Курсовая работа по лексикологии на тему особенности современного молодежного сленга Британии

Глава 1. Теоретические основы изучения молодежного сленга как лингвистического феномена


1.1. Молодежный сленг: определение, функции и место в языке

Исследуемый молодежный жаргон представляет собой часть субстандартного языкового пласта, существующего наравне с общепринятым, нормированным стандартным языком.
Согласно мнениям авторитетных лингвистов, таких как Т.М. Беляева и В.А. Хомяков, данное языковое явление может быть определено как совокупность стилистически окрашенных (сниженных) образований в рамках литературного языка. В контексте традиционной англо-американской лингвистической терминологии, это понятие охватывает как сленгизмы общего сленга, так и так называемые “низкие коллоквиализмы”, представляющие собой два лексических пласта с размытыми границами, которые, тем не менее, находят отражение в словарях [3, с. 181].
А.Т. Хроленко отмечает, что жаргоны и арго находятся на границе с профессиональными языками. Он характеризует последние как языковые системы, стремящиеся к “образности, экспрессии, эмоциональности в условиях замкнутого контакта”. По мнению исследователя, сленг занимает промежуточное положение между территориальными диалектами и жаргонами. Он представляет собой совокупность жаргонизмов, формирующих пласт разговорной лексики и отличающихся грубовато-фамильярным, нередко насмешливым отношением к предмету высказывания [18, с. 284-295].
Ю.П. Солодуб и Ф.Б. Альбрехт полагают, что жаргоны и арго представляют собой специфические речевые особенности, которые проявляются исключительно в индивидуальной лексике и фразеологии конкретных групп людей [16, с. 158-159].
В своем исследовании, посвященном социальным диалектам, М.М. Маковский определяет жаргон как особую форму диалекта. Он считает, что жаргон формируется путем отбора, преобразования и комбинирования элементов одного или нескольких естественных языков. Ключевой целью его использования, по мнению Маковского, является “языковое обособление, отделение от остальной части данной языковой общности…” (цитата из работы). При этом понятие сленга языковед выделяет в отдельный подвид, который лишь фрагментарно сопоставим с жаргоном, а также выборочно с профессионализмами и разговорным языком [11, с. 137].
В.М. Лейчик проводит ключевое разграничение между просторечием и жаргоном, полагая, что в то время как простые языковые комбинации в просторечии возникают спонтанно, без предварительного осмысления, то жаргонные образования, напротив, отличаются осознанностью. Эти комбинации формируются с определенной целью — отклониться от языковой нормы, придать высказыванию экспрессивно-эмоциональную окраску, а порой и выразить определенную насмешку, граничащую с нетерпимостью [25].
Согласно В.В. Химику, жаргонное просторечие выступает как “стихийная, грубая, минимально обработанная и во многом нелицеприятная” языковая реальность, существующая в контексте обработанного и цивилизованного литературного языка. Основными источниками формирования жаргонного просторечия он считает частные жаргонные подсистемы, а также социальные и профессиональные диалекты, именуемые социолектами [17].
Потребность молодежи выражать свое отношение к миру, конкретным реалиям, человеческим взаимоотношениям, традициям и устоявшемуся жизненному порядку находит свое отражение в самостоятельном языковом продукте – сленге. Жаргон, в свою очередь, определяется как разновидность устной речи, характерная для относительно стабильной социальной группы, объединенной по признаку профессии или социального положения [22].
Некоторые исследователи для обозначения данного пласта лексики предлагают использовать термин “социолект”. Выясняется, что социолект молодого поколения имеет исторически сложившуюся, генетически синкретную и достаточно стабильную структуру в рамках просторечной языковой лексики. При этом для него характерны стилистически сниженный, преимущественно ироничный, шутливый, а иногда и вульгарный словарный запас [20].
Вслед за чешскими учеными, И.В. Калита предлагает ввести новый термин — “профилект” — в качестве замены устаревшему понятию “жаргон”. Автор считает, что этот новый термин более точно отражает суть “лексики по интересам” и профессионально-ориентированной лексики. При этом само понятие “жаргон” предлагается сохранить для обозначения устаревших групп так называемых профилектов, то есть жаргонов, которые существовали в XIX — начале XX века [8].
Анализ многочисленных определений жаргона, в частности молодежного, позволяет сформулировать следующую трактовку этого феномена: молодежный жаргон представляет собой форму просторечной лексики естественного языка, используемую определенной социальной группой (молодежью) для общения с целью обособления (конспирации) от остального языкового сообщества. Он характеризуется стилистической сниженностью, высокой подвижностью, активным словотворчеством, стремлением к языковой экономии, а также выразительной эмоциональной экспрессивностью, при этом не обладая собственной фонетической и грамматической системой.
Следует отметить, что в некоторых случаях термин “молодежный жаргон” используется синонимично термину “сленг”, или “специальный сленг”. Последний обозначает лексику, присущую определенной социальной, возрастной или профессиональной группе, отличающуюся яркой метафорической и выразительной окраской. В понятие “общий сленг” включают лексические единицы, которые перешли в общее речевое употребление из специализированных сленгов, но при этом сохранили свою яркость и колоритность [21].
Существует ряд точек зрения на соотношение понятий “сленг” и “жаргон”. Некоторые лингвисты, такие как Е.Г. Борисова-Лукашанец, А.И. Мазурова, Т.Г. Никитина и В.М. Мокиенко, считают эти термины тождественными. Другие исследователи, например, В.С. Елистратов, объединяют сленг, арго и жаргон в одну категорию — арго. В то же время, В.М. Шапошников разграничивает арго и жаргон, а сленг выделяет как самостоятельное явление.
Молодежный жаргон не является статичным явлением, а постоянно эволюционирует. Основными источниками его обогащения являются:
- Метафоризация: этот прием предполагает межъязыковые семантические переносы и внутриязыковые заимствования образов и стилей, что позволяет переосмыслить слова, наделяя их новыми значениями. Примером могут служить переносы на человека (например, девушка — “корова”, “курица”, “ворона”; юноша — “лось”, “кабан”, “олень”) или на названия частей тела (например, руки — “грабли”, “клешни”, “весла”; ноги — “копыта”, “поршни”, “клюшки”).
- Словообразовательная деривация: в основном происходит за счет аффиксации. Особенно активно используются суффиксы “-ух(а)” и “-он” для образования производных, передающих пренебрежительность и иронию (например, “кликуха”, “депрессуха”, “спокуха”; “закусон”, “расслабон”, “закидон”).
- Заимствования из иностранных языков: преимущественно используются англицизмы. При этом русский молодежный жаргон не просто принимает иноязычные лексемы (например, лицо — “фейс”; человек, парень — “мэн”; работа — “ворк”), но и творчески адаптирует их к нормам русской фонетики и грамматики (например, CD — “сидюк”; CD-ROM — “сидиромка”; модный — “хайповый”).
- Внутриязыковые заимствования: происходят из других жаргонов или арго. Так, из жаргона компьютерных специалистов заимствованы слова “комп” (компьютер), “кликать” (нажимать на компьютерный курсор), “геймер” (компьютерный игрок). Из криминальной лексики пришли выражения “кайфовать” (отдыхать), “колбасить” (злиться), “свалить” (уйти, убежать).
Таким образом, молодежный жаргон представляет собой динамичное явление, для которого характерна тесная взаимосвязь лексических средств. Эта корреляция проявляется в непрерывном порождении новых жаргонных единиц и их последующем переходе в иные языковые формы. Молодежный жаргон отличается комплексностью способов словообразования, а также активным использованием готовых единиц из смежных языковых подсистем. Набор его лексических средств отличается особой стилистической сниженностью и применяется молодыми людьми для придания речи яркости, выразительности и лаконичности. К основным факторам, способствующим развитию и обогащению молодежного жаргона, относятся стремление к речевой экспрессии, достижение которой затруднительно исключительно средствами кодифицированного литературного языка, а также ускоренный темп современной жизни, который не всегда по силам старшему поколению.

1.2. Факторы, влияющие на формирование и развитие молодежного сленга в Великобритании

Формирование современного британского молодежного сленга невозможно понять без учета глубоких социокультурных и исторических процессов, которые кардинально изменили лингвистический ландшафт Великобритании, особенно ее крупных городов, на протяжении последних десятилетий. Наиболее значимым фактором стало наследие иммиграции и утверждение мультикультурализма как фундаментальной характеристики британского общества. Массовая иммиграция из стран Карибского бассейна, начавшаяся с прибытия корабля «Импрешион» в 1948 году, привнесла в английский язык пласт лексики из ямайского патуа (Patwa). Такие слова, как «mandem» (друзья, компания), «wagwan» (что происходит? как дела?) и «irie» (хорошо, позитивно), изначально использовавшиеся в узких этнических сообществах, постепенно были ассимилированы молодежью разных происхождений, став ядром нового городского просторечия. Этот процесс лингвистической интеграции привел к возникновению такого гибридного социолекта, как Multicultural London English (MLE), который сочетает в себе грамматические и фонетические особенности английского языка с лексическими вкраплениями из ямайского креольского, а также из языков Южной Азии и Африки. Как отмечает Сью Фокс, MLE не является исключительно этническим диалектом, а представляет собой новую форму городской идентичности, где язык служит инструментом консолидации разнородной молодежи [27]. Параллельно традиционный кокни-сленг, с его рифмованными конструкциями, не исчез, но вступил в сложное взаимодействие с новыми влияниями, обогатив палитру выразительных средств и создав уникальный лингвистический сплав. Таким образом, британский молодежный сленг выступает не просто как языковой феномен, а как прямое отражение сложной, многослойной и динамичной социальной реальности современного британского мегаполиса, где переплетаются культурные традиции и формируется новая, гибридная идентичность.
Становление и распространение современного британского молодежного сленга в значительной степени детерминировано стремительным развитием цифровых технологий и доминирующей ролью массовой культуры в жизни молодого поколения. Социальные сети превратились из простых каналов коммуникации в мощные инкубаторы и акселераторы новой лексики. Алгоритмы этих платформ, способствующие вирусному распространению контента, обеспечивают беспрецедентную скорость, с которой отдельные слова или выражения, возникшие в локальной среде (например, в Южном Лондоне), за считанные дни могут стать достоянием молодежи по всей Великобритании и за ее пределами. Именно в формате коротких видео, мемов и постов в микроблогах отрабатывается и закрепляется употребление таких сленгизмов, как «no cap» (без обмана, честно), «cheugy» (немодный, устаревший) или «rizz» (харизма, способность флиртовать). При этом цифровая среда не является пассивным проводником; она активно трансформирует сам язык, порождая новые формы, такие как аббревиатуры («FOMO» — Fear Of Missing Out) и графические сокращения, оптимальные для быстрого набора на мобильных устройствах. Не менее существенное влияние оказывает массовая культура, в частности, музыкальные жанры грайм и дрилл, вышедшие из британской уличной культуры. Тексты исполнителей, ставшие национальными хитами, как, например, у Stormzy, Skepta или Dave, выполняют функцию нормативных текстов для молодежной аудитории, легитимируя и популяризируя специфическую лексику и модели произношения. Кинематограф и сериалы, ориентированные на молодежь, такие как «Top Boy», также служат важным каналом дистрибуции сленга, визуализируя контекст его употребления и закрепляя его в общенациональном культурном коде. Возникает синергетический эффект: музыка и сериалы поставляют контент для социальных сетей, а те, в свою очередь, многократно усиливают его резонанс, создавая самоподдерживающуюся экосистему, в которой рождается, отбирается и распространяется современный британский молодежной сленг, делая его одним из самых динамичных пластов английского языка.