Фрагмент для ознакомления
2
Зависимость, как отмечают многие исследователи, является хроническим рецидивирующим состоянием, которое характеризуется навязчивым стремлением к употреблению вещества или выполнению определенного поведения, несмотря на негативные последствия. В зависимости от характера воздействия выделяют несколько форм зависимости: химическая (наркомания, алкоголизм, никотиновая зависимость) и поведенческая (игровая зависимость, шопоголизм, интернет-зависимость).
Механизмы развития зависимости включают биологические, психологические и социальные факторы. Биологические основы зависимости связаны с дисфункцией системы поощрения мозга, особенно с изменениями в дофаминовой системе. Психологические аспекты включают такие факторы, как низкая самооценка, стрессоустойчивость, эмоциональная лабильность. Социальные факторы - это влияние окружения, культуральные нормы и доступность веществ или определенных видов поведения.
Современные условия жизни оказывают значительное влияние на рост различных форм зависимости. Во-первых, с развитием технологий и интернета увеличивается количество зависимых от социальных сетей и интернет-игр [7]. Социальные сети создают платформу для формирования зависимого поведения за счет постоянной необходимости быть онлайн, получать одобрение через лайки и комментарии [2].
Во-вторых, растет проблема зависимости от психоактивных веществ в условиях доступности наркотиков и легализации некоторых из них (например, каннабиса) в ряде стран [5]. Изменение отношения общества к некоторым веществам и их легализация могут как снизить стигматизацию потребления, так и усилить доступ к этим веществам, что в свою очередь увеличивает риск зависимости.
Зависимость оказывает серьезные негативные последствия как на индивидуальном, так и на социальном уровнях. На уровне личности зависимость может привести к нарушению здоровья, дезадаптации в обществе, утрате социальных связей и снижению качества жизни.
Исследования показывают, что хроническая зависимость способствует развитию психических расстройств, таких как депрессия, тревожные расстройства и суицидальные мысли [3]. На социальном уровне зависимость ведет к увеличению преступности, социальной нестабильности, разрушению семейных отношений и снижению производительности труда.
Современные подходы к лечению зависимости включают биопсихосоциальную модель, которая рассматривает проблему зависимости как многофакторную. Лечение включает медикаментозную терапию, психотерапию и социальную поддержку [8]. Среди психотерапевтических подходов наиболее эффективными признаны когнитивно-поведенческая терапия (CBT), мотивационное интервьюирование и программы анонимных алкоголиков и наркоманов [9].
В последние годы все большую роль приобретает использование цифровых технологий в лечении зависимостей, таких как онлайн-консультации, мобильные приложения для самоконтроля и цифровые программы для мониторинга состояния пациента. Эти инструменты делают терапию более доступной и персонализированной.
Профилактика зависимостей - это одна из важнейших задач общественного здоровья. Она включает как первичные профилактические меры, направленные на предотвращение начала употребления психоактивных веществ и формирования зависимости, так и вторичные и третичные меры, направленные на предотвращение рецидивов и социальную реабилитацию. Эффективными профилактическими стратегиями являются программы образования в школах, программы для родителей и семей, а также общественные кампании, направленные на снижение риска развития зависимости [10].
Таким образом, проблема зависимости в современных условиях приобретает все большую актуальность из-за быстрого развития технологий и изменений в социальном укладе. Разработка комплексных стратегий профилактики и лечения, а также адаптация новых технологий в терапевтической практике, становятся ключевыми факторами в борьбе с зависимым поведением. Необходимо учитывать многофакторную природу зависимости и привлекать к решению проблемы специалистов из различных областей, включая психологию, медицину и социальные науки.
Как указывал N. Heather, «Аддикция... лучше всего определяется неоднократными провалами воздерживаться от употребления наркотиков, несмоченные данные могут быть использованы специалистом тря на принятые ранее решения» [13]. В рамках КПТ рецидив зависимости рассматривается как результат активации определенных дисфукциональных мыслей и убеждений. Когнитивная терапия направлена в основном на реструктуризацию системы убеждений, которые имеют мотивационное значение [8]. Целью вмешательства является психологическое просвещение, выявление и замена дисфункциональных убеждений на адаптивные, повышение самоэффективности, внушение надежды и обретение пациентами нового опыта удовлетворенности жизнью. На основе метаанализа исследований 34 рандомизированных клинических и контрольных групп было установлено, что КПТ оказалась эффективной на уровне 0,45 (средний диапазон) [9]. Основные стратегии КПТ включают в себя функциональный анализ проблемного поведения, выявление триггеров, когнитивное реструктурирование, техники самопоощрения и самоконтроля, развитие навыков сопротивления аддиктивному влечению, управления рисками и образом жизни.
Под триггерами понимаются любые событийные факторы и аффективные состояния, которые способствуют активации крейвинга. Триггеры к употреблению ПАВ включают в себя определенные эмоциональные и физические состояния, некоторые межличностные контакты, места и ситуации, включающие в себя социальное давление, наличие средств на покупку ПАВ, а также мысли и убеждения (например: «Я безнадежен», «Я должен употребить», «От одного раза ничего плохого не произойдет»). Как указывала Джудит Бек, «Когнитивная терапия – это образовательная терапия, цель которой – научить пациента быть самому себе терапевтом. В когнитивной терапии особое внимание уделяется профилактике рецидива» [2]. На первоначальном этапе пациентов следует ознакомить с концепцией «триггеров» и показать их роль в рецидиве зависимости (рис. 1). Триггеры, запускающие мысли об употреблении и крейвинг, должны быть идентифицированы.
Затем следует совместно с пациентом оценить степень риска каждого триггера (от 1 до 10), составив индивидуальную карту ситуаций высокого риска, в котором каждому триггеру будет присвоен свой ранг опасности (например: красный, оранжевый или желтый). Полученные данные могут быть использованы специалистом в дальнейшей работе для организации тренинга совладания путем ролевого проигрывания ситуаций, составления рационального плана действий, изготовления копинг-карточек или экспозиции [1].
На практике обычно пациенты должны проанализировать конкретный эпизод тяги к наркотикам, определив, что послужило «триггером». Далее нужно вспомнить, что именно они увидели своим «внутренним взором» и предлагаем нарисовать соответствующую картинку.
Фрагмент для ознакомления
3
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
1. Автономов Д А, Дегтярева ТП Когнитивно-поведенческая терапия аддикций: от теории к практике Наркология, 2021. - 20(11). - С. 60-67
2. Автономов Д.А. Когнитивная модель аддикции // VIII Международный Форум Ассоциации Когнитивно-Поведенческой Психотерапии CBTFORUM. Сборник научных статей VIII Международного Форума. Санкт-Петербург, 2022. С. 53-61.
3. Автономов Д.А., Дегтярева Т.П. Триггеры к употреблению ПАВ и методы психотерапии. Наркология, 2020. - № 15(2). – С. 26-33.
4. Ажимов В.В., Ганишина И.С., Марьин М.И. Психологическая коррекция личностных особенностей наркозависимых лиц // Психология и право. 2023. Т. 13, № 4. С. 37–52.
5. Брюн Е.А., Михайлов М.А., Автономов Д.А. Измененные состояния сознания, психоактивные вещества и психоактивные действия. Москва, 2020. - 190 с.
6. Гребенюк А.А. Психологическая зависимость от психоактивных веществ. Модель, принципы и методы терапии // Консультативная психология и психотерапия. 2019. Т. 7, № 3. С. 115–133.
7. Искандаров Р.Р. Психоактивные вещества как фактор совершения преступлений: современное состояние проблемы // Наркология. 2024. Т. 23, № 1. С. 42–45.
8. Иванец Н.Н., Кинкулькина М.А., Тихонова Ю.Г. Цифровые технологии в сфере психического здоровья: проблемы и перспективы // Национальное здравоохранение. 2023. Т. 4, № 2. С. 5–14.
9. Мелёхин, А.И., Веселкова, Ю.В. Стратегии когнитивно-поведенческой психотерапии в реабилитации полинаркомании. Консультативная психология и психотерапия, 2020. - № 23(2). - С. 93–115.
10. Фастовцов Г.А., Игумнов С.А., Искандаров Р.Р. и др. Профилактика употребления психоактивных веществ в свете междисциплинарных исследований: парадоксы, уроки истории, пенитенциарные решения // Вопросы наркологии. 2025. Т. 35, № 3. С. 60–75.
11. Фастовцов Г.А., Искандаров Р.Р. Наркологические расстройства в пенитенциарных условиях и феномен «двойной несвободы» // Вопросы наркологии. 2025. Т. 37, № 2. С. 55–71.
12. Ganson Kyle T. et al. Associations between Adverse Childhood Experiences and Performance-Enhancing Substance Use among Young Adults. Substance Use & Misuse, 2021. - № 56(6). – Р. 854-860.
13. Olivier G., Koob G.F. Individual differences in the neuropsychopathology of addiction. Dialogues in clinical neuroscience, 2020. - № 19(3). – Р. 217.
14. Lippard E., Nemeroff Ch.B. The devastating clinical consequences of child abuse and neglect: increased disease vulnerability and poor treatment response in mood disorders. American journal of psychiatry, 2020. - № 177(1). – Р. 20-36.
15. Volkow N.D. et al. Prevalence of substance use disorders by time since first substance use among young people in the US. JAMA pediatrics, 2021. № 1. – Р. 23-29.