Курсовая работа по Рыночная экономика на тему Трансакционные издержки и их роль в рыночной экономике

Глава 1 Трансакционные издержки: сущность, функции в рыночной экономике
1.1 Теория трансакционных издержек: возникновение, развитие. Теорема Коуза

Издержки, связанные с коммуникациями, изучаются в рамках неоинституциональной экономической теории, и имеют название «трансакционных», не связанных непосредственно с процессом производства. Но в то же время к управленческим и коммерческим расходам данный вид издержек отнести достаточно сложно, поскольку они больше заключаются в затратах времени на поиск необходимой информации, установление деловых связей и защите нарушенных прав. Управленческие и коммерческие расходы являются следствием, итогом, они в качестве расходов документально фиксируются позже того момента, когда понесены трансакционные издержки.
Появление теории трансакционных издержек обусловлено научными трудами Коуза и Уильямсона, при этом вклад Уильямсона в развитие данной теории имеет наибольшее значение, а сам он сделал большой вклад в развитие новой институциональной экономики [24, с. 188].
Уильямсон, как и Норт относится к последователям Коуза, но в их трудах есть определенные отличия. Так в частности отметим, что Норт в своих трудах развивал поздние научные идеи Коуза (труды с 1960 г.), много внимания уделяя связи экономических показателей и качеству институтов. В научных трудах Уильямсона проявляется операционализация понятий, что в большей степени позволяет использовать его работы для проведения эмпирических наблюдений и исследований [16, с. 90]. По мере роста внимания к трудам Уильмсона уже к концу 1970-х годов в научных кругах активно стал использоваться термин «экономика трансакционных издержек» [16].
В основе концепции трансакционных издержек лежит идея синтеза положений теории организации с рядом учений экономической теории. На данный подход во многом повлиял тот факт, что Уильямсон в процессе своего становления как ученого в Университете Карнеги-Меллон, находился в среде ученых, которые активно вели научные обсуждения учений разных экономических школ.
Стоит отметить, что возникновение теории трансакционных издержек во многом связана с идеями, изложенными в работе Коуза (1930 г.) о природе фирм, где были описаны примеры функционирования фирм с учетом проявления издержек использования рыночного механизма. В частности, своей работе о природе фирм Коузом был поставлен вопрос, который касался природы выбора управления трансакцией – в пользу частной фирмы или рынка [10, с. 63].
При возникновении положительных или отрицательных внешних эффектов происходит так же и появлении проблем, которые они вызывают, а также их накопление. Принятие решений экономическими субъектами усиливается по мере анализирования выгод и издержек производства. Базой учета издержек и упущенных вероятностей служит методологический принцип, берущий свое начало еще в неоклассической экономической теории. Для наибольшего представления реальных издержек производства в стоимостных единицах, необходимо учитывать вероятные виды преимуществ и упущений, которые учитываются в процессе принятия решения.
Стоимостное отображение издержек и выгод имеет определенные сложности, а именно:
Для учета всех затрат и выгод необходимо перераспределение доходов. Очень часто есть трудности в определении числа субъектов, понесших убытки или пострадавших либо, наоборот, извлекших выгоду от внешнего эффекта. Например, возведение спортивного комплекса — это положительный момент, но следует помнить, что помимо оздоровительных и развлекательных преимуществ, для некоторых лиц это носит отрицательный характер в связи с тем, что шум проводимых спортивно-состязательный мероприятий слишком высок и т.д., что мешает людям из домов рядом со спортсооружением [10, с. 41].
Необходимо дисконтировать расходы по каждому из альтернативных вариантов. С позиции общества, учет интересов будущих поколений и временной интервал может иметь отличную экономическую ценность и существенно отличаться от дисконтируемых частных выгод.
Невозможно проанализировать издержки и выгоды, которые неприменимы к тем отраслям производства, мотивация которых является не экономической, а политической. Это означает, что в ней заложена выгода и для государственной безопасности.
Из этого следует, что для рыночной оценки выгод и издержек характерны объективные ограничения различного плана. Конечно, есть определенные предпосылки к использованию этого способа в ходе принятия окончательного решения: благодаря ему возможно обобщение информации и присвоение ей сравнительной оценки. Следует принять во внимание, что в некоторых случаях при его применении имеет место быть искажение в учете внешних эффектов. Они могут быть как безосновательно завышены, так и занижены.
Одним из наиболее обобщенных положений современной институциональной теории является «теорема Коуза», названная в честь американского экономиста и лауреата Нобелевской премии по экономике 1991 г. «за открытие и прояснение точного смысла трансакционных издержек и прав собственности в институциональной структуре и функционировании экономики». Сама теория имеет следующую формулировку: при нулевых трансакционных издержках рынок справляется с любыми внешними эффектами. Следует отметить, что Коуз не имел цели формулирования какой-то общей экономической теории. Интересен тот факт, что «теорема Коуза», так же, как и начальная формулировка, были представлены Дж. Стиглером
Под трансакционными издержками он подразумевал затраты и потери, которые в любом случае имеют место при заключении и совершении любых сделок (трансакций). Речь идет об издержках, связанных с получением и обработкой информации, поиском партнеров, проведением переговоров и принятием решений, оформлением и юридической защитой сделок, их сопровождением и т. д. Издержек подобного типа подразумевают «небесплатность» механизма взаимодействия двух экономических агентов . Теорема Коуза гласит: «Если права собственности четко определены и трансакционные издержки равны нулю, то размещение ресурсов (структура производства) будет оставаться неизменным и эффективным независимо от изменений в распределении прав собственности».
Исходя из этого, можно выдвинуть парадоксальное положение: при отсутствии издержек по осуществлению сделок структура производства остается неизменной и независимой от того, кому принадлежит тот или иной ресурс. Коуз доказывал свою теорему посредством примеров: частично условных, частично взятых из реальной жизни.
Вообразим, что по соседству расположены земледельческая ферма и скотоводческое ранчо, однако коровы с ранчо могут заходить на поля, принадлежащие фермеру, и тем самым нанося ущерб посевам. Если владелец скота не несет за это ответственности, то его частные издержки будут меньше социальных. Казалось бы, есть все предпосылки ко вмешательству государства. Несмотря на это, Коуз доказывает противоположное: если закон разрешает фермеру и скотоводу вступать в добровольные соглашения по поводу потравы, то вмешательство государства не нужно - все разрешится само по себе.
Предположим, что существуют удобные для обеих сторон условия производства, которые позволяют обоим участникам достигнуть максимума благосостояния, заключающего в следующем: фермер собирает со своей земельной территории урожай в 10 центнеров зерна, а хозяин ранчо выращивает 10 коров. В определенный момент ранчер принимает решение завести еще одну корову, одиннадцатую по счету. Чистая прибыль от ее приобретения будет равняться 50$. Одновременно это приведет к превышению допустимой нагрузки на пастбище, что послужит возникновением угрозы потравы для фермера. Из-за одиннадцатой коровы будут потери урожая в размере одного центнера зерна, что так же послужит потерями для фермера в 60% размере.
В первом случае у фермера есть право не допустить потраву скота. Он может потребовать от владельца коров компенсацию, составляющую не меньше, чем 60$. Дополнительная прибыль от приобретения еще одной коровы составляет всего лишь 50 долларов. Отсюда и вывод скотовод откажется от идеи увеличения количества голов, а значит, что структура производства останется неизменной (эффективной): 10 центнеров зерна на 10 голов скота [10].
Во втором случае права обоих распределены так, что за потраву скота ни одна из сторон не понесет ответственность. Тем не менее, у фермера остается право предложить скотоводу компенсацию за отказ от выращивания еще одной единицы скота. Сумма «возмещения», по Коузу, будет находиться в пределах 50 долларов размер (прибыли скотовода от еще одной коровы) до 60 долларов (прибыли фермера от десятого центнера зерна). При подобном размере возмещения ущерба обе стороны окажутся в выигрыше, а скотовод откажется от идеи выращивания «не эффективной» единицы скота. При таком раскладе структура производства не понесет изменений.
Конечным выводом можно считать следующее: в обоих вышеизложенные случаях исход оказывается одним: права в любом случае переходят тому, кто ценит их выше (в данном случае — к фермеру), а структура производства остается неизменной и эффективной. Сам Коуз по этому поводу пишет следующее: «Если бы все права были ясно определены и предписаны, если бы трансакционные издержки были равны нулю, если бы люди соглашались твердо придерживаться результатов добровольного обмена, то никаких экстерналий не было бы». При данных условиях «провалов рынка» не случалось бы, и у государства было бы никаких предпосылок для вмешательства с целью корректирования рыночного механизма.