Фрагмент для ознакомления
2
ВВЕДЕНИЕ
Данная работа посвящена исследованию межлитературных связей произведений двух русских писателей – А.С.Грибоедова и Ф.М.Достоевского. Проблема преемственности уже давно относится к одной из самых интересных в литературоведении, этим и объясняется её актуальность.
Следует отметить, что творчество Ф.М. Достоевского оказало действенное влияние не только на русскую литературу, но и на мировую художественную культуру и литературу в целом. Масштаб этого влияния очевиден в анализе, практически, любого произведения Достоевского отечественными или зарубежными авторами. Не менее интересным представляется вопрос, кто влиял на самого Ф.М. Достоевского. Имя А.С.Грибоедова, несомненно, входит в число «литературных вдохновителей» Ф.М.Достоевского. С поэтикой знаменитой комедией «Горе от ума», роман Ф.М.Достоевского объединяет идейно-философская проблематика, мировоззренческие поиски персонажей, композиционные решения, принципы построения характеров и конфликтов, общая мысль, концепция героев – в той или иной степени (в какой степени – предстоит выявить).
Вопросы интертекстуальной переклички произведений А.С.Грибоедова и Ф.М.Достоевского рассматривались отечественными и зарубежными авторами, в числе которых И.Р.Аскарова и Т.М.Жаплова , А.Л. Боген , А.Л.Гумерова , В.К. Кантор , Е.М. Мелетинский , К.В. Мочульский , Ю.В.Проскурина , Ю.И. Селезнёва .
Все указанные труды представляют большой интерес для данной работы, содержат в себе значимые факты или открытия, однако целостного исследования, которое полностью бы раскрывало присутствие грибоедовского текста в романе «Подросток», не обнаружено.
Вполне очевидно, что для столь масштабного явления на сегодняшний момент научных работ на данную тему существует недостаточно. Данная работа может послужить началом для дальнейшего, более углублённого изучения данного вопроса.
Цель исследования: выявить точки соприкосновения творчества А.С.Грибоедова и Ф.М. Достоевского.
Объект исследования: роман Ф.М. Достоевского «Подросток»
Предмет исследования: межтекстуальные связи комедии «Горе от ума» А.С. Грибоедова и романа Ф.М. Достоевского «Подросток»
Задачи исследования:
1) выявить суть проблематики комедии «Горе от ума»;
2) определить особенности её героев;
3) проследить историю создания романа «Подросток» на предмет рассмотрения возможных упоминаний о комедии А.С. Грибоедова;
4) проанализировать поэтику романа Ф.М. Достоевского;
5) выявить межтекстуальные связи между двумя произведениями.
Для достижения цели и решения поставленных задач были использованы следующие методы исследования:
1) описательный;
2) семантико-стилистический;
3) компонентный;
4) сопоставительный методы;
Теоретической базой исследования послужили работы в области анализа художественного текста Л.Г.Бабенко , М.М.Бахтина , Б.О.Кормана , Л.И.Тимофеева , Э.Я. Фесенко .
Теоретическая значимость работы заключается в выявлении новых аспектов поэтики Ф.М. Достоевского на примере романа «Подросток» в свете его сопоставления с творчеством А.С. Грибоедова.
Практическая значимость исследования обусловливается тем, что его итоги могут быть применены при подготовке лекционных курсов в учебных заведениях гуманитарного профиля.
Структура исследования: работа состоит их введения (раскрывается актуальность, ставятся цели и задачи), двух глав (в первой главе рассматриваются поэтика комедии А.С. Грибоедова; во второй – отображение элементов поэтики в романе Ф.М. Достоевского), заключения (подводятся итоги) и списка использованной литературы.
ГЛАВА I ОТРАЖЕНИЕ ПОЭТИКИ КОМЕДИИ А.С.ГРИБОЕДОВА «ГОРЕ ОТ УМА» В ТВОРЧЕСТВЕ Ф.М.ДОСТОЕВСКОГО
1.1.Система образов и мотивов комедии
В последнее время, изучение творчества Ф.М.Достоевского, приводит к ряду интересных выводов, имеющих значение для историко-литературной науки в целом. После ярких исследований Д.С.Мережковского, С.Булгакова, Н.Бердяева, В.В. Розанова, А.Л. Волынского, Л.Шестова и других авторов, изучавших творчество и биографию, Ф.М.Достоевского в ракурсе его религиозных и философских взглядов, исследователи последних лет, и в России и за рубежом, достаточно большое внимание уделяют изучению художественного творчества Ф.М.Достоевского . Эти устремления науки, находятся в соответствии с общим управлением современной историко-литературной науки в целом. Такой подход имеет ценность, в силу того, что позволяет отследить в творчестве автора те черты, которые раньше ускользали от внимания исследователей.
Внимательное изучение отдельных произведений Ф.М.Достоевского, показывает, что автор был чрезвычайно восприимчив к чужому художественному творчеству, особенно национальные произведения, русское литературное наследие, отзывается в душе и в творчестве Ф.М.Достоевского. Различные идейно-художественный проблемы, затронутые в произведениях писателей XIX века находят отклик в документальных и художественных произведениях писателя. В тоже время, автор никогда не вскрывает источник своего художественного интереса и претворяет их в своем творчестве сложным путем, в соответствии со своим художественным заданием. Поэтому, найти истинный источник, «творческого побуждения» Ф.М.Достоевского, истинно увидеть авторов, которые стали теми самым «побудителями творчества» и художественной фантазии Ф.М.Достоевского, представляется достаточно сложным .
А.Л.Бем, указывает, что для Достоевского были интересны не столько особенности чужого произведения, сколько идейно-художественный замысел этого произведения. Автор чутко ощущал художественный замысел произведения, привлекшего его внимание, с легкостью вживался в художественные коллизии, происходящие на страницах и переосмысливал их, что в дальнейшем находило отклик в его произведениях. Поле чужого творчества для Ф.М.Достоевского, зачастую становилось отправной точкой собственных литературных построений. В связи с этим, в литературной науке, существует точка зрения о зависимости творчества Ф.М.Достоевского от западных писателей. В частности, от представителей немецкого романтизма: Гофмана, Шиллера, Бальзака и др. Этому посвящено достаточно большое количество исследований, в которых авторы опираются на творческий материал обозначенных писателей, и многое в данных научных работах, видится достаточно убедительным и обоснованным. Тем не менее, в обозначенных работах, упущен один важный момент – национальная почва, на которой развивается литература в целом, преемственность, которая составляет основу литературного творчества . Эта мысль принимается в историко-литературоведческой науке, фактически, как очевидная и была обоснована авторами в начале XX века . Как бы ни было велико влияние иностранных писателей на формальное и идейное развитие творчества Ф.М.Достоевского, оно не сможет сравниться с силой воздействия, которое оказала на него предшествующая русская литература.
«Достоевский прежде и раньше всего должен быть понят как явление русского литературного развития» – отмечает А.Л.Бем в своей статье .
Говоря о творчестве Ф.М.Достоевского, нельзя не упомянуть о его связи с творчеством А.С.Грибоедова, в частности с героями и художественно-идейным содержанием его комедии «Горе от ума». К данному произведению, Ф.М.Достоевский проявлял не ослабляющий интерес на всём протяжении своего творчества. Так, в «Дневнике писателя» в 1876 г., он сам подчеркивал свое постоянное внимание к комедии «Горе от ума», в частности, задумываясь над образом Молчалина. Достоевский указывает, что «чуть ли не 40 лет знает «Горе от ума», но только теперь понял как следует тип Молчалина» . Об этом интересе свидетельствует и критические отзывы Ф.М.Достоевского о комедии Грибоедова, и обилие цитат из «Горе от ума» в его художественных произведениях, в письмах и статьях. Приведем некоторые из них.
«И дым отечества нам сладок и приятен»
(«Ползунков», I, 362).
«Свежо предание, а верится с трудом»
(«Зап. из Мертв. Дома», III, 464, «Идиот», VI, 231).
...о том, о сем, а больше ни о чем»
(«Зимн. заметки...», IV, 58; вм. «к тому, к сему, а чаще ни к чему...»).
«отважно жертвуя затылком»
(«Зимн. зам.», IV, 63; вм. «чтобы смешить народ, отважно жертвовать затылком).
Показательны цитаты, которые демонстрируют, что Ф.М.Достоевский знал в отличном качестве весь текст комедии, иначе вряд ли он смог бы вспомнить отдельные места произведения и использовать их «к месту» в своих произведениях.
«...Чтоб иметь детей,
Кому ума недоставало?»
(Дн. пис. 1881 г. XII, 452).
«К перу от карт и к картам от пера,
И положенный час приливам и отливам»
(Матер, к «Бесам». Ром. «Бесы», изд. Парабола, стр. 606).
«Приданного взял шиш, по службе ничего»
(Дн. пис. 1881 г. XII, 452).
Подобное сопоставление произведений Достоевского и Грибоедова и наблюдение за творчеством Ф.М.Достоевского, демонстрирует, что цитаты появляются у него не только применительно к какому-то конкретному случаю, но и по простой ассоциации, выдавая идейную связь с цитируемым произведением . В связи с этим, исследователи творчества Ф.М.Достоевского, с большим вниманием относятся к цитатам, в силу того, что, зачастую, именно здесь лежит первое указание на художественную зависимость двух произведений. В данном исследовании, применительно к творчеству А.С.Грибоедова, цитаты и припоминания комедии «Горе от ума» также неслучайны. Более всего, по мнению исследователей, они отражаются в «Униженных и оскорблённых», «Идиоте» и в «Подростке».
Ф.М.Достоевский не только знал комедию А.С.Грибоедова, но и глубоко переживал в своем сознании. Он старался критически осмыслить образ Чацкого, который поразил его, старался определить его место в русской общественной жизни и др. Кроме того, Ф.М.Достоевский, что свойственно его творчеству, вносит свое оригинальное понимание этого образа. С одной стороны, Ф.М.Достоевский суров в своей оценке Чацкого, беспощаден в осуждении его как явления «общественного беспотничества» . В «Дневнике писателя» за 1876 г., Достоевский вкладывает в уста своего «приятеля-парадоксалиста», следующие слова о Чацком: «…ведь это Чацкий, что ли, провозгласил – «…чтоб иметь детей, кому ума недоставало…». Не смотря на то, что здесь слова эти приписаны Достоевским «другому лицу», сам автор также негативно отзывался о воззрениях Чацкого. В черновых заметках из Записной книги Достоевский, напр., говорит: «Комедия Грибоедова гениальна, но сбивчива:
«Пойду искать по свету...»
Это где? Ведь у него только и свету, что в его окошке, у московских хорошего круга, не к народу же он пойдет. А так как московские его отвергли, то, значит, «свет» означает здесь Европу. За границу хочет бежать. Если б у него был свет не в московском только окошке, не вопил бы он, не кричал бы он так на бале, как будто лишился всего, что имел…Он имел бы надежду и был бы воздержаннее и рассудительнее. Чацкий — декабрист. Вся идея его — в отрицании прежнего, недавнего, наивного поклонничества. Европы все нюхнули и новые манеры понравились. Именно только манеры, потому что сущность поклонничества и раболепия и в Европе та же» .
Достоевский осуждал родство Чацкого, бытовое и психологическое, с «барской средой», в то время, когда его декабристские настроения отмечены сильно и правильно, а попытка оценить Чацкого с широкой принципиальной точки зрения заслуживает особенного внимания .
Связь Чацкого с декабристами видится Ф.М.Достоевским не случайно. У автора осталось впечатление, что Чацкий, как общественный тип, прочно связан с декабристами и у него все есть для того, чтобы примкнуть к этому движению, по оценке Достоевского, беспочвенному и пагубному . Поэтому, становится понятно, что в данном ракурсе, Ф.М.Достоевский рассматривал Чацкого без симпатии.
В тоже время, в записях Ф.М.Достоевского, интересным образом происходит противопоставление «ума» Чацкого, его «сердцу». Для понимания отношения Достоевского к образу Чацкого это имеет принципиальное значение. «Пусть он глуп, зато у него сердце доброе» - вот та оценка, которая обусловила собою двойственное отношение Достоевского к Чацкому . Как будет рассмотрено ниже, в дальнейшем в своём художественном творчестве, Ф.М.Достоевский относился к Чацкому с большой симпатией, хотя напрямую об этом нигде не говорится. Таким образом, с учетом описанных особенностей, может стать понятно отношение Ф.М.Достоевского к Чацкому, и то, почему этот герой сыграл настолько значимую роль в творчестве Достоевского. В критике своей, Достоевский очень суров к Чацкому, как к определённому образу эпохи, но симпатизирует ему как герою. Это противоречие становится понятно, приняв во внимание то, что Достоевский в своих оценках исходит из разных критериев. В критических отзывах он рассматривает Чацкого как общественный тип «московского барина и помещика» и «западника-декабриста», видит его как определенное историческое явление. В художественном истолковании, Достоевский видит Чацкого – человека, трагедия которого в его идеализме. Особенно показательно, что в более раннем своем отзыве о Чацком, в произведении, стоящем на грани художественного творчества, в своих «Зимних заметках о летних впечатлениях», относящихся к 1863 г., двойственность отношения к Чацкому у Ф.М.Достоевского, сказывается еще более определенно. Приведем некоторые из этих высказываний. «Вспомните Чацкого. Это и не наивно-плутоватый дед, но и не самодовольный потомок, фертом стоящий и все порешивший. Чацкий – это совершенно особый тип нашей русской Европы, это тип милый, восторженный, страдающий, взывающий и к России и к почве, а между тем все-таки уехавший опять в Европу, когда надо было сыскать…
«Где оскорбленному есть чувству уголок...»
Одним словом, тип, совершенно бесполезный теперь и бывший ужасно полезным когда-то. Это фразер, говорун, но сердечный фразер и совестливо тоскующий о своей бесполезности. Он теперь в новом поколении переродился, и мы верим…, что он явится скоро опять, но уже не в истерике, как на бале Фамусова, а победителем, гордым, могучим, кротким и любящим. Он сознает, кроме того, к тому времени, что уголок для оскорбленного чувства не в Европе, а, может быть, под носом, и найдет, что делать, и станет делать…» .
Достоевского привлекала фигура западника, который ругает окружающее его общество и стремится «вон из Москвы». Примечательно, в творчестве Достоевского в целом, что в подготовительных материалах к «Бесам» появляется фигура «человека 40–х годов» - Грановского, уличающего «московское общество» репликой Чацкого:
К перу от карт и к картам от пера,
И положенный час приливам и отливам.
Здесь с ним вступает в спор герой Шапошников, его монолог имеет два вектора направления – против Чацкого и Декабристов в лице Чацкого и против «передовых людей» 30-х – 40 гг XIX века. Шапошников отмечает, что он (Чацкий) – это барин и помещик, для которого кроме своего кружка нет ничего. Он приходит в отчаяние от московской жизни высшего круга, как будто кроме этой жизни в России ничего нет. Он проглядел русский народ как и все передовые люди нашего времени. Что он делал? Тянул оброк, чтобы жить на него в Париже, слушать Кузена, чтобы закончить чаадаевский или гагаринским католицизмом. Если же он вольнодумец – то ненавистью Белинского с tutti quanti (ит.:всеми прочими ) в России .
Сложный, объемный образ, выведенный под именем Грановского, сочетал в себе двойную природу, с одной стороны – это облик идеалиста сороковых годов и облик Чацкого одновременно. Можно также представить, что несмотря на множество общих характеристик описываемого поколения, несмотря на отсылки к Чаадаеву, Белинскому, Гагарину и др., Чацкий Достоевского, имеет конкретного адресата – Герцена. В его же стиле постоянный мотив бегства из Москвы в Европу, который стал приметой «герценовского подтекста» в ряде суждений и даже в некоторых образах Достоевского. Ведь именно этот мотив мы видим в «Зимних заметках о летних впечатлениях» Достоевского, которые полностью проникнуты мыслями Герцена. Достоевский рассуждает, как же так, умный человек не смог найти себе дело? Здесь же отвечает себе: все они не нашли себе дело, два-три поколения подряд. Чацкий сделал правильно, что не улизнул опять за границу, видел я их там всех, точнее многих из них. Все они ищут уголок для оскорблённых своих чувств…
Кого же видел Достоевский в Лондоне в 1862 году? Именно Герцена, он и ездил туда специально, чтобы встретиться с ним. У Достоевского в собирательном образе человека сороковых годов, внимание акцентируется на Герценовских чертах, которые были увидены сквозь призму судьбы грибоедовского героя. Среди исследователей творчества Достоевского встречается точка зрения о том, что Чацкий воспринимался под знаком Герцена. Личное отношение Ф.М.Достоевского к Герцену развивалось параллельно отношению к Чацкому .
Не первый раз исследователи обнаружили эту динамику: от сочувствия к Чацкому в 60-е годы к постепенному появлению негативных характеристик и, наконец, редких отрицательных оценок героя в конце жизни писателя.
Тем не менее, мы помним, что в 60-70 годы Достоевский проявлял и двойственность. Н.Н.Страхов свидетельствовал о том, что гордыня, брезгливое пренебрежение к простым и добрым нравам, это в Герцене и, соответственно, в Чацком, возмущало Фёдора Михайловича . Он это презирал в революционерах и в мелких обличителях своего времени, но, тем не менее, мы видим связь Герцена и Грибоедова для Достоевского. Это чрезмерная гордыня отталкивает писателя от Чацкого, его высокомерие, эгоистичность, при том, что, как было уже указано, в романах Достоевского человеческая сущность героя выходит на первый план. Здесь он видит в Чацком идею, характер, личность его трагическую противоречивость, непримиримость, искренне заблуждающегося человека. Для Достоевского глупость Чацкого - это его стремление следовать ложной идее, при том, что он сердечный человек. Об этом он пишет в «Зимних заметках», как было указано выше.
Герои Достоевского, ориентированные на Чацкого, такие как Степан Тимофеевич Верховенский, как Версилов, Ставрогин, поражают своей странностью, антирациональностью, порывами искренности и сердечности.
Итак, Ф.М.Достоевский высоко ценил художественную сторону комедии «Горе от ума» и его суровая оценка Чацкого относилась, в большей степени даже к самому Грибоедову, чем к герою его комедии. Находим в «Дневнике писателя»: «…вот вам «Горе от ума», - ведь оно только и сильно своими яркими художественными типами и характерами, и только художественный труд дает все внутреннее содержание этому произведению; чуть же Грибоедов, оставляя роль художника, начинает рассуждать сам от себя, от своего личного ума (устами Чацкого, самого слабого типа в комедии), то тотчас же понижается до весьма незавидного уровня…Нравоучения Чацкого несравненно ниже самой комедии и частью состоят из чистого вздора. Вся глубина, все содержание художественного произведения заключается…только в типах и характерах».
Кроме того, в Чацком, Ф.М.Достоевский подмечает еще одну близкую ему черту, дорогую его сердцу, которая хотя и осуждается автором, тем не менее, встречается в его произведениях – это не приспособленность к жизни, неумение найти свое место в ней. Такой чертой наделено большинство героев самого Ф.М.Достоевского. Его герои также отличаются отрывом от «живой жизни». В Чацком, Ф.М.Достоевский чувствует близкий себе образ, который вызывает у него сочувственный отклик. Но, не ум Чацкого, который Достоевский, вслед за Пушкиным, не склонен в нем видеть, привлекает писателя, а сердце. Для Достоевского, комедия «Горе от ума», претворилась в трагедию «Горе от сердца» .
Помимо художественной наполненности произведения «Горе от ума»,
