Курсовая работа по Бизнес-планирование на тему Теория прав собственности и трансакционные издержки как критерий перехода к рыночным отношениям.

собственности, довела ее до крайности, осуществляла лобовую атаку на частную, а затем групповую и коллективную собственность.
У К. Маркса собственность выступает как система отношений между людьми в процессе производства, распределения, обмена благ. Эти отно-шения характеризуют присвоение средств производства и потребительских благ. В концепции Маркса отношения собственности играют ведущую роль. Именно эти отношения определяют характер и способ соединения средств производства и работников. Каковы бы ни были общественные формы производства, рабочие и средства производства всегда остаются его факторами. Но, находясь в состоянии отделения друг от друга, и те, и другие являются его факторами лишь в возможности. Для того чтобы во-обще производить, они должны соединиться. Тот особый характер и спо-соб, каким осуществляется это соединение, отличает различные эпохи об-щественного строя.
Обычно в марксистской литературе акцент делается на том, что от-ношения собственности – отношения объективные, т. е. не произвольно выбираемые людьми или навязываемые им правыми установками или дру-гими внеэкономическими институтами. Объективность отношений соб-ственности действительно подчеркивалась Марксом. Однако его истолко-вание собственности богаче, шире. Маркс признает, что собственность есть сознательное отношение. В рукописном материале «Критика политической экономии» (1857–1858 гг.) читаем: «Поскольку собственность является только сознательным отношением к условиям производства как к своим собственным... т. е. поскольку существование производителя выступает как существование в объективных условиях, ему принадлежащих, постольку оно осуществляется через само производство. Действительное присвоение совершается сперва не в мысленном, а в активном, реальном отношении к этим условиям; это есть действительное использование их человеком как условий своей субъективной деятельности».
Примитивизировались популяризаторами марксизма и взгляды Маркса на соотношение собственности как экономической категории с правовой категорией собственности. Рассматривая юридические отноше-ния как надстройку над производственными отношениями, т. е. отношени-ями собственности в экономическом смысле, Маркс в то же время подчер-кивает, что «для отдельного человека это отношение (имеется в виду соб-ственность как отношение к условиям производства. – И. Ж.) создано об-щиной, объявлено в ней законом и гарантируется свободой» .
По Марксу, отношения собственности в каждую историческую эпоху предопределены характером производительных сил. Однако отсюда вовсе не вытекает, что, как утверждается в энциклопедии «Политическая эконо-мия», «собственность нельзя рассматривать как самостоятельное отноше-ние, независимое от исторически определенного способа производства» . Автор статьи в энциклопедии В.П. Шкредов отождествляет понятия «само-стоятельное» и «независимое», а собственность как экономическую катего-рию подменяет формами собственности. Собственность как отношения людей в процессе производства, распределения, обмена и потребления благ – несомненно, самостоятельное отношение, существующее при любом способе производства. Иное дело, какие формы приобретает это отноше-ние в различные эпохи. Утверждение Шкредова не соответствует взглядам Маркса, даже если считать его относящимся только к формам собственно-сти: эти формы ставятся в зависимость от способа производства, тогда как, согласно марксистской концепции, способ производства включает в себя как важнейшую составляющую форму собственности.
В институциональной теории рассматриваются экономические пра-вила, определяющие возможные формы организации хозяйственной дея-тельности, в рамках которой индивиды или их группы кооперируются или вступают в конкурентные отношения. Экономическими правилами являют-ся правила собственности и ответственности, которые являются непосред-ственным условием, предпосылкой возникновения прав собственности.
Классическая методология определения прав собственности берет начало в трудах Г.В.Ф. Гегеля, который утверждал, что «лицо имеет пра-во помещать свою волю в каждую вещь, которая благодаря этому стано-вится моей, получает мою волю как свою субстанциональную цель, по-скольку она в себе самой ее не имеет, как свое определение и душу; это аб-солютное право человека на присвоение всех вещей…
Поскольку в собственности моя воля как личная воля, тем самым как воля единичного, становится для меня объективной, то собственность по-лучает характер частной собственности, а общая собственность, которая по своей природе может быть в единичном владении, получает определе-ние расторжимой в себе общности, оставлять в которой мою долю само по себе дело произвола» .
Многие из древних документов дают основание думать, что в тради-ционной экономике родовая (или коллективная) собственность предше-ствовала личной. Говоря другими словами, сознание не только права «своей» собственности, но и обязанности считаться с «чужой» собственно-стью возникло благодаря совместной жизни и коллективной защите «свое-го» от покушений «чужих». Древней нормой для защиты прав собственно-сти была, как считает Г.К. Гинс, норма «не укради». Сознание обязатель-ности данной нормы должно было быть связано с существованием обще-ственной среды, которая охраняла свое благополучие и не допускала ни покушений извне, ни нарушения мира внутри . Следовательно, право на «свою» собственность и обязанность уважать «чужую» собственность обя-заны своим происхождением коллективному взаимодействию людей, кото-рые живут в организованном обществе.
Отношения собственности рассматриваются как санкционированные государством и обществом одновременно. Данные отношения реально мо-гут санкционироваться, охраняться, регулироваться и закрепляться не только в виде Конституции (Основного закона), прочих подзаконных ак-тов, законов, распоряжений, указов, решений конституционных, верхов-ных и других судов, включая третейские, то есть институциональных норм, но и в виде традиций, обычаев, морально-этических и рутинных норм поведения, веками складывавшихся на конкретной территории.
Теория прав собственности претендует на роль универсальной пове-денческой метатеории, объединяющей методы микроэкономического ана-лиза и особенности институциональной среды. В рамках данной теории объектом анализа становится не организация как «юридическая фикция», а конкретный индивид, стремящийся максимизировать свою функцию по-лезности, уровень своего благосостояния.
Организация не анализируется в качестве объекта, который пресле-дует свои цели, а рассматривается как сумма ограничений, которые влия-ют на поведение сотрудников фирмы, корпорации и т. п. Фирма как орга-низация, как юридическое лицо представляется институтом, в рамках ко-торого противоречивые цели конкурирующих между собой индивидуумов приводятся в состояние равновесия при помощи системы двусторонних взаимовыгодных добровольных контрактов, не коллективом, не совокуп-ностью людей, а подобно рынку уравновешивающим итогом взаимоотно-шений, которые возникают среди ее сотрудников.
Центральной проблемой микроэкономического анализа является проблема рационального использования ограниченных, редких ресурсов. В рамках организации индивидуумы вступают в отношения между собой. В результате данных отношений формируются права собственности. Пра-во собственности рассматривается как отношение между людьми, но не от-ношение отдельного индивида к вещи.
Под правами собственности понимаются санкционированные пове-денческие отношения между противостоящими друг другу лицами по по-воду редких ресурсов. При этом подчеркивается, что не ресурс сам по себе является объектом собственности. В качестве собственности рассматрива-ется пучок или доля прав, которые приобретаются субъектом отношений на использование ограниченных ресурсов. Права собственности санкцио-нированы и государством, и обществом, а поэтому закрепляются и охра-няются не только законами, судебными решениями, но и неписаными пра-вилами, традициями, обычаями, моральными нормами. Одни способы по-ведения они поощряют, другие отрицают. Под санкционированное и не-санкционированное поведение подводится «экономическая база». Соблю-дение санкционированных правовых норм рассматривается как пример рационального экономического выбора. Несанкционированное поведение рассматривается как нерациональный экономический выбор, в результате которого издержки, расходы нарушающего правовые нормы в виде воз-можного наказания превышают ожидаемые выгоды от подобного рода по-ведения.
Следовательно, можно выделить две противоположные правовые традиции, из которых одна представляет право собственности как нормы (экономические, юридические, этические), а другая – как совокупность ча-стичных правомочий, принятые в обществе (формальные и неформальные) поведенческие отношения между экономическими агентами, которые опре-деляют перечень возможных способов использования ограниченных ре-сурсов как исключительную прерогативу отдельных индивидов и их групп.
Главная задача теории прав собственности состоит в анализе резуль-татов взаимодействия экономических и правовых систем, которое реализу-ется в индивидуальном поведении субъектов экономико-правовой системы. Теория прав собственности исходит из того, что структура прав собствен-ности, определяемая соотношением издержек и ожидаемых результатов, формирует систему стимулов, воздействующих на поведение человека. Со-гласно этой теории любой обмен представляет собой обмен пучками пра-вомочий. Соответственно возникает проблема определения ценности, цены и количественной определенности обмениваемых пучков прав. Отсюда де-лается вывод о том, что товар – это не только определенная совокупность физических и экономических характеристик, но и определенная система прав и юридических