Курсовая работа по литературе на тему Влияние исторических событий на литературу Кореи: период Корейской войны(1950-1953)

Корейская война 1950-1953 годов стала прямым следствием разделения Корейского полуострова, произошедшего в результате решений великих держав после окончания Второй мировой войны. Разделение по 38-й параллели было определено американскими военными планировщиками 10 августа 1945 года в спешном порядке. Полковники Дин Раск и Чарлз Бонестил, работавшие с картой National Geographic, выбрали 38-ю параллель как демаркационную линию, руководствуясь прежде всего стратегическими соображениями — необходимостью включить столицу Сеул в американскую зону оккупации. Примечательно, что никаких экспертов по Корее к этому решению не привлекали, и планировщики не знали, что сорока годами ранее Япония и царская Россия уже рассматривали возможность раздела Кореи по той же линии.
Это административное разделение, изначально задуманное как временная мера для разоружения японских войск и репатриации японского населения (около 700,000 человек), быстро приобрело политический характер. Советский Союз немедленно согласился с предложенным разделом, что удивило американскую сторону. В северной части полуострова, где находилось 9 миллионов корейцев, советские войска начали проводить политику, которая американские источники характеризуют как "кратковременное царство террора", что привело к массовому бегству беженцев на юг. В южной части, где проживало 16 миллионов человек, американская военная администрация столкнулась с не менее сложными проблемами партизанской войны и политической нестабильности .
Идеологическое противостояние между севером и югом нарастало с каждым месяцем. В северной части Ким Ир Сен укреплял контроль над Коммунистической партией и административными структурами, создав к 1948 году военные и полицейские силы численностью около 100,000 человек. На юге формировалась Республика Корея под руководством Ли Сын Мана, при этом южнокорейские силы безопасности к 1947 году насчитывали около 80,000 человек. Создание независимой Южной Кореи стало политикой ООН в начале 1948 года, что вызвало ожесточенное сопротивление южных коммунистов.
Корейская война прошла через пять основных фаз, каждая из которых оказала специфическое воздействие на общественное сознание и литературный процесс. Первая фаза (25 июня — 15 сентября 1950) началась с вторжения Корейской народной армии через 38-ю параллель на рассвете 25 июня 1950 года под прикрытием артиллерийского огня. Северокорейское командование оправдывало агрессию утверждениями, что южнокорейские войска атаковали первыми, и что целью операции является арест и казнь "бандита-предателя Ли Сын Мана".
Стремительность северокорейского наступления шокировала южнокорейское общество. Сеул пал уже 28 июня, всего через три дня после начала войны. Республика Корея, имевшая 95,000 военнослужащих на 25 июня, к началу июля сократилась до менее чем 22,000 бойцов. Отступающие южнокорейские войска взорвали мост Хангон через реку Хан, при этом на мосту находились 4,000 беженцев, сотни из которых погибли . Этот трагический эпизод стал символом хаоса и отчаяния первых дней войны, многократно отраженным в послевоенной литературе.
Вторая фаза (15 сентября — 24 октября 1950) началась с успешной десантной операции в Инчхоне, которая кардинально изменила ход войны. 25 сентября Сеул был отбит силами ООН. Американские воздушные налеты нанесли тяжелый урон Корейской народной армии, уничтожив большую часть ее танков и артиллерии. Войска КНА на юге, вместо эффективного отхода на север, быстро дезорганизовались, оставив Пхеньян уязвимым. Только 25,000-30,000 северокорейских солдат сумели достичь линий КНА.
Третья фаза (25 октября 1950 — 24 января 1951) ознаменовалась вступлением китайских войск в конфликт. Несмотря на предупреждения Китайской Народной Республики о том, что она вмешается, если американские войска пересекут 38-ю параллель, южнокорейские силы пересекли границу 1 октября, а американские и другие силы ООН последовали за ними неделю спустя. Китайское контрнаступление заставило силы ООН отступить обратно на юг .
Четвертая фаза (25 января — 21 июня 1951) характеризовалась стабилизацией фронта. К началу февраля 1951 года линия фронта стабилизировалась, и обе стороны начали рассматривать возможность перемирия. Войска ООН предприняли ряд успешных операций, включая "Операцию Громовержец" и "Операцию Убийца", направленных на максимальное использование огневой мощи для уничтожения как можно большего числа северокорейских и китайских войск. 14 марта Сеул был освобожден в четвертый и последний раз за год войны, превратившись в руины с населением 200,000 человек вместо довоенных 1,5 миллиона.
Воздействие на общественное сознание было катастрофическим. Война стала восприниматься не только как военно-политический конфликт, но и как экзистенциальный кризис корейской нации. В литературе этого периода доминировали темы разделения семей, утраты традиционных ценностей и поиска новой национальной идентичности. Писатели реагировали на войну созданием нового художественного языка, способного передать масштаб национальной трагедии.
Демографические потери Корейской войны были беспрецедентными. Общее число погибших составило приблизительно 3 миллиона человек, большинство из которых были мирными жителями.
Социальные изменения затронули традиционные нормы корейского общества. Вынужденное разделение мужей и жен и связанная с войной смерть супругов привели к серьезным изменениям в традиционных нормах, касающихся брака, повторного брака и целомудрия. Мужчины, чьи жены остались в Северной Корее, чаще вступали в повторный брак, чем женщины, чьи мужья были похищены северокорейскими военными. Вдовы, потерявшие мужей в результате смерти или принудительного разлучения, были вынуждены выйти на рынок труда, чтобы обеспечить финансовую поддержку своих семей.
Массовые перемещения населения создали новые социальные напряжения. Взаимодействие между самими беженцами и жителями принимающих городов осложнялось массовым и внезапным наплывом военных беженцев в ограниченное число городов, не подвергшихся северокорейской военной оккупации. Напряженные жилищные условия в сочетании с экономическими трудностями и непростыми межгрупповыми отношениями породили резко антагонистические настроения между группами "своих" и "чужих".
Влияние на литературный процесс было немедленным и долговременным. Социальные потрясения войны стали питательной средой для формирования новой литературной традиции — литературы разделения (пундан мунхак). Писатели реагировали на военную травму созданием произведений, которые не только документировали ужасы войны, но и исследовали их психологические и философские последствия. Темы семейного разделения, потери дома, поиска новой идентичности стали доминирующими в корейской литературе послевоенного периода.
Литература разделения (분단문학 [пундан мунхак]), в свою очередь, представляет уникальный художественный феномен, возникший в результате территориального разделения Корейского полуострова и последующей Корейской войны. Термин «пундан» не различает понятия «разделение» и «раздел» однако все большее число южнокорейцев использует это слово в пассивном значении, указывая на то, что Корея была разделена не по воле народа, а внешними силами . Эта семантическая особенность отражает фундаментальную характеристику литературы разделения как художественного осмысления национальной травмы, нанесенной извне.
Художественная специфика литературы разделения заключается в ее способности создавать альтернативное дискурсивное пространство, где могут быть поставлены под сомнение доминирующие государственные нарративы и артикулированы диссидентские голоса, подавленные в реальной политике. Огромная популярность литературы разделения и ее обширные последствия в южнокорейском культурном пространстве должны пониматься в этом контексте – многие послевоенные романы и популярные фильмы служили очагами, где можно было найти формы субъективности и коллективности, альтернативные национальному субъекту.
Эстетические особенности литературы разделения формировались под влиянием тотальной военной идеологии. Северокорейские и южнокорейские интеллектуалы быстро интернализировали войну, разворачивающуюся вокруг них, в соответствии с пониманием, полученным в ходе предыдущих встреч с войной колониального периода. Взгляд на современную войну, включая Корейскую войну, как на тотальную войну дал им идеологический инструмент для осмысления военной среды, в которой они оказались. В умах интеллектуалов, политиков и теоретиков война, безусловно, воспринималась как таковая, и нарратив тотальной войны помог интеллектуалам, в частности, придать легитимность своему собственному военному статусу.
Семейная тематика стала центральной для литературы разделения, что отражало специфику корейского восприятия войны. Многие участники, особенно простые люди, переживали войну не столько как идеологический конфликт, сколько как разрушение их семьи или распад местных сообществ, основанных на родственных связях. Семья превратилась в священное ядро индивидуальных жизней и идентичностей на разделенном Корейском полуострове. Исторически сконструированный и психически воздействующий, южнокорейский фамилизм оказал всепроникающее влияние на формирование послевоенных субъектов в сочетании с другими идеологиями.
Мотив хан (한), в свою очередь, стал одним из определяющих элементов литературы разделения. Хан представляет собой аффект, который скрывает горе исторической памяти – память о прошлой коллективной травме – и делает себя этнизированным и привязанным к нации. Психологические и эмоциональные раны, с которыми разделенным семьям пришлось справляться в течение более 50 лет, служат постоянным напоминанием о трагедии войны. Состояние хан – специфически корейского понятия, обозначающего подавленное эмоциональное страдание от горя, тревоги, вины, страха и лишений — стало художественным средством выражения национальной травмы.