Курсовая работа по русскому языку на тему Историзмы и архаизмы в драме Борис Годунов А. С. Пушкина: лексико-семантический анализ

Лексикой называют словарный состав языка, причём, когда говорят о словарном составе языка, имеют в виду слова в их индивидуальных (лексических – в противоположность грамматическим) значениях. Каждое слово - это обозначение какой-то реальности. Именно эта способность слов обозначать определенные объекты, знаки и явления действительности характеризует слова как единицы словарного запаса.
Одни слова (или значения слов) воспринимаются как устаревшие (архаизмы и историзмы), другие - как новые, еще не до конца «знакомые», не до конца закрепившиеся в литературном языке. Стилистическое значение слов не остается неизменным (некоторые устаревшие слова возвращаются в активный словарный запас с новыми значениями; в некоторых случаях специальные термины, иногда меняющие свое значение, становятся общеупотребительными и т. Д.).). Непосредственное воздействие на лексику неязыковой реальности определяет ее мобильность – язык постоянно характеризуется не только появлением новых слов (и новых значений), вытеснением устаревших, утратой актуальности обозначений, но и стилистическим перераспределением различных групп слов, изменениями в лексической и синтаксической совместимости слов и т.д.
Раздел лингвистики, в котором изучается словарный запас, называется лексикологией.
Под наблюдением исторической лексикологии – история слов, лексика языка в целом. Словарный запас языка меняется (появляются новые слова, отдельные слова забываются, значение ряда слов меняется и т. Д.).) по целому ряду причин, некоторые из которых можно установить с достаточной уверенностью. При выяснении истории отдельных слов и групп слов выявляются как лингвистические, так и внеязыковые (внеязыковые) факторы изменения [5].
Непосредственная связь словарного запаса с неязыковой реальностью определяет, что появление новых объектов, появление новых понятий приводит к пополнению словаря новыми обозначениями этих объектов и понятий, способами их обозначения, т.е. Методы номинации (создание новых слов из существующих слов в языке с использованием аффиксов, создание составных имен, семантическое происхождение, заимствование иностранных слов) в то время как во многом определяется лексическими реалиями конкретного языка и лексико-семантическими отношениями, существующими в языке в данную эпоху.
Словарный запас - это самый мобильный уровень владения языком. Изменение и совершенствование словарного запаса напрямую связано с производственной деятельностью человека, экономической, социальной и политической жизнью людей. Словарь отражает все процессы исторического развития общества. С появлением новых объектов и явлений возникают новые понятия, а вместе с ними и слова для обозначения этих понятий. Со смертью определенных явлений слова, которые их называют, выходят из употребления или меняют свой звуковой облик и значение. Учитывая все это, словарный запас местного языка можно разделить на две большие группы: активный словарный запас и пассивный словарный запас.
В активный словарный запас входят те повседневно употребляемые слова, значение которых понятно людям, говорящим на данном языке. Слова этой группы лишены каких бы то ни было оттенков устарелости.
К пассивному запасу слов относятся такие, которые либо являются устаревшими, либо, наоборот, в силу своей новизны ещё не получили широкой известности и также не употребляются повседневно. Таким образом, слова пассивного запаса делятся, в свою очередь, на устаревшие и новые (неологизмы).
Те слова, которые вышли из активного употребления, относятся к числу устаревших. Например, явно устаревшими являются слова, переставшие употребляться в связи с исчезновением понятий, которые они обозначали: боярин, дьяк, вече, стрелец, опричник, гласный (член городской думы), бурмистр и др. Слова этой группы называются историзмами, они более или менее известны и понятны носителям языка, но активно ими не используются. В современном языке к ним обращаются лишь в том случае, когда нужно назвать вышедшие из употребления предметы, явления, например, в специальной научно-исторической литературе, а также в языке художественных произведений с целью воссоздания той или иной исторической эпохи. [9]
Если понятие о предмете, явлении, действии, качестве и т. д. сохраняется, а названия, закреплённые за ним, в процессе развития языка заменяются новыми, более приемлемыми по тем или иным причинам для нового поколения носителей языка, то старые наименования также переходят в разряд пассивной лексики, в группу так называемых архаизмов (греческое archaios – древний). Например: понеже – потому; вежды – веки, гость – торговец, купец (по преимуществу – иноземный), гостьба – торговля и др.
Некоторые из слов подобного типа практически стоят уже за пределами даже пассивно существующих лексических запасов современного русского литературного языка. Например: тать – вор (кстати, в то время слова вор, воровство употреблялось для обозначения политических преступлений); стрый – дядя по отцу; стрыиня – жена дяди по отцу; уй – дядя по матери; стремь – вниз; строп – 1.кровля; 2.небесный свод; вежа – 1.шатёр, кибитка; 2.башня; тук – жир, сало и многие другие. Некоторые из архаизмов сохраняются в современном языке в составе фразеологизмов: попасть впросак, где просак – прядильный верёвочный станок; ни зги не видно, где зга (стьга) – дорога, дорожка; бить челом, где чело – лоб; с жиру беситься, где жир – богатство; беречь как зеницу ока, где зеница – зрачок и т. д.
Процесс перехода слов из группы активного употребления в пассивную группу длительный. Он обусловлен и внеязыковыми причинами, например, социальными изменениями, и собственно языковыми, из которых весьма существенную роль играют системные связи устаревающих слов: чем они обширнее, разнообразнее и прочнее, тем медленнее переходит слово в пассивные слои словаря. Отметим, что возможно и обратное явление – возвращение слова из пассивного словаря в активный. Как правило, это бывает при наличии скорее внеязыковых причин, в первую очередь политических. К таким словам, возвращённым в активный словарь, относятся, например: губернатор (это устоявшееся, но неправильное обозначение главы администрации субъекта Российской Федерации, хотя губерний в России нет), дума (Государственная Дума, областная или краевая дума), мировой (судья), департамент (это понятие для обозначения ведомств, учреждений употреблялось в царской России).
К устаревшим относятся не только те слова, которые давно вышли из употребления, но и те, которые возникли и устарели относительно недавно, например: ликбез (ликвидация безграмотности), продразвёрстка, продналог, комбед и др. Устаревшими словами могут быть и слова исконные (например, шелом, хоробрый, оболоко и др.) и заимствованные, например, старославянизмы (вежды – веки, алкати – поститься, голодать, риза – одежда, длань – ладонь и т. д.) или иностранные слова (привычное в России до революции слово меценат сейчас практически забыто, а в том же значении используется слово спонсор).
В зависимости от того, устаревает ли слово полностью, используются ли его отдельные элементы, меняется ли фонетическое оформление слова, выделяют несколько типов архаизмов: собственно лексические, лексико-семантические, лексико-фонетические и лексико-словообразовательные.
Собственно лексические архаизмы появляются тогда, когда слово устаревает целиком и переходит в пассивные архаические слои, например: комонь – конь, глумно – возможно, глебети – тонуть, вязнуть, зане – так как, потому что и т. д.
К лексико-семантическим архаизмам относят некоторые многозначные слова, у которых устарело одно или несколько значений. Например, у слова гость устаревшим является значение «иноземный торговец, купец» (хотя оно могло обозначать и не обязательно иноземного купца, например, «Садко – богатый гость»), а остальные значения сохранились, хотя и несколько переосмыслены: гость – 1.человек, пришедший навестить кого-либо; 2.чужеземец (в современном языке – постороннее лицо, приглашённое или допущенное на какое-либо собрание, заседание; переносный смысл встречаем в словосочетании «незваный гость»: Не зря Кутузов оставил у Рущука заслон в восемь батальонов, - они-то и встретили непрошеных гостей. - Л. Раковский, «Фельдмаршал Кутузов»). К подобным архаизмам относится одно из значений слов: позор – зрелище; человечество – человечность, гуманность, врать – рассказывать и др. (см. у А. С. Пушкина: «Друг человечества печально замечает везде невежества губительный позор.).
К лексико-фонетическим архаизмам относятся слова, у которых в процессе исторического развития языка видоизменилась их звуковая форма (при сохранении содержания): свейский – шведский, аглицкий – английский, прошпект – проспект, государьство – государство, воксал – вокзал, пиит – поэт и многие другие. Одни из них связаны со звучанием родственных слов (слово государьство образовано от государь), другие – с русификацией их произношения, это относится к заимствованным словам (как в случае со словом прошпект или даже першпектива в том же значении). Иногда при русификации произношения слово могло получать дополнительный, побочный смысл. Так, в России в XVIII веке слово прожект, являющееся заимствованным (в ряде западных языков пишется project), обозначало любой проект, а в современном русском языке относится только к проектам неосновательным, непродуманным.
Лексико-словообразовательными архаизмами являются такие, которые сохранились в современном языке в виде отдельных элементов, например: заусенец от усние – кожа, радиовещание от вещать – говорить, река Десна от десница – правая рука, всполошить от сполох – тревога (этот пример можно отнести и к лексико-семантическим архаизмам, так как в русском языке могут встречаться словосочетания голубые сполохи, сполохи огня и др.), нельзя от льга – свобода (отсюда же образованы слова льгота, польза), важный от вага – вес (могло употребляться и в смысле «значение», например, в романе М. Каратеева «Карач-мурза, или Тверь против Москвы» один из персонажей говорит: «Ярлык ханский на Руси большую вагу имеет», здесь употреблён историзм ярлык – жалованная грамота золотоордынского хана на право княжить, в данном случае, как следует из содержания – в первостепенном в XIV в. Владимирском княжестве, и архаизм вага – вес, но здесь больше подходит именно переносный смысл «значение»).
Уже на примере четырёх традиционных групп архаизмов мы можем видеть, что некоторые из слов-архаизмов могут выходить за рамки своей группы и в зависимости от употребления относиться к двум и более группам (такими из числа приведённых примеров оказались сполохи, прожект). Кроме них, есть архаизмы, которые нельзя отнести к какой-либо из названных групп. [11]
Прежде всего, в классификацию не вписывается архаизмы оне и одне (причём слова писались через старую букву «ять») – множественное число от местоимения «она» и числительного «одна» (ср. у А. С. Пушкина в «Сказке о царе Салтане»: «И завидуют оне государевой жене»). Эти слова можно отнести не только к архаизмам, но и к историзмам, так как выход его из употребления сопровождался следующими обстоятельствами. Декретом о введении новой орфографии от 10 октября 1918 года были введены ныне действующие правила. Приведём некоторые пункты Приложения к указанному Декрету («Новые правила правописания, разработанные Народным комиссариатом просвещения»), касающиеся именно таких случаев:
«1.Исключить букву «ять» с заменой её через е.
…7.Писать в именительном и винительном падежах женского и среднего рода множественного числа прилагательных, причастий и местоимений –ые, -ие вместо –ыя, ия.
8.Писать они вместо оне в именительном падеже множественного числа женского рода.
9.Писать в женском роде одни, одних, одним, одними вместо одне, однех, однем, однеми.
10.Писать в родительном падеже единственного числа местоимения личного женского рода её вместо ея».
Не вписываются в классификацию и архаизмы неожиданные, в том числе искусственные. Фанатичный сторонник «очищения» русского языка от иноязычных заимствований А. С. Шишков в начале XIX в. писал, что «всякое иностранное слово есть помешательство процветать всему собственному», и пытался заменять иностранные слова якобы собственно славянскими, а на самом деле неологизмами, имевшими вид архаизмов. Эти слова Шишков нередко «изобретал» сам, и подобные «искусственные архаизмы» оказывались часто не соответствующими духу языка, неудобными для употребления, а иногда и просто смешными. Если Академия Российская, пытаясь бороться с заимствованиями, рекомендовала заменять слово арест словом задержание, армия – воинство, автор – творец, сочинитель, а актёр – лицедей, то Шишков измышлял такие слова, как ячество вместо «эгоизм», побудка вместо «инстинкт», быт вместо «факт», сверкальцы вместо «бриллианты», топталище вместо «тротуар» и даже словосочетания телесное мановение вместо «жест», отзывающий голос вместо «эхо» и щебетание согласное вместо «концерт».
Новейший случай образования искусственного архаизма относится к весне 2002 года, когда после очередной дискуссии в Государственной Думе по законопроекту о русском языке один из депутатов от «Яблока» заявил, что он придумал русский вариант слова «федерализм» - «удельнокняжество». Этот факт отмечен в настоящей работе не только по причине такого необычного слова, но и потому, что противники указанного законопроекта приписывают ему намерения, подобные вышеуказанным намерениям Шишкова, в том числе и введение таких же смешных слов и словосочетаний для замены всех заимствований, хотя на самом деле ничего подобного не предлагается.