Курсовая работа по лексикологии на тему Гендерная метафора (на базе английского языка)

ВВЕДЕНИЕ

Реклама – яркое явление современности. В современном мире реклама выступает в роли «социального гида», который информирует нас о принятых в данном обществе правилах поведения, моральных нормах, образе жизни, в т.ч. образах мужчины и женщины. Образы мужчины и женщины передаются не только при помощи прямых номинаций, но и при помощи выразительных, экспрессивных средств. К ним относятся гендерные метафоры.
Метафорический перенос в текстах рекламы основывается на проецировании характеристик из исходной понятийной области в новую понятийную область, которая представлена собственно рекламируемым товаром. Создатели рекламного текста приписывают объекту рекламы характеристики, обычно используемые при описании человека (мужчины и женщины), его интеллектуальных способностей, внешнего вида, физической силы, внутренних качеств и т.д.
Гендерная метафора расставляет определенные акценты, влияет на подсознание, воздействует на волю и чувства адресата, побуждает его к действию. В этой связи изучение гендерной метафоры в контексте рекламного дискурса представляется довольно актуальным.
Цель работы - выявить особенности функционирования гендерной метафоры в рекламном дискурсе на материале рекламных сообщений на английском языке.
Задачи работы:
1. Рассмотреть теоретико-лингвистические особенности гендерных метафор современного английского языка.
2. Проанализировать особенности перевода гендерных метафор современного английского языка.
В работе переосмыслена определяющая роль метафоры в рекламном дискурсе, а также причины ее употребления в гендерном аспекте.

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИКО-ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ГЕНДЕРНЫХ МЕТАФОР СОВРЕМЕННОГО АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА


1.1 Сущность понятия «гендерная метафора»
В современной лингвистике широкое распространение получил термин «гендер» (gender), введенный в социологию в 1950-е гг. Джоном Мани, в противопоставление термину пол (sex): пол - анатомо-физиологические особенности людей, на основе которых человеческие существа определяются как мужчины и женщины, гендер - культурное, социальное, поведенческое маркирование биологических различий мужчин и женщин. Представление о «типично мужском» и «типично женском» не является постоянным, оно варьируется в разных обществах и меняется со временем. Гендерные нормы усваиваются с детства через социальные институты (семья, школа), средства массовой информации и т.д., диктуя определенные модели поведения, коммуникативные тактики, виды деятельности, влияя на формирование черт характера, специфичных для каждого пола. Интерпретация гендера как социокультурного феномена с неизбежностью обращает исследователей к вопросам его маркирования в языке. В настоящее время установлено, что система данных смыслов находит отражение в различных моделях речевого поведения мужчин и женщин, обусловливающих формирование функциональных вариантов языковых систем, появление специализированных грамматических, лексических, деривационных средств (в качестве яркого примера назовем выявленные Э. Сэпиром варианты мужского и женского языка в языке яна [1. С. 455-461]),
В одном из направлений гендерных исследований, феминистской лингвистике, была поставлена проблема андроцентричности языка. Доказывалось, что в языке зафиксированы патриархальные стереотипы, они навязывают носителям языка картину мира, в которой женщине отводится второстепенная роль. Дискриминация женщин, по мнению представителей данного подхода, выражается в языковом сексизме, или андроцентризме языка, т.е. в неравномерной представленности в языке лиц разного пола, в преобладании мужских форм в языке, во вторичности номинации лиц женского пола (авантюрист - авантюристка), в совпадении во многих языках понятий «человек» и «мужчина», неравноценности наименования одних и тех же профессий (врач/врачиха); кроме того, для обозначения профессий с низким социальным статусом имеются только фемининные формы (техничка, уборщица), а для обозначения высокого статуса деятельности - только мужская форма (государственный муж) [2. С. 16-17]. Позже наряду с терминами «сексизм», «андроцентризм» был введен термин «гендерная асимметрия», так как он нейтрален и не подразумевает дискриминацию. Гендерная асимметрия находит отражение также в системе прямых и переносных лексических значений, отражая сложившиеся в обществе стереотипы, которые тесно связаны с выражением оценки и влияют на формирование ожиданий от представителей того или другого пола определенного типа поведения [2. С. 17]. Вследствие этого гендерные стереотипы могут быть проинтерпретированы в терминах когнитивной лингвистики как идеализированные когнитивные модели Дж. Лакоффа [3. С. 143-184]. Идеализированные когнитивные модели находят многоаспектное и неоднолинейное выражение в системе языковых средств, в том числе в системе концептуальных метафор - гендерных метафор, под которыми в гендерной лингвистике понимается перенос не только физических, но и всей совокупности духовных качеств и свойств, объединенных словами женственность и мужественность, на предметы, с полом не связанные (мужественность немецкого национального характера vs женственность русского национального характера) [4]. При таком понимании термина база сравнения (сфера-источник метафорической номинации), как отмечают авторы словаря, отсылает к реальным мужчинам и женщинам, образность метафоры позволяет использовать ее в применении к объектам разного рода, не связанным непосредственно с полом (сфера-мишень метафорической номинации); свойства женственности и мужественности выступают в качестве основы сравнения.
Однако мы полагаем, что интерпретационный потенциал метафоры формируется динамическим взаимодействием трех основных элементов метафорической номинации в условиях относительной самостоятельности каждого из элементов структуры метафорического значения. Прямое номинативное и результативное, метафорическое, значения актуализируют элементы смысла в соотношении друг с другом. Основания метафорических уподоблений (сфера-источник, база метафоры, исходные мотивирующие значения) выступают в качестве своеобразной призмы, высвечивающей определенные свойства сферы-мишени, маркируют в особой языковой форме их значимость. Вследствие этого в качестве гендерных метафор мы рассматриваем также метафорические именования мужчин и женщин, выступающих в качестве средства маркирования "типично мужских" и "типично женских" качеств на основе уподобления явлениям разных понятийных рядов. Приведем контексты актуализации данного, второго типа гендерных метафор: К десятому сжалились и дразнить перестали, но к этому времени Маруся уже сама была совершенно твердо уверена, что она "облезлая моль" и "серая мышь" (Т. Устинова. "Русский национальный корпус". Далее - РНК); И, главное, он сам, З.И. Резанова 49 сам ведь считает себя за мышь; его об этом никто не просит; а это важный пункт; Взглянем же теперь на эту мышь в действии. Ф. Достоевский (РНК). Полагаем, что в системе таких метафорических номинаций находят свое языковое выражение не только представления об особенностях характера, внешнего вида, поведения человека вообще, но и информация об ограничениях в проявлении этих признаков у мужчин и женщин.
В данной работе мы рассмотрели очень важную тему, которая является на сегодняшний день очень актуальной. Эта тема уже давно раскрыта в иностранных трудах. У нас она начала исследоваться относительно недавно, но очень плодотворно. Написано уже немало книг и статей по этой тематике.



1.2 Особенности гендерных метафор
Метафоричность, как «эвристический, когнитивный способ создания языковой картины мира». По праву считается важнейшим параметром языковой категоризации. Метафора и тендер активно взаимодействуют в этом процессе, при этом тендер может быть как источником, так и темой метафоры.
Гендерная метафора используется в концептуализации культурных, социальных и политических реалий. В качестве примера можно привести характерное для русской культуры восприятие земли как матери, реки Дон как батюшки, а также дискуссии вокруг идеи женственности России и историософемы Матушки-Руси.
Типичное для английской лингвистической традиции соотнесение лексемы huiricane ("ураган") с местоимением she является частью метафоры "природа - женщина" (Mother Native; Nature, a Harsh Mistress и т.п.). С. Вайгель, анализируя метафорические аспекты топонимики европейских языков, отметила тенденцию ассоциировать с женским началом не только неосвоенные земли (virgin territory), но и города. Она приводит ссылки на дискурс военачальников Тридцатилетней войны (1618 - 1648гг.), где занятые города представлены как покоренные девственницы. В метафоре, связывающей физический захват территории с сексуальным покорением. Сюзанн Ромейн усматривает когнитивную причину того, что сексуальное насилие является неотъемлемой частью любой войны. То, что представление о женщинах в патриархатной культуре ассоциируется с понятиями завоевания. подчинения. покорения, исследователи считают причиной близких параллелей между дискурсами сексизма и колониализма. Например, в стихах великого поэта Британской империи Р. Киплинга города Индии описываются как женщины. покорные своему английскому господину (Калькутта: те the Sea Captain loved).
Феминистское осмысление подчиненного статуса женщины в патриархатной культуре символизирует метафора молчания (silencing of women), имплицирующая широкий спектр различных аспектов женского опыта: коммуникативное доминирование мужчин, замалчивание женской роли в истории, недопущение женщин к принятию общественно значимых решений и т.п. Метафора glass ceiling ("стеклянный потолок") символизирует трудности карьерного роста для женщин, a glass escalator ("стеклянный эскалатор") - неизбежность быстрого продвижения по службе мужчин, занятых в традиционно женских профессиях (таких как социальная работа, работа в школе, библиотеке и т.п.). Несоответствие стереотипным