Курсовая работа по литературе на тему Положительно-прекрасный человек в романе Ф.М. Достоевского Идиот

Работая над романом «Идиот», Достоевский постоянно держал в уме запрещенный к тому времени роман Чернышевского. Присутствие полемических отсылок к произведению «Что делать?» в окончательной версии романа является общепризнанным фактом, подтвержденным многочисленными исследованиями. Кроме того, ученые неоднократно указывали на совпадения во взглядах Достоевского и Чернышевского относительно ключевого вопроса, стоявшего перед современниками. П.Н. Сакулин, первым тщательно изучивший рукописи «Идиота», утверждал, что при создании образа Мышкина центральным был вопрос, актуальный для 60-х годов XIX века: «Что делать?» [Сакулин, 1931].
Современные исследователи более четко подчеркивают, что, поднимая этот вопрос в «Идиоте», Достоевский принимал во внимание то, как он был разработан в романе Чернышевского. Г.М. Фридлендер, цитируя черновик романа, где князь, вернувшись, испытывает замешательство от новых впечатлений о России, заботах, идеях и задается вопросом: «что делать?», отмечает, что в этих словах можно увидеть намек на название романа Чернышевского. Достоевский, словно соглашаясь с Чернышевским, подчеркивает, что вопрос «Что делать?» является определяющим для русской жизни того времени, и предлагает в своем романе собственный вариант ответа.
Тема «дела» и интуитивного понимания Мышкиным сущности необходимых действий в сложных реалиях современной России отчетливо прослеживается в набросках романа. «Князь не уверен в выражении своих мыслей, убеждений и намерений. Скромен и смиренен. Но тверд в деле»; «Что же делать?… Аглая: Интересно, что вы приехали делать? Когда неизвестно, что будет дальше…» (Достоевский, т. 8: 60). Выражение «Что делать», неоднократно встречающееся в черновиках, перешло и в финальный текст романа, и хотя не стало центральным вопросом, вокруг которого развивается сюжет, вошло в одно из высказываний героя, отражающих суть его высокой, идеальной позиции. «Это одно из самых первых моих убеждений, которые я вынес из нашей России. Есть что делать, Парфен! Есть что делать на нашем русском свете, поверь мне!» — убеждает Мышкин Рогожина (Достоевский, т. 8: 90)
Однако этот, ключевой пример употребления формулы «что делать?» в «Идиоте» показывает, что не каждое ее появление было прямым и исключительным ответом на роман Чернышевского. В данном эпизоде романа Достоевского скорее прослеживается реакция на риторический вопрос, заданный Тургеневым устами Елены в романе «Накануне», который прозвучал как вызов российскому обществу и затронул многих мыслящих людей, включая Добролюбова и Чернышевского [Белякова, 2014]
И Чернышевский, и Достоевский, каждый по-своему, осознавали значимость этого вопроса и видели различные пути его решения. Важно отметить, что при анализе реакций Достоевского на произведения других авторов мы сталкиваемся со сложной сетью ассоциаций, переплетением множества разнородных откликов на широкий спектр современных идейных и художественных явлений, а также осмыслением событий окружающей действительности. Нередко острая полемика с литературным предшественником или современником, писавшим о наиболее важных проблемах эпохи, сочеталась у Достоевского со стремлением к диалогу, к своего рода литературному «сотрудничеству».
Безусловно, Достоевский отвергал идеологию революционных демократов, что подтверждается его пылкими и яростными дискуссиями с ними. Тем не менее, его устойчивый интерес к работам Добролюбова и Чернышевского, а также к журналу «Современник», также является неоспоримым. Следовательно, отношение Достоевского к современной ему демократической литературе было крайне сложным, многогранным и неоднозначным.
Учитывая полемику между Достоевским и Чернышевским, важно отметить, что оба автора в 1860-е годы создали выдающиеся утопические романы, которые не имеют аналогов ни в русской, ни в европейской литературе того времени.
Достоевский также увлечен темой будущих путей развития человечества, и в его видении далекое будущее предстает как золотой век. Однако, он видит в каждом индивидууме отражение и микрочастицу всего человеческого бытия, поэтому ключи к обновлению мира он ищет в преображении отдельной личности. На смену социальной утопии у него приходит утопия идеально прекрасного человека. Важно отметить, что, используя термин «утопия», как здесь, так и ранее, говоря о Чернышевском, мы подразумеваем принадлежность произведений к утопическому литературному жанру или наличие в романе элементов, близких к утопической литературе, а не «нереалистичность идеалов писателей» [Батталова, 2011: 34].
Вступая в область утопии, то есть создавая живые, образные воплощения идеала, или в область сатиры, выражая отрицание существующей реальности через памфлет и гротеск, Достоевский, подобно Чернышевскому, остается верен принципам реализма.
Сатира и утопия – эти противоположные сферы художественного творчества – имеют общую идейно-типологическую основу. Произведения этих жанров характеризуются особой интенсивностью выражения авторского идеала, острой постановкой вопроса об отношении реальности, современной социальной структуры к идеалу, который рождается из потребностей общества.
В романе «Идиот», где центральным образом является воплощение идеала, а основной темой – утопическая идея нравственного преображения личности, сатирические тенденции проявляются особенно отчетливо. Достоевский намеренно не упрощает задачу своего героя, призванного нести добро в мир. Жизнь, в которую погружен Мышкин, характеризуется «тьмой и ужасающим отсутствием света» (Достоевский, т. 8: 134), подобно тому, как, по мнению Гоголя, они открываются лишь проницательному взгляду сатирика. И хотя трагические эпизоды, полные мрачных конфликтов и безысходных страданий, сменяются краткими моментами идиллического единения душ и картинами духовного оазиса вокруг князя Мышкина, общий ход событий в романе неумолимо ведет к трагическому финалу. Чем гуще становится мрак вокруг «князя-Христа», как Достоевский называет своего героя в черновиках, тем ярче горит в нем пламя жертвенной любви к людям, освещая трагедию бытия, триумф эгоизма, себялюбия, равнодушия и хищничества. Победа тьмы в романе не умаляет значимости идеи, заключенной в образе Мышкина, а возвышает её над повседневностью, придавая личности героя значение идеала, лишь слабо мерцающего в нравственном сознании современников и способного восторжествовать лишь в конечном итоге, в результате исторического развития человечества: «…целое у меня выходит в виде героя», – писал Достоевский в процессе работы над романом. Образ князя Мышкина в романе «Идиот» утверждает через личность человека возможный итог социального развития, его цель и движущую силу. Таким образом, Мышкин возводится на высшую ступень в иерархии человеческих характеров. Именно к этому стремился Достоевский, выражая общее «в виде героя» (Достоевский, т. 1: 60).
Подобно Чернышевскому, Достоевский сохранял веру в конечное торжество добра. Их обоих занимал вопрос о том, какими историческими путями можно прийти к идеалу человеческого братства. Задача Достоевского заключалась в демонстрации безграничности нравственного идеала, его недостижимости для человека современности, и одновременно в утверждении близости этого идеала нравственной природе людей, страдающих, искаженных противоречиями и конфликтами окружающей действительности. Изображая трагические судьбы прекрасного в современном мире и возможность воплощения в отдельной личности всей совокупности нравственных качеств, Достоевский выражал свою веру в будущее человечества посредством художественных образов.