состоялось историческое для Китая и, возможно, для всего мира событие - во время государственного визита в Казахстан лидер Китайской Народной Республики Си Цзиньпин предложил идею «Один пояс, один путь», который должен связать Китай с Европой, посредством развития транспортных коммуникаций и инфраструктуры, опираясь на идеи древнего Великого шелкового пути .
В октябре 2013 года состоялся визит Си Цзиньпиня в Индонезию, где была выдвинута идея «Морского Шелкового пути XXI века», направленного на развитие экономических связей Китая вдоль морского пути в южной части Евразии и в Африке.
В ходе выступления на встрече Китай-АСЕАН Си Цзиньпин выступил с программным заявлением о видении «Сообщества общей судьбы», подчеркивая, что объем двусторонней торговли с АСЕАН превысил 400 млрд. долл., и поставив целью довести его до 1 трлн. долл. в 2020 году .
Для 13-й пятилетки на период с 2016 по 2020 годы Пояс и Путь рассматривался как ключевой проект инвестиционной стратегии. «Морской шелковый путь XXI века» должен привести к созданию высокоинтегрированных, взаимосвязанных и взаимовыгодных морских и экономических коридоров, общего пространства Европы, Азии и Африки.
«Морской шелковый путь XXI века» предназначен для развития морского пути и соответствующей инфраструктуры от побережья Китая в Европу через Южно-Китайское море и Индийский океан в качестве первого направления; от побережья Китая через Южно-Китайское море до южной части Тихого океана, в качестве второго направления . Общая стоимость Инициативы Пояса и Пути оценивается в 10 трлн. долл. США, а ежегодные расходы должны составлять около 150 млрд. долл. США .
Основными стратегическими целями Инициативы Пояса и Пути служат следующие:
- развитие западного региона Китая, который оказался во многом обделен от экономического прогресса в восточных регионах, и представляет собой геополитическую проблему безопасности страны;
- нахождение новых инвестиционных возможностей;
- использование государственных предприятий Китая, которые испытывают затруднения со сбытом продукции;
- содействие торговле и сотрудничеству между Китаем и остальным миром.
Все эти элементы являются важными факторами в создании, развитии и реализации Пояса и Пути; создание единой интегрированной зоны на суше и море должно привести к экономическому росту Евразии и Африки. Однако главное в нем – развитие стратегических коммуникаций Китая.
В процессе реализации этой инициативы Китай должен утвердиться качестве доминирующей силы на всем пространстве Пояса и Пути, и прежде всего в Индо-Тихоокеанском регионе как основной инвестор и партнер реализуемых проектов со странами-участницами.
Объявление о реализации самого масштабного инвестиционного трансконтинентального проекта Инициатива Пояса и Пути вызвала интерес и оценки со стороны как стран-участниц, так и внешних акторов.
Инициатива Пояса и Пути замыкалась на Китае, и британская Times указывала на «Большую игру», которую затеял Пекин, чтобы в конечном итоге построить свою глобальную империю; Пояс и Путь же станет крупнейшей программой экономической дипломатии со времен Плана Маршалла США для послевоенной реконструкции Европы .
Также, западными экспертами отмечалось, что Пояс и Путь имеет значение прежде всего в контексте масштаба и разносторонности, в 2016 году совершалось около 900 сделок в рамках Инициативы, которые стоили 890 млрд. долл. США и охватывали, например, такие разнообразные проекты, как газопровод из Бенгальского залива через Мьянму на юго-запад Китая и железнодорожное сообщение между Пекином и Дуйсбургом, Германия. Евразийский охват, трактующий Европу и Азию как единое пространство, резко контрастирует американоцентричными взглядами на развитие трех мировых экономических центров – Европа, Северная Америка и Восточная Азия, объединяемых сетью трансатлантических и транстихоокеанских договоров. В отличие от них, Инициатива Пояс и Путь создает платформу для регионального и глобального экономического сотрудничества, «оживляющего» мировую экономику .
Наряду с этим, на западе получили широкое распространение взгляды на Инициативу Пояса и Пути прежде всего как геополитический проект. В результате КНР вынуждена была отвечать на официальном уровне. Так, посол Китая в Великобритании в специальной статье опровергал утверждения, что Пекин реализует проекты, угрожающие региональной и глобальной безопасности, нарушающие сложившийся баланс сил .
В то же время, западные эксперты выражали мнение, что с Инициативой Пояс и Путь Китай сокращает «разрыв» между утверждением, что он является мировой державой, и фактически является