Курсовая работа по политологии на тему Региональное сотрудничество в Африке и Латинской Америке в условиях становления многополярного мира

Модель многополярного мира строится на принципах договорённости, политического компромисса и относительного согласования интересов. Существование трёх различных моделей мировой структуры на современном этапе отражает их смену в рамках определённой иерархии. Изменения в глобальной системе не происходят стихийно, а являются следствием сознательной организационной деятельности государств, ориентированных на реализацию собственных интересов.
Концепция многополярности представляет собой противоположность однополярной модели, где центры силы существуют во множественном числе и располагают сопоставимыми возможностями. Перспективы мирового развития указывают на формирование новых центров влияния, представленных не отдельными государствами-сверхдержавами, а крупными региональными объединениями. Каждый такой актор будет стремиться к укреплению своих позиций и будет ограничивать амбиции других блоков в борьбе за лидерство .
Анализ глобальных процессов приводит к выводу о возрастании числа локальных и региональных конфликтов, что активизировало процессы национальной идентификации и подъём национального самосознания. Эти изменения способствовали новой волне национализма, росту архаичных форм коллективного сознания и усилению межцивилизационной нетерпимости, что, в свою очередь, спровоцировало конфликты между этническими группами и нациями. Углубление националистических тенденций, этническое противостояние, а также разрыв между развитыми и развивающимися странами создали условия для появления новых моделей мироустройства и вывели на передний план новых негосударственных участников мировой политики.
Научные и политические дискуссии по вопросу предпочтительной модели мироустройства выявили два диаметрально противоположных подхода. Первая позиция утверждает жизнеспособность однополярной модели, воспринимаемой как исторически оправданная. Вторая опирается на признание многополярной системы как более справедливой и сбалансированной формы организации международных отношений.
Исследователи, выступающие в поддержку многополярной модели мироустройства, включая Й. Галтунга, С. Коэна, К. Уолтса, Е. Примакова, А. Бэттлера, Г. Моргентау, Э. Карра и других, обосновывают её как наиболее устойчивую и приемлемую в современных условиях. По их мнению, многополярная система позволяет интегрировать как национально-государственные, так и транснациональные интересы, исключая возможность установления мировой гегемонии отдельными субъектами международных отношений. Формирование такой модели обеспечит сбалансированное взаимодействие национальных и интернациональных интересов, укрепит региональную и глобальную безопасность и создаст предпосылки для демократизации мировой политики.
В рамках рассматриваемой концепции утверждается, что многополярность будет способствовать сохранению национальной идентичности в гармонии с лучшими достижениями мировой цивилизации. Одновременно предполагается уважение культурного многообразия и активное освоение научно-технических, экономических и интеллектуальных достижений на глобальном уровне.
В обоснование эффективности многополярной модели приводится ряд аргументов. Прежде всего, небольшие государства, обладающие ограниченными ресурсами и малой численностью населения, вынуждены будут опираться на поддержку более развитых стран в экономическом, технологическом и военном отношениях, поступаясь частью суверенитета ради безопасности. Кроме того, исторический анализ мировой системы последних двух столетий демонстрирует, что многополюсные конфигурации нередко становились предпосылкой для глобальных вооружённых конфликтов .
Оценка возможных контуров многополярного мироустройства через цивилизационную призму предполагает обращение к концепции С. Хантингтона. Среди сильных сторон предложенной модели отмечается её способность чётко обозначить границы сфер влияния основных акторов. При этом следует учитывать, что возможности различных цивилизаций и формирующих их полюсов остаются неравными как в экономическом, так и в политическом измерении.
Ряд представленных цивилизаций, таких, как арабская, африканская, буддистская и латиноамериканская фактически не имеют собственных «полюсов», центров, вокруг которых могла бы произойти консолидация этих цивилизаций. Японская же цивилизация, несмотря на свою самобытность, в настоящее время находится в подчиненном статусе по отношению к западной и не может в полной мере развиваться самостоятельно.
Сферу влияния индийской цивилизации в настоящее время можно ограничить территорией Индийского государства. В противовес им всем западная и китайская цивилизации обладают четко выраженным центром, и, что еще более важно, имеют относительно целостное видение возможного мирового порядка, выраженное в конкретных геополитических проектах. Хотя, продолжая разговор о западной цивилизации, стоит отметить, что взгляд на нее неоднозначный. Некоторые политологи придерживаются мнения о ее целостности. Некоторые же, наоборот, относят ее, как и православно-славянскую, к строящемуся типу .
С научной точки зрения, представляется необходимым подчеркнуть, что исследование вопросов многополярности приобретает особую актуальность в условиях активной конкуренции концепций мирового порядка. Следует отметить, что параллельно с утверждением идей равноправного взаимодействия цивилизаций, значительное влияние сохраняют теории доминирования, сформулированные в стратегической мысли США конца XX века. Научные труды Збигнева Бжезинского, в частности его работа «Великая шахматная доска» (1997), стали реперной точкой в осмыслении американского подхода к глобализации. Стоит подчеркнуть, что в немецком переводе название книги акцентирует идею о стремлении США к закреплению статуса единственной мировой державы.
С позиций комплексного анализа, теория Бжезинского интерпретируется как идеологическая основа глобализации по-американски, где Западная цивилизация трактуется как базовая структура будущего мирового порядка. Существенно отметить, что без наличия доминирующей силы, по его мнению, невозможно обеспечить поступательное развитие глобального сообщества. В стратегическом планировании США подобные тезисы нашли отражение в «Временном стратегическом руководстве по национальной безопасности», где акцент сделан на безальтернативности американского лидерства и допустимости применения силы для достижения национальных интересов .