Курсовая работа по литературе на тему Жанровые традиции романа-исповеди в творчестве В. Набокова.

Введение


Набоков, Владимир Владимирович – 23.04.1899 – 12.07.1977, Лозанна, Швейцария – российско-американский писатель. Родился в семье ученого и политика, потомка татарского князя Набока Мурзы, Владимира Дмитриевича Набокова, известного юриста и общественного деятеля, одного из лидеров Конституционно-демократической (кадетской) партии, члена Государственной Думы. Отец Набокова был англоманом, поэтому английский язык его сын выучил раньше, чем русский.
Большая домашняя библиотека, которая, кроме мировой классики, вмещала все новинки не только художественной, а и научно-популярной литературы, журналы из энтомологии (откуда походит страсть Набокова к мотылькам), домашние учителя, шахматы, теннис, бокс – сформировали круг интересов и будущих тем творчества Набокова.
В 1911 – 1916 г. Набоков учился в одном из учебных заведений России – Тенишевском училище, где начал писать стихи, которые выдавал коштом отца и которые позднее назвал “банальными любовными стихами”. Сразу же после Октябрьской революции, в ноябре 1917 г., отец переправил семью в Крым, а вскоре перебрался туда и сам, где вошел в слог крымского правительства как министр юстиции.
Как и много ровесников, Набоков был намерен вступить в Деникинскую армию, но большевистские войска наступали настолько стремительно, что семья Набоковых вынужденная была эвакуироваться. Через Турцию, Грецию, Францию семья добралась в Англию, где Набоков вступил в Кембриджский университет, изучал русскую и французскую литературы. Параллельно писал статьи из энтомологии, опубликовал эссе “Кембридж” (под псевдонимом Владимир Сирин) и целый ряд стихов в русской и зарубежной периодике.
Таким образом, тема данной курсовой работы является актуальной.
Целью данной работы является изучение жанровых традиций романа-исповеди в творчестве В. Набокова.
Предметом изучения являются жанровые традиции романа-исповеди в творчестве В. Набокова.
Объектом изучения являются произведения В. Набокова.
В данной работе необходимо решить ряд задач:
- изучить жанры произведений Набокова ;
- описать своеобразие творчества В.В. Набокова;
- рассмотреть роман «Приглашение на казнь»;
- изучить жанровый синтез как основополагающий принцип поэтики В. Набокова;
- произвести обзор романа-исповеди В. В. Набокова «Лолита»;
- рассмотреть произведение «Лолита» как протест против норм.

 
Глава 1. Жанры произведений Набокова
1.1 Своеобразие творчества В.В. Набокова


В отношении Набокова к своим героям сказались черты характера самого автора: индивидуализм, возведенный в жизненный принцип, желанное творческое и личное одиночество, неприятие соседства в любых его формах, недоверие к простым и естественным человеческим чувствам. Подобная совершенно новая для русской литературы этическая система, утверждаемая писателем, основанная на принципиальном индивидуализме и пафосе общественного неслужения, вела к разрыву с традицией и в сфере эстетической: Набоков отказался от реализма и пришел к модернистской эстетике. В результате в его творчестве происходит разрушение реалистического характера, что обусловлено иными, чем в реализме, принципами типизации. [6]
Довольно долго бытовало мнение, что в отличие от героя реалистического романа, сознание которого сформировано типическими обстоятельствами окружающего бытия, герой модернистской литературы не мотивирован ничем. Разумеется, это не так. Герой модернистского романа тоже детерминирован, но эти мотивации ­ совсем иной, нереалистической природы. В чем же их суть, каковы они? Суть в том, что Набоков предложил литературе принципиально новую концепцию личности. Перед нами не герой в традиционном смысле этого слова, но, скорее, некое воплощение авторской идеи, некий набор тех или иных качеств. Его судьба, поступки, поведение порождены не столько логикой характера (а она вообще может отсутствовать, персонаж набоковского романа может быть совершенно алогичен), сколько полной подчиненностью его авторской воле, авторскому замыслу. [4]
Герой набоковского романа полностью «бесправен» и абсолютно зависим, никакой диалог на равных между голосом автора и героя, как, например, в полифоническом романе Достоевского, в принципе невозможен. Например, характер гроссмейстера Лужина («Защита Лужина») сформирован логикой шахматной игры, которая заменила ему реальность. Первой и истинной действительностью для него является пространство шестидесяти четырех клеток. В подобных принципах мотивизации характера проявляется важнейшая грань концепции человека у Набокова ­ и принципиальный, декларативный разрыв с реализмом. Отношения между героем и действительностью оказываются искривленными и алогичными. Герой, вглядываясь в реальную жизнь, будь то жизнь социальная или сугубо частная, пытается постичь ее ­ и не может сделать этого. Возникает характерный мотив бегства от враждебного, чуждого, алогичного мира. [13]

1.2. Жанровые особенности романа-исповеди

А.М. Ваховская в «Литературоведческой энциклопедии терминов и понятий» дает такое определение исповеди: «произведение, в котором повествование ведется от первого лица, причем рассказчик (сам автор или его герой) впускает читателя в самые сокровенные глубины собственной духовной жизни, стремясь понять «конечные истины» о себе, своем поколении».
Религиозная исповедь положила начало жанру исповеди как литературному, философскому и публицистическому феномену. В литературной исповеди можно выделить исповедь публицистическую (автобиографического плана) и художественную исповедь.
Говоря о исповеди как о литературном жанре, мы подразумеваем особый вид автобиографии, в котором представлена ретроспектива собственной жизни. От автобиографии исповедь отличается тем, что не просто рассказывает о произошедших с автором событиях, но даёт им честную, искреннюю, многостороннюю оценку не только перед лицом самого писателя и его потенциального читателя, но и перед лицом вечности. Несколько упрощая, можно сказать, что исповедь в литературе – это примерно то же самое, что исповедь духовнику в церкви, с той лишь разницей, что первая имеет напечатанный вид.
Жанр исповеди предполагает специфические отношения текста с читателем, который оказывается в роли невольного конфидента. Если читатель игнорирует эту жанровую стратегию, то прочитывает текст в любом другом жанровом ключе (тех же романа воспитания или самовоспитания, авантюрного или философского).
Это следует из мнения М. Бахтина о типичной для жанра концепции адресата, что легко поддается обратной трактовке: адресат, который не принимает типовой, отведенной ему концепции, автоматически меняет жанр в собственном рецептивном сознании.
Жанр исповеди характеризуется особым типом отношений с читателем. Один из основных признаков исповеди - установка на полную правдивость. Исповедь предполагает как бы двойную перспективу видения. С одной стороны, нужно как можно точнее отразить то, что уже произошло, и не просто как готовый факт, а показать как поступок, действие, процесс. С другой - сам факт исповедания указывает на определенный шаг в сторону исправления, рождения нового человека, который уже готов к произнесению своих, пусть не до конца осознанных, грехов.
Для европейской литературы, начиная с 18 века, исповедь воспринимается как самостоятельный жанр, который берёт начало с одноимённого произведения блаженного Августина. В 19-20-х веках это понятие несколько размывается, и к исповеди начинают относить стихи, письма, дневниковые записи, носящие предельно искренний, зачастую скандальный или шокирующий характер.
Говоря о произведениях «исповедального» жанра, необходимо проследить его становление, поскольку, как это удачно сформулировал М.И. Стеблин-Каменский, «становление жанра и есть история жанра». В случае с жанром исповеди дело обстоит сложнее, так как сам жанр возникает на пересечении традиций, связанных с повседневной жизнью: исповедание веры, покаяние и церковную исповедь можно рассматривать как основу размеренного образа жизни, подобающего истинному христианину. Другой, но также бытовой основой жанра остается автобиография, имевшая и свою литературную историю, и развитие в рамках жизненного уклада, требовавшего официальных записей служебной карьеры. Напротив, вся последующая история жанра исповеди может восприниматься как «обмирщвление», но одно отличие от автобиографии, единожды появившись, уже не исчезнет никогда — описание внутреннего мира, а не внешней канвы жизни останется признаком жанра до наших дней.
В таком произведении лишь условно изобра¬жается внешний мир, все внимание сосредоточено на раскрытии внутренней жизни центрального персонажа, сложной и противо¬речивой, на его скрупулезном самоанализе. В исповедальные романы было вложено много личного, автор в них временами сливался с героем, современники угадывали за вымышленным сюжетом элементы автобиографии, а за персонажами — реальных людей (возник даже термин «роман с ключом»).
Но при всей характерной для романтизма субъективности исповедальные романы содержали широкое обобщение: в них отразилось состояние умов и сердец, порожденное эпохой социальных потрясений, состояние, которое романтики определили как «болезнь века» и которое было не чем иным, как индивиду¬ализмом. Шатобриан первый ввел в литературу героя, пораженно¬го этим недугом — отстраненного от большой жизни общества, одинокого, неприкаянного, снедаемого разочарованием и ску¬кой, враждующего с целым миром.